Апокалипсис никогда. Почему экологический алармизм вредит всем нам: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

7. Рыбы становятся дикими

В конце 2015 года Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США одобрило генетически модифицированный лосось, который обладает значительными экологическими преимуществами по сравнению с существующим культивируемым лососем. Критикам он понравился. "Мякоть изысканна", - написал один кулинарный писатель. "Маслянистая, легкая, сочная. Как и положено атлантическому лососю ".

Лосось AquAdvantage, разработанный компанией AquaBounty Technologies в 1989 году, растет в два раза быстрее и требует на 20 процентов меньше корма, чем атлантический лосось. В то время как для получения одного фунта говядины требуется восемь фунтов корма, для получения одного фунта лосося AquAdvantage требуется всего один фунт корма.

В отличие от большинства культивируемого лосося, который выращивается в плавучих морских садках в прибрежных районах, AquAdvantage производится в инкубаторах и на складах на суше. Это позволяет свести к минимуму воздействие аквакультуры на естественную океаническую среду и предотвратить вредное взаимодействие с дикими видами, которое может привести к заболеваниям. По оценкам компании AquaBounty, выбросы углекислого газа в атмосферу будут на 23-25 процентов меньше, чем при традиционном выращивании лосося.

Атлантический лосось уже сейчас является одним из самых здоровых продуктов питания в мире. В нем мало калорий, насыщенных и трансжиров, он является хорошим источником белка и омега-3 полиненасыщенных жирных кислот. Генетически изменив лосося, компания AquaBounty также избавилась от необходимости использовать антибиотики, которые, как предупреждают представители здравоохранения, могут способствовать развитию устойчивости к антибиотикам. "Лосось AquAdvantage так же безопасен для здоровья, как и любой другой атлантический лосось, не подвергшийся генной инженерии, и так же питателен", - утверждает FDA.

Рыбоводство имеет огромное значение для спасения дикой рыбы и других морских видов, таких как желтоглазый пингвин и альбатрос. Это связано с тем, что общая популяция океанических рыб, на которых люди охотятся и употребляют в пищу, сократилась почти на 40 % с 1970 года. Чрезмерный вылов рыбы привел к вымиранию многих местных видов, в том числе акул.

Сегодня 90 % мировых рыбных запасов либо переловлены, либо находятся на пределе, то есть близки или едва превышают максимум, который можно выловить, прежде чем их популяции полностью разрушатся. Если 15 % поверхности суши Земли защищены, то в Мировом океане их чуть меньше 8 %.

С 1974 года человечество втрое увеличило долю рыбных запасов, добыча которых ведется на неустойчивом уровне. И давление на дикую рыбу продолжает расти: в период до 2050 года, благодаря росту благосостояния и увеличению численности населения, мировой спрос на рыбу, как ожидается, удвоится.

Хорошая новость заключается в том, что рыбоводство, или аквакультура, стремительно развивается. В период с 2000 по 2014 год объем производства продукции аквакультуры удвоился, и сегодня она производит половину всей рыбы для потребления человеком. В 2018 году Продовольственная и сельскохозяйственная организация Объединенных Наций (ФАО) сообщила, что аквакультура "продолжает расти быстрее, чем другие крупные сектора производства продуктов питания", и что к 2030 году "мир будет потреблять на 20 % больше рыбы, чем в 2016 году ".

Большую пользу для окружающей среды аквакультура приносит благодаря переносу рыбных ферм из океанов на сушу. Это снижает их воздействие на морскую среду и позволяет создавать закрытые или почти закрытые системы, в которых вода постоянно очищается и перерабатывается.

Технологии, впервые использованные для создания генетически модифицированной рыбы, приносят и побочные выгоды. Ученые утверждают, что такая генетическая модификация дает возможность уничтожить смертельный вирус птичьего гриппа.

И все же самыми ярыми критиками замены дикой рыбы фермерской рыбой являются экологические группы, включая Совет по защите природных ресурсов (NRDC) и Сьерра-Клуб, которые утверждают, что лосось AquAdvantage может загрязнить популяции дикого лосося. После того как FDA одобрило AquAdvantage, глава Центра безопасности пищевых продуктов, еще одной экологической группы, заявил, что подает иск, чтобы остановить "внедрение этого опасного загрязнителя".

В ответ на это несколько крупных сетей супермаркетов, включая Trader Joe's и Whole Foods, заявили, что не будут продавать рыбу AquaBounty, хотя представители обеих сетей признались, что в их магазинах продаются и другие продукты, произведенные с использованием генетически модифицированных ингредиентов или корма.

Рыбоводство не лишено проблем. Первые рыбоводческие хозяйства, как и креветочные фермы, были весьма разрушительными, они приводили к вырубке мангровых лесов и загрязнению водных путей химикатами и питательными веществами. Но со временем их негативное воздействие на окружающую среду значительно снизилось благодаря более рациональному размещению рыбоводческих и креветочных ферм и совместному выращиванию таких видов, как морские гребешки и мидии, с морскими водорослями и микроводорослями.

Ученый, который впервые заговорил о том, что генетически модифицированная рыба может угрожать запасам дикой рыбы, сегодня является одним из самых ярых ее защитников. "Я не буду утверждать, что генно-инженерный лосось никогда не попадет в океан", - сказал он. "Но в этой рыбе нет ничего, что могло бы просуществовать более одного поколения из-за ее низкой приспособленности ".

Что касается Trader Joe's и Whole Foods, то бывший генеральный директор AquaBounty Рон Стотиш с оптимизмом полагал, что сможет изменить их мнение. "Мы надеемся, что со временем они примут наш продукт ".

Но пять лет спустя ни экологические группы, якобы обеспокоенные будущим дикой рыбы, ни Trader Joe's, Whole Foods, Costco, Kroger и Target не изменили своего мнения.

8. Классовая война

Сегодня Чезаре Маркетти около девяноста лет, и он живет как "фермер-джентльмен недалеко от Флоренции", - говорит его друг и соавтор Джесси Аусубел, - "с оливковыми рощами, виноградными лозами, козами, черными кошками" и коллекцией пишущих машинок.

Аусубел, работающий в Научно-исследовательском институте Вудс-Хоул и Рокфеллеровском университете, дружит с Маркетти с тех пор, как они познакомились в 1970-х годах в IIASA. Сегодня они пытаются составить последовательность генома Леонардо да Винчи по следам ДНК, которые им удалось собрать из книг и других предметов, принадлежавших великому художнику эпохи Возрождения. "Если вы посмотрите на рисунки да Винчи, изображающие бури и облака, то поймете, что он понимал огромное безразличие природы, - говорит Аузубель, - и многое в человеческой деятельности".

Я спросил Аузубеля, почему, по его мнению, модель Маркетти о переходе в энергетике оказалась настолько ошибочной с точки зрения сроков, даже если она была в целом точна в отношении направления. "Вы можете смотреть на долгосрочную перспективу, и динамика будет выигрышной", - сказал он. "Но вы можете взглянуть на любое явление и обнаружить перерывы, заминки, отступления и отклонения. Именно это и произошло с энергетикой".

Против нового вида топлива обычно выступают состоятельные люди. В Британии представители элиты называли уголь "экскрементами дьявола", и многие считали это буквальной правдой, учитывая его сернистый запах. Угольный дым дурно пах на фоне сладкого запаха дров. Представители высшего класса викторианской Англии сопротивлялись переходу от дров к углю так долго, как только могли.

Именно образованная элита вела аналогичную войну против фрекинга. Главными антагонистами были The New York Times, Билл Маккиббен и хорошо финансируемые экологические группы, включая Sierra Club и Natural Resources Defense Council.

Аусубел рассказывает, как в 1970-х годах угольные компании боролись против более активной разведки природного газа. "Люди упорно борются, чтобы удержать свои позиции. Так было в США с угольной промышленностью, которая создала альянс между сенатором-республиканцем [Аланом] Симпсоном на Западе в Вайоминге и сенатором-демократом [Робертом] Бердом в Западной Вирджинии на Востоке. На национальном политическом уровне они смогли сделать многое из того, что вывело угольную промышленность из строя".

Аусубел привел в пример избрание в 1976 году президентом Джимми Картера, который при поддержке крупных экологических групп добивался увеличения добычи угля вместо ядерного и природного газа.

Аусубел считает, что беспокойство по поводу энергетической независимости в 1970-х годах было неуместным. По его словам, "опасения, что экспорт газа каким-то образом навредит нашей национальной безопасности, были безумными. На самом деле, наличие здоровой крупной промышленности дает вам больше национальной мощи".

Аусубел отмечает, что ученые знали, что природного газа много, особенно в океанах. "Все в Американской ассоциации геологов-нефтяников к началу-середине 80-х годов прошлого века знали, что на континентальных окраинах и в метановых гидратах в море имеются огромные запасы газа. Я писал о них в докладе Национальной академии наук 1983 года.

"Геологи позволили укорениться идее о том, что природный газ ценен и что его нужно беречь, потому что его не так много. Сегодня крупные нефтегазовые компании видят себя в будущем скорее газовыми, чем нефтяными. Но во многих местах это могло произойти двадцать-тридцать лет назад и не произошло ".

К счастью, война с гидроразрывом провалилась. Когда дело дошло до добычи природного газа из сланцев, Соединенные Штаты вмешивались в этот процесс меньше, чем другие страны, и в результате получили огромную выгоду. В Соединенных Штатах владельцы недвижимости имеют право на добычу и бурение на земле под ними. В большинстве других стран эти права принадлежат правительству, что является одной из основных причин, почему гидроразрыв пласта не получил распространения в других странах.