— Ладно, — Вигго пожимает плечами и карабкается вперёд. — Я пойду первым.
У Оливера подёргивается глаз. Его руки опускаются к бёдрам, костяшки пальцев белеют. Он сейчас так похож на Райдера с этим коротким светлым хвостиком волос и недавно обретённой серьёзностью на лице.
— Проклятье, — бурчит он, залезая на дерево и быстро опережая Вигго. — Я первый.
Вигго улыбается, затем быстро скрывает это за азартным, не-шути-со-мной рычанием.
— Ни за что, Оливер. Я пер…
Оливер проталкивается мимо него, доходит до конца ветки как по канату, затем с пронзительным воплем «бомбочкой» ныряет в огромную кучу листьев под ним.
Вигго улюлюкает и следует его примеру, приземлившись в менее пышной части кучи с гулким ударом, который заставляет меня вздрогнуть.
— О Боже, — стонет Вигго где-то в листьях. — Я становлюсь слишком старым для этого.
Гарри, который особенно сильно пристаёт ко мне после отъезда Руни, скулит и запрокидывает голову, глядя на Вигго и Оливера.
— Не волнуйся, — говорю я ему, почёсывая за его ушами. — Они клоуны, но чрезвычайно выносливые клоуны.
Он снова скулит.
— Ну, Вигго, возможно, что-то себе сломал, но это не моя проблема. Ему нужно когда-нибудь выучить урок.
— Я в порядке! — кричит Вигго, поднимаясь на ноги. — Может, всего лишь микрорастяжение позвоночника.
— Ушлёпок ты, — Оливер садится и выбирает листья из своих волос. — Нет такой травмы как микрорастяжение.
Оливер каким-то образом умудряется не только играть в футбол за КУЛА, но он также всерьёз подумывает поступать в медицинский6. То есть, он спит позорно малое количество часов и функционирует как ходячий, говорящий и пинающий мячик учебник «Анатомия Грея». Учебник, а не медицинский сериал, который мой отец, врач, и моя сестра Фрейя, физиотерапевт, столько раз заставляли нас смотреть, причем смотреть из ненависти, пока они критиковали и кидались попкорном в экран из-за бесчисленных медицинских неточностей.
— Да пофиг. Смысл в том, что я пострадал, — жалуется Вигго.
Оливер лишь качает головой и начинает выбираться из листьев, но прежде чем он успевает сбежать, Вигго бросается на лодыжки Оливера и сшибает его обратно. Оливер садится в огромной куче, сердито глядя на Вигго, и в его волосах застряли новые листья.
— Ты знаешь, что хочешь меня поколотить, — говорит Вигго. — Давай, дай себе волю. Я могу с этим справиться.
Оливер хмурится ещё сильнее.
— Я не хочу драться.
— Ну, любить-то тебе не судьба, — говорит Вигго. — Раз какой-то засранец явно выбил тебя из колеи…
— Уфф! — Оливер бросается на Вигго, и они так ожесточённо барахтаются в куче листьев, что над ними буквально витает то облако хаоса, которое иногда рисуют в мультиках в моменты драки.
Пёс Гарри снова скулит.
— Серьёзно, Гарри, они в порядке, — заверяю я его. — Они так дерутся с тех пор, как Оливер научился ползать.
Пёс смотрит на меня, кладёт лапу на моё бедро. Я беру его лапу в руку, пожимаю, затем отпускаю и глажу его по голове. Когда я поднимаю взгляд, Оливер держит Вигго в захвате за шею, и на его лице зарождается подобие улыбки.
Я разминаю плечи, прогоняя нервное напряжение, собравшееся там и давящее на ребра. Пёс рядом со мной. Мои братья во дворе. Я должен чувствовать довольство. И всё же… нет.
И я не могу перестать думать о Руни.
Я думал, может, это только первый день, и меня выбивал из колеи тот факт, что Руни две недели была на периферии моего сознания, а то и прямо в его центре, а теперь уехала. И меня беспокоила именно перемена.
Но прошло два дня, и мне не лучше. Более того, мне хуже.
Не сумев остановить себя, я достаю телефон, щёлкаю фото щенков в режиме хаоса и отправляю Руни.