Апокалипсис никогда. Почему экологический алармизм вредит всем нам: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На примере Франции и Германии мы можем сравнить две крупные (шестая и четвертая по величине) экономики, которые находятся в непосредственной близости друг от друга географически и на одинаково высоких уровнях экономического развития в масштабах десятилетий.

Франция тратит чуть больше половины суммы за электроэнергию, которая производит десятую часть выбросов углекислого газа по сравнению с немецкой. Разница в том, что Германия постепенно отказывается от ядерной энергетики и вводит возобновляемые источники энергии, а Франция сохраняет большинство своих атомных станций в рабочем состоянии.

Если бы Германия инвестировала 580 миллиардов долларов в новые атомные электростанции вместо возобновляемых источников энергии, таких как солнечные и ветряные электростанции, она бы на 100 процентов вырабатывала электроэнергию из источников с нулевым уровнем выбросов и имела бы достаточно электроэнергии с нулевым уровнем выбросов углерода, чтобы питать все свои легковые и легкие грузовики.

Ядерная энергетика уже давно является одним из самых дешевых способов производства электроэнергии в мире. В большинстве стран мира, включая Европу и Азию, атомная электроэнергия обычно дешевле, чем электроэнергия, получаемая из природного газа и угля.

На глобальном уровне с 1965 года проводится естественный эксперимент. В период с 1965 по 2018 год мир потратил около 2 триллионов долларов на ядерную энергетику и 2,3 триллиона долларов на солнечную и ветровую. В конце эксперимента мир получил примерно в два раза больше электроэнергии от ядерной энергетики, чем от солнечной и ветровой.

Действительно, новые атомные станции отстают от графика и превышают затраты, но это типично для крупных строительных проектов и часто происходило с атомными станциями, включая многие высокорентабельные, работающие сегодня. Поскольку эксплуатация атомных станций обходится относительно недорого, важность превышения затрат со временем снижается. Это особенно верно, когда срок службы атомных станций увеличивается с сорока до восьмидесяти лет.

Что касается ядерных отходов, то это самый лучший и безопасный вид отходов, образующихся при производстве электроэнергии. Они никогда никому не причиняли вреда, и нет причин думать, что когда-нибудь причинят.

Когда большинство людей говорят о ядерных отходах, они имеют в виду отработавшие ядерные топливные стержни. После того как они охлаждаются в течение двух-трех лет в бассейнах отработанного топлива на атомных станциях, их помещают в стальные и бетонные контейнеры и хранят на суше способом, известным как хранение в сухих бочках. Таким образом, атомная энергетика является единственной формой производства электроэнергии, в которой отходы утилизируются изнутри. Все остальные виды энергии выводят свои отходы в окружающую среду.

Одна из лучших особенностей ядерных отходов заключается в том, что их так мало. Все отработанное ядерное топливо, когда-либо произведенное в США, может уместиться на одном футбольном поле, сложенном в штабеля высотой менее семидесяти футов.

Если бы самолет врезался в канистры с отработанным топливом, он бы взорвался, а стальные канистры, запечатанные цементом, скорее всего, остались бы целы. Даже если бы часть отработанного топлива улетучилась, это не стало бы концом света. Спасатели смогут легко его извлечь.

Не существует реальной возможности того, что отработанные ядерные топливные стержни могут загрязнить реку или другой водоем. Они находятся под тщательным наблюдением и охраной на территории внутри тщательно охраняемых атомных станций. Трудно представить, как один из них мог бы упасть в реку. Даже если бы он упал, нет никаких оснований полагать, что топливо попадет в воду. Даже если бы отработанное топливо попало в воду, последствия были бы неизмеримо малы. Работники атомных станций иногда надевают водолазные костюмы и входят в бассейны, где охлаждается отработанное топливо. Они чувствуют себя в безопасности, потому что вода защищает их от опасного уровня радиации.

Когда я разговариваю с людьми, опасающимися отходов, они часто не могут сформулировать, почему считают их опасными, но, похоже, это происходит из сознательного или бессознательного страха перед ядерным оружием. Однако чтобы превратить отработанные топливные стержни в бомбу, необходимо перевезти гигантские бочки на массивные и сложные объекты, которые существуют лишь в нескольких странах мира, или построить такой объект, чтобы превратить его в оружейный материал.

Невозможно представить себе реалистичный сценарий, в котором террористы могли бы проникнуть на атомную станцию, с помощью крана поднять 100-тонный контейнер с отработанными топливными стержнями на 18-колесный грузовик, вывезти его с завода по шоссе в прибрежный порт, отправить на лодке куда-нибудь, где есть перерабатывающий завод, выгрузить его и затем переработать. В реальном мире террористы были бы застрелены еще до того, как оказались бы у входа на атомную станцию.

В период с 1995 по 2018 год, когда солнечная и ветровая энергетика получала беспрецедентные субсидии, доля энергии, получаемой из источников с нулевым уровнем выбросов, выросла всего на два процентных пункта - с 13 до 15 процентов. Причина в том, что увеличение энергии от солнца и ветра едва компенсировало сокращение ядерной энергии.

При этом электричество составляет лишь одну треть от общего объема энергопотребления в мире. В остальных двух третях потребления первичной энергии преобладает ископаемое топливо, которое используется для отопления, приготовления пищи и транспортировки.

Только атомная энергия, а не солнечная и ветровая, может обеспечить обильное, надежное и недорогое тепло. Таким образом, только атомная энергетика может недорого создать водородный газ и электричество, которые обеспечат такие услуги, как отопление, приготовление пищи и транспорт, которые в настоящее время предоставляются ископаемым топливом.

И только атомная энергетика способна удовлетворить растущее потребление энергии, которое будет вызвано необходимостью производства удобрений, разведения рыбы и выращивания растений - все это очень полезно как для людей, так и для окружающей среды.

И все же люди, которые говорят, что их больше всего волнует изменение климата, говорят нам, что ядерная энергетика нам не нужна.

Возьмем пример климатического активиста Билла Маккиббена. Вместе с сенатором от Вермонта и кандидатом в президенты от Демократической партии 2020 года Берни Сандерсом он призвал законодателей Вермонта в 2005 году взять на себя обязательство сократить выбросы на 25 % ниже уровня 1990 года к 2012 году и на 50 % ниже уровня 1990 года к 2028 году за счет использования возобновляемых источников энергии и энергоэффективности. Главная электрическая компания Вермонта помогала клиентам переходить на автономное питание с помощью солнечных батарей и аккумуляторов, а агрессивные программы штата по энергоэффективности пять лет подряд занимали пятое место в стране. Но вместо 25-процентного снижения выбросов в Вермонте в период с 1990 по 2015 год они выросли на 16 процентов.

Отчасти причиной роста выбросов в Вермонте стало то, что в штате закрыли атомную электростанцию, за что выступал Маккиббен. "Я считаю, что Вермонт вполне способен заменить (и даже намного больше) свою электроэнергию возобновляемыми источниками, именно поэтому моя крыша покрыта солнечными панелями", - написал он.

В начале 2019 года я написал Маккиббену, чтобы спросить, не жалеет ли он о том, что выступал за закрытие атомной электростанции "Вермонт-Янки". Он ответил мне, что ее закрытие "не привело, я думаю, к значительному увеличению выбросов от вермонтского электричества". Он указал на данные New York Times, которые, по его словам, показывают, что "штат заменил [атомную] энергию, покупая много и много больше гидроэлектроэнергии из Квебека ".

Но данные свидетельствуют о другом. В действительности коммунальные службы Вермонта не смогли заменить потерянную электроэнергию с АЭС "Вермонт Янки" генерацией внутри штата и обратились к импорту электроэнергии из энергопула Новой Англии, которая в основном производится на природном газе.

Оппозиция Маккиббена к ядерной энергетике является правилом, а не исключением среди экологов. Ссылаясь на "Зеленый новый курс", офис представителя Нью-Йорка Александрии Окасио-Кортез в начале 2019 года заявил, что "план состоит в том, чтобы как можно скорее отказаться от ядерной энергетики... "

Несколько недель спустя активистка экологического движения Грета Тунберг написала в Facebook, что ядерная энергетика "чрезвычайно опасна, дорога и занимает много времени " , хотя, как мы видели, самые достоверные научные данные свидетельствуют об обратном.

"Они не могут иметь обе стороны", - говорит климатолог из Массачусетского технологического института Керри Эмануэль. "Если они говорят, что это [изменение климата] апокалипсис или неприемлемый риск, а потом разворачиваются и исключают один из самых очевидных способов избежать этого [ядерную энергетику], они не только непоследовательны, но и неискренни ".

В связи с этим возникает вопрос: если атомная энергия так полезна для окружающей среды и необходима для замены ископаемого топлива, почему так много людей, которые говорят, что больше всего боятся изменения климата, выступают против нее?

4. Естественно ядерный

В начале 1960-х годов Кэтлин Джексон, художница, жившая на центральном побережье Калифорнии, предприняла попытку защитить близлежащие дюны Нипомо. Ее стратегия заключалась в том, чтобы самые влиятельные люди штата смогли увидеть их красоту своими глазами. Одним из них был президент Сьерра-Клуба Уилл Сири, биофизик из Калифорнийского университета в Беркли. "Я и не знал, что здесь все так выглядит", - сказал ей Сири, когда приехал в 1965 году. "Это великолепно ".

Сири был известен в природоохранных кругах как альпинист мирового класса. В 1954 году Сири возглавил первую американскую альпинистскую экспедицию в Гималаи. Они совершили восхождение на Макалу, пятую по высоте гору в мире. По пути Сири наткнулся на одного из членов команды сэра Эдмунда Хиллари, который годом ранее вошел в историю, став первым человеком, достигшим вместе со своим непальским проводником-шерпой вершины Эвереста. Один из их людей упал в расщелину, и Сири спас его.