История Византии. Том 3. 602-717 годы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Экскурс V.

К ВОПРОСУ ОБ ИМЕНИ И ИСТОРИИ ФЕМЫ «ОПСИКИЙ»[954]

В интересном и весьма обстоятельном исследовании: «Памятник славян в Вифинии VII века», принадлежащем Б. А. Панченко, затронут между прочим вопрос о происхождении имени фемы «Опсикий». Почтенный автор коснулся его лишь попутно и оставил многое неясным, ограничившись по некоторым существенным пунктам общими соображениями. В дополнение к сделанной им постановке вопроса, я позволю себе войти в некоторые детали, которые, быть может, поведут исследование несколько дальше по пути решения этого интересного и темного вопроса.

Слово όψίκίον и производный от него глагол όψικεύειν имеют в языке византийских писателей терминологическое значение. В связи с этим стоит то объяснение имени фемы, которое дано в сочинении Константина Багрянородного «De thematibus»: τὸ δε ϑέμα τὸ καλοὺμενον ’ Οψίκιον πᾶσιν έχει γνώριμον την προσηγορίαν' ό ψικιον γάρ Ρωμαιστι λέγεται, οπερ οημαίνει τή τών Ελλήνων ϕωνή τους προπορευομένους έμπροσϑεν τοῦ βασιλέως έπι εύταξίςκ και τιμή (ρ. 24). Еще определеннее и полнее изъясняет царственный автор смысл имени фемы в дальнейшем замечании такого рода: διά то προπορεύεσϑαι έμπροσϑεν τοῦ βασιλέως και καταρτίζειν και διευϑύνειν τάς οδούς αύτοῦ και μονάς (p. 5). Итак, по Константину, в самом значении латинского obsequium, получившем в выговоре византийских греков форму όψίκιον, будто бы дан смысл почетного конвоя, предшествующего императору в его путях, на обязанности которого лежит забота об исправности дороги и устройстве остановок в дороге. Само собой разумеется, что никакого подобного смысла не заключено в латинском слове obsequium. Если же Константин именно так разъясняет слово όψίκιον, то в его словах мы имеем лишь осмысление термина фактами тогдашней действительности, хотя и тут возможно некоторое сомнение в полной точности представленного им толкования. В исторических сведениях об участии опсикиан в походах и войнах тех времен тщетно стали бы мы искать подтверждения засвидетельствованного Константином специального отношения войск этой фемы к особе императора. Не упоминает об этом и сам Константин там, где он подробно излагает об условиях и обстановке царского похода на восточную границу империи.[955] Но во всяком случае утверждаемое Константином тождество слова όψίκιον, с латинским obsequium стоит вне всякого сомнения, а если это так, то и учреждение, которое обозначается термином όψίκιον, получает свою довизантийскую историю, ведет нас в те времена, когда империя была не только по названию, но и в действительности — римской, как она продолжала называться и тогда, когда уже стала греческой. Г-н Панченко не повел исследования в этом направлении, интересуясь другими сторонами вопроса. Он отметил лишь один случай употребления слова obsequentes в военном обиходе времен Марка Аврелия. По свидетельству Капитолина этим именем был назван отряд гладиаторов, сформированный Марком Аврелием для военных целей в трудные времена войн на Дунае (cap. 21). С этим свидетельством г-н Панченко сопоставляет другое, сохраненное писателем очень поздней даты, а именно Кодином, об имп. Аркадии, который набрал шесть тысяч константинопольских граждан — έίς όψίκιον ήγουντά πρόκενσα αὺποῦ (De aedif. p. 79).

Если первое свидетельство имеет свой интерес в вопросе об истории терминологического употребления слова obsequium в сфере военных древностей империи, то второму вряд ли можно придать какое-нибудь значение. Не говоря уже о поздней дате писателя, его сохранившего, нельзя не обратить внимания и на то, что у Кодина не сказано, чтобы эти шесть тысяч горожан, составившие дружину Аркадия, получили название obsequium или obsequentes: он лишь утверждает, что они имели назначением служить почетной свитой императора. Таким образом, второе свидетельство оказывается мнимым и остается лишь одно показание Капитолина о гладиаторах Марка Аврелия, получивших название obsequentes. — Обращение к гладиаторам в военное время не было новшеством, а, напротив, оправдывалось давней традицией. Тацит в описании выступления в поход Отона против Вителлия упоминает о гладиаторах: ас deforme insuper auxilium, duo milia gladiatorum, sed per civilia arma etiam severis ducibus usurpatum (Hist. II, 11). Тот же Тацит упоминает о гладиаторах при особе легата Паннонии Блеза в 14 году,[956] имп. Нерона,[957] в составе гарнизона Таррацины в 69 г.[958] Если, таким образом, привлечение на военную службу гладиаторов при Марке Аврелии не было новшеством, то нельзя не отметить того, что в социальном строе империи люди этого ремесла стояли слишком низко, чтобы сформированный при Марке Аврелии отряд, получивший название obsequentes, мог послужить началом возникновения особой военной части. То был преходящий и случайный факт, и можно с полной уверенностью сказать, что между obsequentes Марка Аврелия и «Опсикием» византийских императоров не было никакой исторической связи.

Чтобы попытаться разъяснить довизантийскую историю «Опсикия», следует обратиться к данным латинского языка IV, V, VI вв. Материал представляют как писатели, так и тексты указов Феодосиева Кодекса. Дюканж в своем «Glossarium mediae et infimae latinitatis» привел несколько относящихся сюда текстов. Таково место из того же Капитолина, v. Pertin., с. II: qui (=milites) cum de castris ad obsequium principis convenissent. Из контекста ясно, что слово obsequium имеет здесь отвлеченное значение: проводы, сопровождение. Оставляя в стороне остальные цитаты Дюканжа, дополним его материал данными из Кассиодора и языка императорских указов. Кассиодор употребляет слово obsequium как в отвлеченном значении, так и в конкретном. Из множества примеров второй категории ограничимся указанием на следующие тексты: Var. hist. I, 4: tristis ab obsequio suo reliquit, quem sibi necessarium fuisse cognovit (p. 15 Mommsen); V, 28: viris nobilibus obsequia nostra decorentur (p. 159); VII, 31: Si quos etiam comitiacorum ad comitatum indicaveris esse dirigendos consulens obsequio nostro, tuo subiacebit arbitrio (p. 220). Обращаясь к языку императорских указов, ограничимся лишь некоторыми из большого множества, которое дает Феодосиев Кодекс. — VII, 1, 2 (349 года): Si quis miles per commeatum dimissus fuerit a tribuno vel praeposito, aut inconsulto eodem de obsequio militari signisque discesserit, per singulos milites tribuni et praepositi quina pondo auri fisco inférant. — Ib. 15 (396 год): Si quis posthac militem in privato obsequio repertus fuerit retinere, quinqué libras auri multae nomine feriatur. — VI, 23, 1 (415 год): Decuriones nostri Palatii, post emensum fideliter obsequium, post deposita sacramenta militae... Ib. 27, 1 (354): De agentibus in rebus. Si quis annos viginti transierit in obsequio, minime eum ad curiam revocari. — Во всех приведенных случаях слово obsequium может быть передано на русский язык словом «служба». То же самое значение имеет это слово и в том тексте, который нам остается привести, чтобы ближе подойти к византийскому Опсикию. Имеем в виду указ имп. Аркадия от 398 года — VII, 1, 17: «Si qui miles, ex his qui praesentes divino obsequio Nostrae Clementiae deputati sunt et qui in hac esse urbe praesente comitatu concessi sunt, quive de aliis numeris vel legionibus sunt, repertus fuerit sibi vacans, vel alieno obsequio contentus, nobis ilico nuncietur, ita ut conscii, qui talium praesentiam non praebuerint, viginti libras auri sciant esse multandos. Sin vero quisquam missus a numero vel a tribuno ad Comitatum Serenitatis Nostrae pervenerit, ilico se Viris Inlustribus Comitibus offerre festinet, et causas profectionis exponat, ut et responsum Cadeste mereatur et citam remeandi accipiant (lege accipiat) facultatem».[959] В тексте указа различаются прежде всего два разряда военных людей (milites): 1) состоящие при главной квартире и 2) расквартированные в пределах провинций. Первый из этих разрядов, in praesenti, praesentales, обнимает военные части двух категорий: отряды, состоящие непосредственно при особе императора, и полки регулярной армии, comitatus. Для обозначения первой категории употреблено описание: praesentes divino obsequio Nostrae Clementiae. Обращаясь к источнику, в котором дано полное перечисление военных сил империи в начале V века, «Notitia dignitatum», мы можем пополнить представленную классификацию указанием на двойной состав личной гвардии императора; в нее входили: 1) scholae, находившиеся в ведении высшего придворного сановника, magister officiorum и 2) domestici — eqnites et pedites, составлявшие особое ведомство над командой двух сановников: comités domesticorum — один для конницы, другой — для пехоты.[960] Полки регулярной армии, делившиеся в свою очередь по рангам на: palatini, comitatenses и pseudocomitatenses, находились под командой пяти военачальников — magistri militum. Два из этих последних назывались praesentales. Этот термин указывал на ближайшее их отношение к особе императора и определял их постоянную квартиру: в столице или в походе с императором. Круг власти трех остальных magistri militum определялся указанием на территорию расположения войск, состоявших под их командованием, а именно: per Orientem, per Thraciam, per Illyricum. Описание — milites, qui praesentes divino obsequio Nostrae Clementiae deputati sunt — в указе 398 года относится, очевидно, к личной гвардии императора, т. е. обнимает собою как доместиков, так и схолы. В распределении имперской армии по территориальным командованиям лежит зародыш византийского фемного строя, как на то справедливо указывал французский византинист, Диль, в своем прекрасном этюде «О происхождении фемного строя».[961] В частности относительно фемы Опсикия можно, думается нам, с полной уверенностью искать ее начало в употреблении слова obsequium в указе 398 года. В документе 687 года, который привлек к исследованию вопроса о фемах тот же Диль, а именно: послание императора Юстиниана II к римскому папе Иоанну, перечисляются отдельные части имперской армии — Christo dilecti exercitus: a Deo conservandum imperiale obsequium, Orientalis, Thacianus, Armenianus.[962]

Хотя текст указа имп. Аркадия и послание имп. Юстиниана II далеко отстоят друг от друга по времени, но вряд ли возможно какое-либо сомнение в том, что divinum obsequium Nostrae Clementiae и a Deo conservandum imperiale obsequium находятся между собой в живой генетической связи. Латинский термин в документе 687 года соответствует греческому ϑεοϕύλακτον βασιλικόν ’Οψίκιον, как звучит полное имя фемы, засвидетельствованное на печатях,[963] и для времени послания было, конечно, переводом этого установившегося греческого термина на латинский язык, давно замолкший в Византии и понадобившийся для обращения в Рим.

Признавая генетическую связь между тем живым фактом, который в указе 398 года обозначен термином divinum obsequium, а в послании 678 года — imperiale obsequium, мы должны, однако, отметить, что эти термины относились к реальностям, различным по существу. В 398 году под этим термином обозначены domestici protectores domestici) и scholae, а в 687 году дело обстояло иначе: император сначала называет свою гвардию, а именно: militantes incolae sancti Palatii (т. e. scholae palatinae) и excubitores, a затем уже перечисляет отдельные части своего Christo dilecti exercitus, в числе которых на первом месте оказывается a Deo conservandum imperiale obsequium.

Доместики, в виде особого военного корпуса, в эту пору уже не существовали; что же до excubitores, то в виде особой гвардейской части они возникли при имп. Льве I (457-474)[964] и с тех пор невозбранно существовали в Византии до самых поздних времен. Итак, imperiale obsequium 687 года не есть гвардия,[965] а часть имперской армии того времени. Проследить процесс изменения конкретного содержания термина obsequium мы лишены возможности из-за скудности наших источников; но мы позволяем себе тем не менее настаивать на указанной выше генетической связи, за которую ручается прежде всего единство термина, а кроме того и достоверные исторические факты IV и VI веков.

В пору сложившегося фемного строя Опсикий обнимает территорию передней Малой Азии. Мы можем привести целый ряд указаний на то, что гвардейские части были некогда расквартированы в пределах позднейшего византийского Опсикия.

От конца IV века есть прямые свидетельства о том, что доместики не были сосредоточены в столице при особе императора. Так, в указе имп. Юлиана от 362 года, данном на имя префекта претория Востока, император повелевает, чтобы доместики, состоящие в схолах сверх комплекта (причем последний определен в 500 человек), не оставались in praesenti, т. е. при главной квартире, чтобы на них отпускалось довольствие и они возвращались — ad plurimos suos ас términos.[966] Отсюда следует заключить, что доместики были не просто военной частью, а классом военных людей, живших в разных местностях империи в виде кадров для пополнения части, состоящей in praesenti.[967] Такому положению дела содействовало то обстоятельство, что на доместиков распространял свое действие принцип закрепощения детей за службой их отцов. Об этом с полной определенностью свидетельствует указ императоров Валентиниана и Валента от 364 года. Он издан на имя комита доместиков, как именовался начальник этой военной части: Domesticorum filios vel propinquos parvos vel impúberes, domesticorum coetibus adgregamus, ita ut non solum matriculis inferantur, verum etiam annorum (annonarum?) subsidiis locupletentur. Quaternas enim annonas eos, quos armis gestandis et procinctibus bellicis idoneos adhuc non esse constiterit, in sedibus jubemus adipisci: his condicionibus, ut annonae, quae amplius insumuntur, vel per tractorias deteruntur, recidantur.[968] Итак, несовершеннолетние доместики, хотя и получают от казны содержание, на службу не вызываются, и должны оставаться in sedibus.[969] Это выражение соответствует, очевидно, употребленному в указе имп. Юлиана — ad plurimos suos ас términos — и обозначает оно расквартирование на стоянках мирного времени, в противоположность тому, что называли expeditus (или procinctus), т. е. когда армия сконцентрирована в одном месте для военных предприятий или находится уже в походе против врага. Не лишено интереса отметить, что латинское слово sedes в этом своем терминологическом значении перешло в греческий язык в форме τὸ σεδετον, τα σεδετα и что то были обыкновенно провинциальные города, как видно из одного указа имп. Анастасия I.[970]

Приведенные свидетельства не дают точных указаний на местности, где именно были расквартированы не состоявшие при особе императора доместики. Но от времен Юстиниана имеется целый ряд свидетельств о том, что как доместики, так и схолы были расквартированы в разных местностях передней Малой Азии, т. е. на территории, называвшейся впоследствии фемой Опсикий. Таково показание Прокопия в его «Historia arcana». В перечислении разных неправд и обид, которые позволял себе имп. Юстиниан относительно военных людей, Прокопий упоминает о высшем разряде гвардии ('έτεροι τών έν παλατύρ πολλοί άξιώτεροι, έπεί καί πλείω το δημόσιον αύτο'ις χορηγε'ιν έιωϑεν), — «которые именуются доместиками и протекторами» и делает о них такое замечание: одни из них расквартированы в Византии, другие же — издревле в Галатии и других местностях.[971] Такое же свидетельство, и притом с существенным дополнением относительно схол, дает указ имп. Юстиниана от 548 года (Edict. VIII). Восстановляя временно упраздненную административную инстанцию: викариат Понтийского диоцеза, император предоставляет этому сановнику не только гражданскую власть, но также и военную, подчиняя ему всех военных людей, находящихся в пределах десяти составлявших этот диоцез провинций, т. е. всей' северной половины Малой Азии, начиная от Вифинии и до персидской границы.[972] Разряды военных людей обозначены указанием на их верховных командиров, власть которых над ними суспендирует этот указ: καί τοῦ ένδοξοτάτου μαγίστρου τών ϑείων ημών όϕϕικίων καί πρός γε τών ένδοξοτατών οτρατηγών έτι γε καί τών μεγαλοπρεπεστάτων αρχονττσν, οι... πρός γε δομεστίκοις καί προτίκτορσιν έφεστάσι (с. I); ύπακούσεται δε αύτῷ πάσα στρατεία ύπ’ έκείνους ούσα τούς τόπους, καί ὺπουργησουσι το'ις παρ’αύτού λεγομενοις δομεστικοί τε καί προτίκτορες, οχολάριοι τε καί στρατιώται ού δεόμενοι προστάξεως αρχικής ή κελεύσεως ήμετέρας... (с. III, 3). Доместики, протекторы и схоларии сопоставлены в тексте указа со стратиотами регулярных полков. Таким образом, речь идет не о случайном откомандировании отдельных людей из гвардейских частей для исполнения той или другой экстренной надобности, а о целых воинских частях, имеющих свои квартиры в пределах провинций Понтийского диоцеза. Восстановление викариата и предоставление военной власти викарию вызвано обнаружившимися в тех местностях беспорядками и разбоями, о чем упомянуто во вступительных словах указа. Для более энергичных мероприятий в борьбе с этим злом, полки регулярной армии, расквартированные в тех местах, выведены из-под власти соответственных magistri militum, схолы — magistri officiorum, а доместики и протекторы — своего пребывающего в столице начальства.

Точно также в указе 536 года, которым был создан проконсулат Каппадокии, сделана оговорка относительно находящейся в Каппадокии схолы.[973]

К приведенным свидетельствам можно присоединить также сообщение Феофана, записанное под 562 годом.[974] В феврале месяце этого года сделано было распоряжение о переводе во Фракию семи схол из следующих малоазиатских городов: Никомидия, Киос, Пруса, Кизик и Дорилей, и расквартирования их в Гераклее и соседних местностях. Всего схол при Юстиниане было одиннадцать, как засвидетельствовано то в одном его указе к сенату.[975] Если предположить, что четыре остальные находились в столице, при особе императора для придворной службы, то оказывается, что в 562 году большая часть этого корпуса имела свои квартиры в пределах будущего византийского Опсикия. Феофан не оговаривается ни одним словом относительно мотивов, вызвавших это распоряжение императора; не говорит он также ничего о том, были ли эти семь схол навсегда переведены на европейский материк, или же распоряжение это имело экстренный характер и впоследствии эта военные части были возвращены на места своих прежних стоянок. В пору набега Забергана в 559 году стоявшие в Константинополе схолы участвовали в охране города, но оказались слишком слабыми для активных действий против врага, которого сумел отразить от самых стен столицы лишь Велизарий, организовавший военную силу из своих людей.[976] Под 562 годом Феофан упоминает о новых бедствиях от нашествия Гуннов во Фракию. Возможно предположить, что перевод семи схол из Азии стоял в связи с получением известия о готовящемся новом нашествии, для отражения которого и был послан родственник императора, стратилат Маркелл «со множеством войска», как упоминает о том Феофан.[977]

Какова бы ни была дальнейшая судьба семи схол, т. е. остались ли они навсегда на новых квартирах, или же были возвращены на свои прежние стоянки, во всяком случае до 562 года они были на постоянных квартирах в названных шести городах Малой Азии, из которых один, а именно Дорилей, находился в довольно значительном расстоянии от морского берега, в глубине материка. Пять из этих городов лежат в пределах позднейшей фемы Опсикия, один — Никомидия — был впоследствии главным городом фемы оптиматов. Но так как эта последняя фема выделилась в самостоятельную позднее и в 687 году существовал, наряду с exercitus Orientalis и Armenianus, единый a Deo conservandum imperiale obsequium, то указанное различие не имеет существенного значения, а потому свидетельство Феофана под 562 годом дает в целом объяснение того, почему передняя Малая Азия могла получить название Опсикия.

Переходим к другому частному вопросу касательно фемы Опсикия, которого также коснулся г-н Панченко в своем исследовании, хотя и не предложил никакого решения, а именно: о титуле командира этой фемы. В документе 687 года Deo conservandum imperiale obsequium занимает первое место в ряду Christo dilecti exercitus византийского императора. По всему вероятию, это положение соответствовало и военному значению этой части военных сил. Так было, несомненно, при Льве Исавре, когда во главе этой фемы стоял самый близкий сподвижник императора и его свойственник, Артавазд, оспаривавший по смерти Льва византийский престол у его сына и преемника Константина Копронима.[978] Позднее из Опсикия были выделены две фемы: букеллариев и оптиматов, что случилось, вероятно, в середине VIII века и, быть может, стояло в связи с восстанием Артавазда.[979] В X веке фемы анатоликов, армениаков и фракисийцев стояли в ранге выше Опсикия, и в общих перечислениях Опсикий следовал за ними на четвертом месте.[980] Но тогда как не только те три фемы, но и многие другие, стоявшие в ранге ниже Опсикия, имели во главе командиров с титулом стратигов, начальник Опсикия всегда носил титул «комит». Это различие в титуле командира требует разъяснения, и мы попытаемся подойти к нему.

В организации государственного управления в IV веке, когда действовала стройная, иерархически расчлененная система чинов и рангов, исконный в империи титул comes имел двоякое значение. Во-первых, он имел чисто титулярное значение ранга (comitiva primi, secundi, tertii ordinis), или прилагался как почетное звание к некоторым высоким санам (comes et magister equitum или peditum, comes et quaestor, comes et magister officiorum). Во-вторых, он мог иметь терминологическое значение определенного поста, который специфицировался прибавлением другого слова в род. пад. Таковы были посты в центральном гражданском управлении: comes largitionum, comes privatarum; в сфере управления провинциями: comes Orientis (первый по рангу из пяти викариев восточной половины империи); в военном ведомстве этот титул искони обозначал пост командира доместиков, comes domesticonim,[981] а также принадлежал некоторым из числа командиров пограничных войск, как-то: comes limitis Aegypti, comes Armeniae,[982] comes Isauriae,[983] при имп. Льве — comes Lycaoniae et Pisidiae.[984] 14-й титул VI книги Феодосиева Кодекса дает сведения о существовании в IV веке общего ранга comes rei militaris (указы 372, 397 и 413 гг.) двух степеней (primi et secundi ordinis); лица, получившие этот титул первой степени, могли заменять magistri militum.[985]

При Юстиниане Великом титул comes, κόμης, получил новое применение в системе административных постов. 535-му году принадлежит новелла VIII, в которой перечислены все посты провинциального управления. Из текста ее видно, что comes Orientis сохранял свое прежнее положение первого в ранге викария и свой старый титул. Диоцезы Понтийский и Азиатский были упразднены и прежних викариев заменили комиты, власть которых была ограничена пределами: первого — провинции Galatia prima,[986] второго — Phrygia Pacatiana (с. II, III). В том же году был издан указ, в силу которого тот же титул был сообщен и правителю Исаврии (Nov. XXVII). Полномочия, которые были возложены на этих трех комитов, обнимают как гражданскую, так и военную власть с подчинением им находящихся в пределах отведенных им территорий военных частей. К этим трем комитам с такими же полномочиями присоединен был четвертый в указе 536 года, а именно: comes tertiae Armeniae (Nov. XXXI).[987] Итак, старый принцип римской имперской администрации — отделение функций гражданской и военной власти — отменялся для отдельных территорий. В перечисленных областях этот правитель нового типа назывался комитом, в других, как то: Писидии,[988] Ликаонии,[989] Пафлагонии,[990] Фракии[991] — претором, в одной, а именно: Каппадокии[992] — проконсулом.

Отмечая приведенные факты из истории титула comes, мы не можем, однако, искать в них начала фемы Опсикия, так как фемы, раньше чем означать область, имели отношение только к делению на части военных сил империи, получившему территориальный характер. Таким образом, происхождение титула «комит Опсикия» приходится все-таки искать в сфере военных учреждений. Divinum obsequium IV века составляли доместики и схолы. Первые, как было указано выше, имели своим командиром комита. Что касается схол, то об одном общем командире этих частей у нас нет сведений из IV и V веков. Но звание comes получали командиры отдельных схол, praepositi ас tribuni. Свидетельство об этом сохранено в указе 413 г.,[993] а новелла Феодосия II от 441 года уже прямо называет командиров отдельных схол — comités.[994] Одно сообщение Феофана под 562 годом позволяет предполагать, что в ту пору существовал один комит, как общий командир всех или определенного числа схол. Вслед за приведенным выше сообщением о переводе семи схол на территорию Фракии, Феофан упоминает о бунте «схол» против своего комита, возникшем по поводу сокращения окладов.[995]

Так как в передней Малой Азии были расквартированы доместики и схоларии, то весьма естественно предположить, что общий командир находившихся там военных сил, — когда возникло такое командование, — получил титул, какой издавна применялся в отношении командира военных частей этого ранга.

Доместики — в виде особой воинской части — исчезли, гвардия сократилась в своем составе и сконцентрировалась в столице при особе императора (схолы в документе 687 года названы militantes incolae sancti Palatii), a та часть военного сословия империи, которая удержалась в пределах Малой Азии на месте прежнего распространения доместиков и схол, сохранила, очевидно, свое латинское название obsequium и получила общего командира с титулом «комит». Exercitus Orientalis и Thracianus имп. Юстиниана II стоят в преемственной связи с армиями Востока и Фракии времен, о которых сохранила нам столь полные сведения Notitia dignitatum, и как командиры последних носили титул magistri militum per Orientem и per Thracias, так и к их преемникам применялись титулы στρατηλάτης, στρατηγός, которые были переводом латинского термина magister militum. Гвардия стояла вне подчинения магистрам, и к командиру того imperiale obsequium, который существовал при Юстиниане II, не мог применяться титул στρατηγός, взамен существовавшего с давних пор титула κόμης.[996] Таким образом, мы позволяем себе думать, что как самый термин obsequium, превратившийся в Όψίκιον, как и титул comes для командира этой фемы ведут нас в довизантийский период фемного строя, свидетельствуя о том давнем прошлом, о котором не имел никаких сведений имп. Константин Багрянородный и ученые люди того времени, помогавшие ему в составлении его сочинения De thematibus.

[954] Напечатано в Виз. Врем., т. XI (1904), 49-62.

[955] Const. De cer. p. 452-454.

[956] Tac. Ann. I, 22, 23.

[957] Ib. XII, 25. — Nero tamen metuentior in posterum milites sibi et plerosque gladiatores circumdedit.

[958] Tac. Hist. III. 57. 13: 77. 8.

[959] В более полной форме этот указ имеется в Юстиниановом Кодексе. XIII, 35, 13.

[960] Not. dign. Orientis. сс. X и XIV, р. 38 и 45 Booking. — Касательно времени редакции этого памятника, Моммзен в статье: Aetius (Hermes. 36, 1891, стр. 547) высказался за 425 год. Прежде его датировали 410 годом. — О схолах имел случай весьма часто упоминать Аммиан Марцеллин. Приводить цитаты было бы излишне; но укажем на одно место Прокопия: Bell. Got. IV, 27, p. 602: άρχοντα τε κατεστησατο (se. Iustiniánus Langobardum Ildiscal) ένός τῶν έπί τοῦ παλατιού ϕυλακῆς τεταγμενων λόχων, οδσπερ σχολάς όνομάζουσιν.

[961] Ch. Diehl. L’origine du régime des thèmes dans l’Empire Byzantin. (Etudes d’histoire du Moyen Age, dediées á Gabriel Monod). Paris. 1896, стр. 47-60.

[962] Mansi. Collectio Conciliorum, XI, p. 137.

[963] Schlumberger. Sigillographie de l’Empire Byzantin, стр. 249.

[964] Lyd. De mag. I, 16; ò Λέων δε ό βασιλεύς πρώτος τούς λεγομένους έξκουβίτορας των παρεξόδων του παλατιού ϕύλακας προστησάμενος τριακοσίους μόνους έστράτευσε.

[965] Таким образом, сами собой отпадают рассуждения г-на Панченко, на стр. 42, которые ведут его на ложный путь: различение obsequium от λαός τού 'Οψίκιον.

[966] Cod. Theod. VI, 24, 1. — Scias senum capitum domesticis per singulas quasque scholas quinquagenas iussis in praesenti esse juxta morem debere praestari: ceteris, qui ultra numerum in praesenti esse voluerint, ñeque annonarias neque capitum esse mandandum, sed omnes cogendos ad plurimos suos ac términos redire.

[967] Термин plurimos разъяснил Годофред в своем комментарии к тексту этого указа: Cod. Theod. Изд. 1740 года, II, стр. 126.

[968] Cod. Theod. VI, 24, 2.

[969] Таково словоупотребление Вегеция, Epit. rei milit. Ill, 4, p. 70-71 Lang.

[970] Cod. Just. I, 4, 18 — Οι ύϕεστώτες και τη παραϕυλακη προσκαρτεροΰντες στρατιώται έν τοις σεδετοις αύτών το προσϕερόμενον είδος έκ τών έν τη πόλει ή τπ ένορία αύτής γεωργουμενων δεχέσϑωσαν υπέρ τών άννόνων αύτών δοκιμασία τοῦ έπισκόπου καί τοϋ άρχονίος ή τοϋ έκδίκου έξ απολείψεως τοϋ άρχοντος, καί ούκ αναγκάζεται ό συντελεστής άπαργυρισμόν διδόναι.

[971] Proc. Hist. arc. 24, p. 136-137.

[972] Not. dign. Orientis с. XXIII, p. 62. Booking — перечислены провинции Понтийского диоцеза в таком порядке: Bithynia, Galatia, Paflagonia, Honorias, Galatia Salutaris, Cappadocia prima, Cappadocia secunda, Helenopolis, Pontus Polemoniacus, Armenia prima, Armenia secunda.

[973] Nov. XXX, 6, 2 — μενειν γάρ έπί Καππαδοκίρ και αύτην (se. sacri cubiculi praepositum) και την υπ αύτην των καϑοσιομενων παλατίνων σχολήν έπί τής όμοίας έξονσίας τε και τάξεως και ταύτοῦ σχήματος ϑεσπίζομεν.

[974] Theoph. 236, 16-20.

[975] Cod. Just. IV, 65, 35, 1.

[976] Theoph. 233. Подробное описание этого события см. Agath. V, 15-19, р. 374 Dindorf.

[977] Theoph. 236, 25.

[978] Theoph. 416 и сл.

[979] Ср. Gelzer. Die Genesis der Themenverfassung, стр. 79.

[980] Const. De cer. p. 696.

[981] В 354 году лицо этого звания упоминается у Аммиана: 14, 10, 8. При Валентиане в 636 году эту должность исполнял Север, к которому обращены два указа — Cod. Theod. VI, 24, 2, 3.

[982] Первый случай известен от 371 года, Amm. Marc. 29, 1, 2, но в Notitia diga он называется dux, Or. с. 35.

[983] Впервые известен в 353 году. Amm. Marc. 14, 2, 14.

[984] Cod. Just. XII, 59, 6.

[985] VI, 14, 3. Eos, qui sub comitivae primi ordinis dignitate peculiariter ad quamlibet provinciam vel provincias defendendas, milite credito, auctoritate nostri numinis destinantur et eos, que te vicem illustrium virorum magistrorum militum susceperint peragendum, ducibus, qui praeter Aegyptum et Ponticam in aliis provinciis administraverint, adaequamus. — C. Iust. XII, 12, 2.

[986] Титул комита Галатии удержался недолго в имперской чиновной иерархии: в 542 году был восстановлен викариат Понтийского диоцеза и правитель Галатии был ограничен функциями гражданской власти (μηδέν ετερον ή πολιτικόν μόνον άρχοντα είναι καδά πρότερον ην). В то же время на викария перешли полномочия высшей военной власти в пределах провинций, входивших в Понтийский диоцез.

[987] Nov. XXXI, с. III — έπειδήπερ τον της τρίτης'Αρμενίας κόμητα ού πολιτικόν μόνον, άλλα καί στρατιωτικόν πεποιηκαμεν άρχοντα, άναγκαίως εχειν καί τούς στρατιώτας αύτφ τούς κατ αύτην ιδρυμένους ύποκεισϑαι...

[988] Nov. XXIV.

[989] Nov. XXV.

[990] Nov. XXIX.

[991] Nov. XXVI.

[992] Nov. XXX.

[993] Cod. Theod. VI, 13: Praepositos ac tribunos scholarum, qui et divinis epulis adhibentur et adorandi principis facultatem antiquitus meruerunt... si primi ordinis comitivam cum praepositura meruerint... Sin absque honore comitivae cuiuslibet scholae regimen fuerint nacti...

[994] Nov. XXIX.

[995] Theoph. p. 235, 20.

[996] Полагаю, что название стратига, которое дает в одном месте Никифор командиру Опсикия (59, 19), не является возражением, так как Никифор дает не титул, а лишь хочет обозначить военачальника и пользуется общим термином для лиц этого ранга.