Следователь, Демон и Колдун: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Совпадение? – Следователь поднял бровь.

- Да, это совпадение, разумеется. – Метлби согласно кивнул. – Эфирные напряжения такой мощности неизбежно будут вызывать деформации причинно-следственных связей. Это своего рода автоматический механизм: некий... – колдун прикусил губу и пощёлкал пальцами, подбирая выражение – некая встроенная в паутину судеб цель, условность, договор, если хотите. Самоисполняющееся пророчество – знать бы только пророчество чего!

Он быстро поднял глаза и уставился на Фигаро.

- А вы знаете?

Следователь дёрнулся (он ничего не мог с собой поделать; слишком уж хорошо Метлби умел выбивать почву из-под ног). Фигаро открыл рот, закрыл его, издал звук, отдалённо прохожий на «мну-э-э-э-э», но ссыльный магистр уже встал с кресла (которое тут же превратилось обратно в колченогий табурет), растворил в воздухе окурок и сказал:

- В восемь часов на площадке у въезда на Кальдеру. И, пожалуйста, не опаздывайте. У этой Анны крутоватый нрав.

С этими словами он отвесил короткий поклон – не пойми, шутовской или нет, – и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Дальше всё происходило очень быстро.

Раз – и воздухе появился Артур. Два – и древний колдун запечатал дверь, через которую только что вышел Метлби Громовой Печатью, Сокрытым Знаком и, судя по всему, для верности, – Неотразимым Краеуглом. Три – и мансарду отрезала от мира целая пачка изолирующих заклинаний, из которых Фигаро, да и то с трудом, различил лишь парочку звукоизоляторов.

Но больше всего пугало выражение лица Артура: Зигфрид-Медичи был в ужасе.

- Господин Мерлин, – Френн, у которого непроизвольно задёргалось веко, – что происходит? Вас что, напугал Метлби?

- А? Что? – Артур рассеяно покачал головой. – Метлби... Нет. Он – гений. Он просто чёртов гений, да и всё. А я идиот. Выпросивший себе знания, и обращающийся с ними как глупый ребёнок с микроскопом. Или даже хуже: как чванливый лордишка, сумевший собрать в своём доме самую большую коллекцию книг по колдовству, но не умеющий банально высушить заклятьем своё нижнее бельё после стирки... Да, ресентимент. Имею право. Мне бы этого Метлби посадить рядом с собой, обложиться бумагой – горой бумаги! – и засесть, эдак, на неделю. Лучше на месяц. Но! Меня не это беспокоит, на самом деле. Этот тип обнаружил клетку Демона имея под рукой простейший прибор, бумагу, перо и мозги. Он нам нужен. Я беру его в команду. Но – потом. Его опыт, в смысле, его эксперимент с этой эфирной червоточиной может предоставить нам данные – очень ценные данные. Мы поговорим с ним позже.

- Вы собираетесь явиться к Метлби в гости и сказать «привет, я Мерлин Первый», давайте поболтаем? – Следователь просто не мог поверить своим ушам.

- Да, примерно так. Какая, к дьяволу, разница, если мир скоро сгорит? Но меня сейчас трясёт не по этой причине. Этот Метлби, этот чёртов сукин сын прав: ачто если всё, что мы сейчас делаем именно то, чего Демон и добивается? Что если мы действуем точно в рамках Договора? Ниточки судьбы натягиваются, сплетаются в гобелен, а мы подносим материал для этого адского станка? Что если мы и есть причина, по которой погибнет мир?

- Артур, вы не можете этого знать.

- В том-то и проблема! – Мерлин в ярости вцепился себе в волосы, и, будь они настоящими, наверняка бы сильно проредил свою пышную причёску. Мы понятия не имеем, правильно ли мы поступаем, или просто спокойно приближаем конец света. Вот, мы ищем Луи де Фрикассо. А что если именно он запустит процесс, который активирует Договор и приведёт Демона в мир? А что если этот ваш джинн, Аршамур, который отправил нас на поиски Луи... Так, стоп. Закончили. В этом направлении мы думать не будем. Потому что так можно сойти с ума. Просто начать подозревать в каждой встречной собаке агента врага. – Артур глубоко вздохнул и шумно выпустил воздух через сложенные трубочкой губы. – Даже если я сейчас и прав, то мы всё равно ничего не сможем с этим поделать. Делай что должно, и будь что будет. А с Метлби я всё равно поговорю.

- Так. – Френн щелкнул крышкой маленького старомодного брегета, – до восьми часов вечера у нас ещё полно времени. Я пока что займусь тем, что развешаю «на пальцы» максимально возможное количество заклятий, а вы, Артур, попробуйте, всё же, объяснить, что это за штука такая – Договор Квадриптиха? А то я всё слышу: Договор да Договор, но в упор не понимаю, что за Договор такой. Это какой-то вид контракта между вами и Демоном?

- Нет. Не совсем. – Мерлин, к которому к этому времени уже вернулось прежнее самообладание, задумчиво подёргал себя за бороду. – Точнее, совсем не совсем... ах ты ж чёрт. Контракт – это соглашение между вами и Другим существом, суть которого сводится к тому, что вы чем-то платите Другому: кровью, услугой или ещё как, а Другой, в свою очередь, даёт вам что-то взамен. Договор – нечто совсем иное.

Артур вытянулся в воздухе, закинул руки за голову, и, покачиваясь в паре футов от пола, принялся изучать потолок. Обычно это означало, что старый колдун настроен поговорить.

Мерлин немного попялился в потолочные балки, что-то побурчал себе под нос, и, как всегда безо всякого вступления, начал говорить:

- Давным-давно, очень далеко отсюда, в маленькой таверне заброшенного городишки, что лежал у забытого всеми богами торгового тракта, который давно стал прибежищем для разбойников, дезертиров и всякого другого отребья, в месте, что через сто с лишним лет станет называться «Лютеция», собрались четыре самых сильных колдуна того времени: Я, великий и ужасный Артур-Зигфрид Медичи, потомок колдунов-королей, Моргана – ведьма, чьё имя гремело уже тогда, вызывая у простых смертных довольно... м-м-м... смешанные чувства, поэтому её называли то Морганой Благой, то Ведьмой-с-Болот, Абдурахман ибн Хаттаб – умнейший и просвещеннейший колдун Халифата, которому в пояс кланялись даже великие падишахи, и ехидный старикашка Абдул Альхазред – большой любитель тёмного колдовства, пришедший с далёкого Востока, такого далёкого, что уже и не упомнить, откуда. Мы очень долго переписывались, затем общались лично, и, наконец, решили совершить невероятную дерзость: обратиться к Другим Силам, дабы стать самыми сильными колдунами в истории мира. Но мы не знали, как это седлать.

Артур зевнул, почесал нос, и, покряхтев, продолжил:

- Всё, что нам было на тот момент известно о Могуществах, можно было изложить на паре листов пергамента убористым почерком. Мы знали о ритуалах призыва, о том, что высшие демоны – а меньший вряд ли бы сумел оказать нам помощь – требуют взамен крови или чего похуже, и примерно представляли, как такой ритуал провести. У каждого из нас была горстка знаний, щепотка опыта, крупинка мозгов, и очень, очень, очень много амбиций. День за днём, месяц за месяцем, мы готовили ритуал: собирали материалы, высчитывали положение звёзд, собирали растения силы и готовили заклинания, что должны прозвучать в урочный час. И вот этот час настал: выгнав всех из таверны, включая хозяев – им мы хорошо заплатили – четыре феноменальных дурака начали ритуал. С точки зрения современной классической метафизики это был полный кошмар. Куча бессмысленных символов и кое-как подобранных фразочек, которые мы тогда искренне считали могущественными заклятьями, просто не должна была сработать. Но она сработала. И Демон явился на наш зов.

Старый колдун тяжело вздохнул.

- Я думаю, дело было не столько в самих ритуалах, сколько в обилии жертвенной крови и страстном желании четырёх сознаний направленных в одну точку. Некое Другое существо обратило на нас внимание, и, очевидно, найдя в этом выгоду для себя, решило явиться на зов. К тому же мы были сильнейшими из сильных в мире, где колдовство пребывало в зачаточном состоянии, и в тот момент наверняка стали ярчайшим маяком в наших сферах. В общем, так или иначе, Демон пришёл.

- Как это было? – Фигаро почувствовал, что в голосе инквизитора проскользнула невольная дрожь.– Что это было за существо?

Артур закрыл глаза, и некоторое время молчал.

- Темнота. – Сказал он, наконец. – Темнота и ощущение невидимого, но ясного присутствия. Тень, что вышла из Пентаграммы Огня и соединила наши сердца воедино. Нечто, готовое выслушать, дать, но и получить взамен. Классический демон, чуть ли не в церковном понимании этого слова.

- Вы попросили у него знаний, верно?

- Да, да, Фигаро. Я знаю, что уже раз десять рассказывал вам эту историю. Ничего, вон, пусть теперь Френн послушает... Это странное ощущение, когда тебе помещают в голову информацию, которой там раньше не было, причём делают это в обход, так сказать, классической процедуры познания-запоминания. Как будто ты на секунду умер. Как будто ничего не изменилось. Как будто ты входишь в давно знакомую тебе комнату, вешаешь пальто на вешалку, а потом вдруг вспоминаешь, что у тебя никогда не было ни вешалки, ни пальто. Это тоже ведь своего рода ловушка: ты знаешь всё, но как правильно вспомнить? Куда направить узкий луч фонаря твоего сознания, чтобы он высветил что-то полезное? Хотя поначалу знаний нам хватало: годы и годы экспериментов, новые заклятья, Белая Башня... Но речь не о них.