- Можно, можно, – пробурчал Френн (он за каким-то чёртом снова решил начистить сапоги; следователь иногда подозревал, что у инквизитора есть некий бзик, связанный с чистотой), – только двери закрывайте. Сквозит.
Дверь открылась, являя взору высокого человека в тёплой белой мантии с горностаевой опушкой из-под которой виднелись носки сапог, сиявшие чуть ли ярче, чем сапоги Френна. Человек галантно поклонился, и, широко улыбнувшись, сказал:
- Добрый день, господин Френн. Здравствуйте, Фигаро. Как жизнь?
Пестик выпал из руки следователя и с цокотом упал в рукомойник.
Рост – примерно с Френна, гладко выбрит. Глубокие и яркие карие глаза окружала тонкая, едва заметная сеточка морщин, но в целом, лицо мужчины пылало ярким румянцем, который словно бы сочился сквозь восковой блеск – опять же точно как у Френна: первый признак злоупотребления гериатрическими тониками. Тонкие, почти невидимые на лице бледные губы, острый нос с едва заметным следом от дужки часто надеваемых очков, вот, собственно, и всё, что можно было сказать об этом лице, лишённом особых примет. Чисто вымытые волосы гостя блестели, убранные на затылке в тугой «конский хвост».
Френн, разумеется, тоже узнал человека в дверях, но, ни в чём не изменяя себе, не проявил особых эмоций. Инквизитор лишь коротко кивнул и вкрадчиво сказал:
- Добрый день, господин Метлби. Хотя я не знаю, можно ли назвать день, начавшийся со встречи с вами действительно добрым.
Алистар Метлби, колдун, которого Фигаро арестовал почти сразу же после своего прибытия в Нижний Тудым, передав в тёплые объятия Френна, полный магистр, лауреат нескольких престижных премий по квазиматематике, автор почти сотни книг, минимум, десяток из которых сам Стефан Целеста называл «фундаментальными трудами», убийца незадачливых кавалеров своей бывшей пассии и просто хороший человек, смиренно опустил голову.
- Не могу не сказать про вас то же самое, господин инквизитор. Однако же хочу напомнить, что в тот раз я хотя бы явился к вам с повинной.
- После того, как я вынудил вас пойти на следку со следствием! – Фигаро возмущенно надулся и потряс кулачком. – Вы меня чуть не убили, и до усрачки напугали! И вас отправили на Хлябь! И вот! Вы! Стоите здесь! В горностаевом пальтишке! Как ни в чём не бывало! Ссыльный колдун, мать его!
Тут, наконец, следователь понял, как нелепо он выглядит в данный конкретный момент: в широких полосатых трусах, линялой серой майке вытянувшейся на животе, с полотенцем второй свежести, переброшенным через руку и одной намыленной щекой. Гроза колдунов Нижнего Тудыма, мать бы его за ногу.
Фигаро густо покраснел, надеясь, что это будет воспринято за проявление ярости.
Но Метлби поступил как настоящий джентльмен: он просто ничего не заметил.
Ссыльный колдун ещё раз виновато кивнул, чуть пожал плечами, улыбнулся, и, отряхнув сапоги на которых решительно нечего было отряхивать, вошёл в комнату, на ходу снимая с себя мантию (Фигаро почувствовал лёгкий звон отключившегося медальона-термостата). Повесив мантию на гвоздь, Метлби ещё раз вздохнул, мягко опустился на коренастый тяжёлый табурет, закинул ногу за ногу и сказал:
- Итак, ещё раз добрый день, господа. Меня, как вы уже, очевидно, поняли, прислал сюда Василий Дикий, неофициальный лидер научной когорты колдунов Белого лога. Я также являюсь автором того прелюбопытного эксперимента, участниками которого нам доведётся стать, а именно: точное – до пятого знака включительно – измерение внутренних эфирных напряжений внутри аномалии экстра-класса. Если нам повезёт, то я включу, настрою и сниму показания с приборов столь пренебрежительно брошенных на Рогатой горе нашими предшественниками. В их защиту, однако, могу сказать лишь то, что их там едва не убили. Надеюсь, у нас пройдёт гладко. Собственно всё. – Метлби достал из кармана белоснежного камзола доселе скрытого под мантией портсигар, отщёлкнул сигаретку хитрым пружинным толкателем, и прикурил лёгким, почти не шевельнувшим эфир заклинанием.
Фигаро молча отвернулся, достал пестик из умывальника, и принялся намыливать вторую щёку.
- Ничего себе – всё! – Френн хмыкнул. – Просто прогулка со ссыльным колдуном-убийцей в компании – делов-то! А князь вообще знал о наших с вами взаимоотношениях?
- Я думаю, нет. – Метлби выпустил изо рта аккуратное колечко дыма. – Ему нет дела до таких мелочей, как личные отношения его подчинённых, их прошлое, и вот это всё. Князь читал мои книги. Этого оказалось достаточно, чтобы я получил место... ну, скажем так: одного из его первых заместителей. И да, не волнуйтесь особо. Я не убиваю кого попало, не убиваю просто так, и уж точно не убиваю представителей власти. Фигаро свидетель.
Следователь пробурчал что-то неразборчивое и взял в руки бритву, изо всех сил делая вид, что его физиономия занимает его куда больше всех Метлби в этом мире вместе взятых.
- Я, кстати, не назвал бы наше путешествие прогулкой. – Ссыльный колдун повертел в руке портсигар и жестом фокусника заставил его исчезнуть где-то в рукаве. – Места, в которые мы отправляемся – дикая дичь; Другая активность там запредельная даже для Хляби. Так что я очень рассчитываю на помощь и защиту с вашей стороны, господа. Особенно учитывая, что Фигаро мне, вообще-то, должен... Вы, кстати, так и не рассказали мне, каким образом попали в ту забавную ловушку, из которой я помог вам выбраться. В «Клетку Ангазара» обратной полярности. Может, сейчас порадуете историей?
- Нет. – Следователь резким движением смахнул с бритвы мыло. – Но вы правы. Я действительно вам должен. И не верю, что вы станете подбрасывать нам яд в компот или останавливать сердце колдовством. Я злюсь не поэтому, и вы прекрасно это понимаете.
- Понимаю. – Метлби коротко кивнул. – Вы отправили нарушившего Другой Кодекс колдуна отбывать наказание на Дальнюю Хлябь, а ему тут живётся лучше, чем в городишке, из которого он родом. Только вот скажите: а какое вам дело? Ну, сидит тут Алистар Метлби в своём уютном кабинетике, пописывает книжечки, а вечерами под коньячок болтает с коллегами на научные и околонаучные темы. Вас это не устаивает? Хорошо. Тогда спрошу иначе: какой судьбы для меня желали бы вы? Каторги? Виселицы?
- Тоже нет. – Фигаро, наконец, закончил бриться, и, включив горячую воду, принялся шумно, точно гиппопотам, плескаться, отмывая с лица остатки мыла. – На самом деле, если так подумать, я просто хотел чтобы вы закончили убивать невинных... ну или почти невинных людей, и занялись чем-нибудь общественно полезным. Так что, можно сказать, моё желание исполнилось. Разве что вы тут у князя Дикого подрабатываете наёмным душегубом.
- У князя не хватит средств оплатить мои услуги в этой области. – Метлби скромно улыбнулся и глубоко затянулся душистой сигареткой. – Зато у него есть большой эфирный разделитель, сверхчистые пирамидки-концентраторы, тигель Ангазара-Бруне и ещё много всяких интереснейших штучек. Достаточно, чтобы занять меня лет на пятьсот. А дальше будет видно.
- Вы же не сможете вернуться на Большую Землю. Не в качестве колдуна.
- И вы опять ошибаетесь, Фигаро. – Метлби движением пальца трансформировал табурет в широкое мягкое кресло, в котором удобно развалился, положив ноги на маленькую левитирующую подушечку. – Способ восстановления эфирных каналов после воздействия Хляби придумали ещё лет сто назад. Две недели индуцированной комы в депривационной камере, прочистка, настройка, адаптация, и вот вы снова колдун хоть куда. Или, точнее, хоть где. Дело в другом: нет причин возвращаться. И Институт, и Академия – все они отстали на годы. На столетия. Здесь – передний край научного фронта, здесь я могу работать с такими вещами, о которых там, – колдун пренебрежительно махнул рукой куда-то за спину, – не мог и помышлять. Пока в Столице изобретают новый способ подтяжки лица, тут думают о строительстве подводных городов, о том, можно ли жить на Луне, о путешествиях в иные сферы бытия... я могу перечислять часами. Но вам это вряд ли будет интересно. У меня другой вопрос: за каким чёртом вы припёрлись на Хлябь, Фигаро? Да ещё в компании инквизитора?
- Не ваше дело. – Следователь толком не понимал, почему злится на Метлби, но ничего не мог с собой поделать.
- Может и не моё, – легко согласился магистр, – однако вот какая получается интересная закавыка: примерно год назад, работая с тонкими эфирными фракциями на высокоэнергетическом ускорителе потоков – не просите меня сейчас объяснять, что это такое; если коротко, то это очень большой кристалл-концентратор через который можно пропустить очень много энергии... да, так вот: в процессе моих личных опытов я наткнулся на странное смещение некоторых базовых констант Единого Поля. Поначалу я подумал, что допустил какую-то ошибку, но нет: опыт оказался вполне себе воспроизводимым. Я оказался в тупике: в принципе, подобные явления не то чтобы совсем невозможны. Большие объекты, например соседние вселенные, могу в некоторой степени искривлять пространство-время, но тут было что-то другое: объект сравнительно небольшого размера, вызывающий изменения в Едином Поле, которые затрагивали исключительно наш кластер пространства. Как будто на нашем земном шарике завис о-о-о-о-очень тяжёлый противовес, если вам так понятнее, и своим весом тянет его в условный «низ».
Метлби стряхнул пепел сигареты прямо на пол, машинально распылив его на атомы, затянулся и выпустил два дымных колечка – маленькое сквозь большое.
- Я сел за расчёты. Получалось, что где-то здесь, в определённой мере, почти рядом, можно сказать, буквально под полом нашего космоса, находится некое Другое свехсущество: то ли одно из Могуществ, которому вздумалось ломиться на наш план, то ли заключённый в некое подобие клетки Демон-принц, то ли вообще хрен пойми, что. Я понятия не имею, насколько это опасно для нашей реальности в целом, но быстро понял одно: чем бы эта штука ни была, она станет вызывать сбои в работе Единого Поля. Это будут аномалии: прорывы сильных Других, появление всяких древних тварей, что веками спали в безднах земных или в морской пучине, а теперь вылезут прогуляться... или эфирные вихри необычайной мощности, вроде того, что образовался на Рогатой горе. И каково же было моё удивление, когда я узнал, что следователь Департамента Других Дел Александр Фигаро неожиданно завалился на Хлябь именно сейчас! Более того: пытается за каким-то дьяволом пробиться на эту драную Рогатую гору!