Убитые девушки: читать начало книги онлайн

Идет дождь, но ей наплевать. В коттедже каким-то непостижимым образом одновременно леденяще зябко и душно. И Лейла ощущает себя в ловушке. Родители смотрят на нее со все возрастающим разочарованием. Что она намерена делать? Когда соберется от них съехать? Ей пора уже задуматься о собственном доме. Ходили слухи о работе в конюшне при колледже. Получив ее, Лейла смогла бы заработать деньжат на учебу. Но для поступления в колледж ей не хватает баллов.

Понурив голову, девушка бредет к гостинице. Стивен там, страдает от похмелья после вчерашнего вечера. И ей будет чем заняться. Дождь льет как из ведра, приминая траву. Проселочная дорога покрыта лужами. Даже в лесу Лейла не находит спасения: струйки воды просачиваются сквозь кроны деревьев. Словно слезы капают с лепестков, выстилающих ковром лесную опушку. Лейла откидывает капюшон и подставляет ливню лицо. От расстройства она готова заплакать.

Поначалу он ее не замечает. Тот самый гость. Он бежит между деревьями, и вылетающие из-под ног комки грязи покрывают его одежду темными кляксами. Лейла не сразу осознает, что это тот самый постоялец, которому она носила завтрак в номер. Тот, которому обычные правила проживания в гостинице, по-видимому, не подходят. Девушка выходит на середину тропы и замечает, как раздражение, появившееся на лице мужчины при виде неожиданного препятствия на пути, резко сменяется чем-то другим. Он останавливается, на лице появляется улыбка.

– Вот так встреча! – восклицает гость.

То, как его взгляд блуждает по ее телу, возбуждает Лейлу, даже пьянит. Она чувствует облегчение. Он, конечно, покинет ее, побежит дальше, но хотя бы ненадолго поможет ей забыться.

Мужчина просит показать ему окрестности, и Лейла ведет его по дорожке, заросшей травой, на заднюю часть огорода, разбитого за кухней и огороженного стеной из серого камня высотой десять футов. Этакая крепость, защищающая растения, растущие ровными рядками на грядках в особом микроклимате. Когда они доходят до самой дальней части гостиничной территории, гость останавливается и выгибает бровь. Лейла выдерживает его взгляд и, не успев осознать, что происходит, оказывается прижатой спиной к мокрой стене, а в губы девушки жадно впиваются чужие губы. Его тело, навалившееся на нее всей своей массой, не дает Лейле пошевелиться. По тыльной стороне ее шеи стекают холодные капли. Открыв глаза, Лейла видит: он смотрит на нее. Смотрит напряженно. А потом большим пальцем повторяет путь дождинок по ее скуле. На миг Лейлу захлестывает несвойственная ей застенчивость. Но она сменяется осознанием бессмысленности происходящего. И зачем она зашла в лес? Зачем ступила на тропу волка?

Потом это чувство развеивается, и они оба смеются.

– Ну и ну, – бормочет он, отступив на шаг назад и потирая щетину на подбородке.

У Лейлы вдруг возникает желание уйти. Лучше отшить его сразу, быстро. Так безопаснее. Натянув на голову капюшон, девушка взмахивает рукой:

– Пока!

К вечерней смене Лейла наряжается более тщательно, чем обычно: подводит глаза, приглаживает и стягивает волосы в хвост, игриво колышущийся при ходьбе, и задирает юбку выше, чем позволено обслуживающему персоналу.

Но все напрасно, потому что его нет. В освещенной столовой под большими, написанными маслом картинами сидят в молчании друг напротив друга лишь пожилые супружеские пары. Уже наступила ночь, и Лейла видит в длинных окнах свое отражение, скользящее в тусклом свете от столика к столику.

Настроение портится. Возбуждение, которое Лейла испытала, почувствовав себя желанной, сменяется унынием. Опять это однообразие, навевающее тоску. И в который раз ее пугает перспектива жизни в таком монотонном, унылом, бессобытийном ритме. Должно быть что-то еще. Только как получить это что-то, где найти или как открыть, Лейла не знает. Деньги – непреодолимый барьер. Ей надо бы учиться дальше, получить какую-нибудь специальность, но что она может сделать? Если бы не лошади, она бы сошла здесь с ума. Выгребание навоза, обучение верховой езде и бесконечная чистка сбруи стоят этих моментов свободы. Когда Лейла верхом на лошади несется галопом и перепрыгивает через канавы, перед которыми другие трусливо пасуют, она обретает уверенность. Эх, такую бы уверенность ей и во всем остальном!

Выглянув в холл, Лейла колеблется: может, поболтать с новой регистраторшей, расспросить ее о постояльцах гостиницы? Но за стойкой уже сидит ночной портье: и без того хмурый, при ее появлении он мрачнеет еще больше – от подозрительности.

– Чего тебе нужно? – спрашивает он, словно догадывается.

– Ничего, – пожимает плечами девушка. – Просто решила посмотреть, здесь ли Бабс.

Портье снова утыкается в газету:

– Нет.

Вернувшись в столовую, Лейла начинает протирать столы. На кухне слышится болтовня: теперь, когда все гости переместились в бар или бильярдную, работники могут расслабиться. Вот взвизгивает одна из самых юных официанток. И Лейла представляет себе, как соусье шутят с ними и угощают пудингами и дорогим мороженым, опустошая холодильники и морозильники к новой неделе.

Кухонная дверь распахивается, и мимо проплывает главная официантка.

– Лейла, ты еще здесь? Давай домой. Здесь может прибраться ночной портье. А то ему нечем будет заняться.

Подхватив куртку и сумку, Лейла почти бежит по заднему коридору; старые половицы скрипом вторят ее шагам. Над стоянкой нависает темный силуэт холма. А за ее спиной под звездным небом сверкают роскошью башни гостиницы. Лейла задерживает дыхание и поворачивается, глядя на звезды и ища у них ответа: каково ее предназначение на этой Земле?

Глава двадцать четвертая

Лейла, 1986

Лейла проводит мокрым пальцем по каемке бокала с вином, наслаждаясь гримасой на лице Стивена.

– Прекрати это делать!

Лейла фыркает, вздыхает. За барной стойкой попивают пиво, громко болтая, его приятели с красными лицами.

– Так что ты думаешь об этом?

– Прости, – Лейла снова переводит взгляд на Стивена, – о чем?

Парень хмурится.