Почему-то вспомнились белые простыни и его любимые голубые чашки с позолотой, серебряные ложечки, которые он коллекционировал по приколу и мягкая немецкая обувь, которую он предпочитал всем остальным.
Вся его жизнь так и пронеслась у него перед глазами и очень захотелось заплакать, но категорически не было слез.
Тогда он взял себя в руки и твердо решил, что ему необходимо не распыляться и не кукситься, а делать что-то стоящее. Что-то такое, что сможет ему помочь, тем более, что у него появилась реальная возможность все изменить.
Теперь ему показалось неимоверной глупостью рубить сук, на котором сидишь. Ведь что такое было бы продать Петра журналистке и потерять тем самым реальную возможность получить от него такую необходимую ему помощь? Глупость и есть.
И потом, еще ему надо привести себя в порядок. Петр прав – со спиртным ему надо завязывать, иначе беда. Иначе не видать ему своего постоянного места жительства, как своих ушей…
Глава 31
Деньги у Павла закончились намного раньше, чем он рассчитывал, и он опять оказался на мели.
Он переживал, Нонна как могла пыталась его поддерживать, но и сама теперь все чаще срывалась в выматывающую последние силы нервотрепку.
Разговор с Татьяной мало-помалу приходил ей на память, и в конце концов она решила ей позвонить.
– Привет, подруга, – сказала она, как только та взяла трубку и тут же засомневалась, правильно ли она сделала, что набрала ее номер.
– Привет, – не давая Нонне опомниться, ответила Татьяна. – Как сама, как дети?
– Лучше спроси, как Павел, – среагировала Нонна. – В общем, давай приезжай, я готова к разговору.
Сказала, как отрезала, и Татьяне ничего не оставалось, как только бросить все свои дела и примчаться подруге на помощь.
Таня приехала очень быстро. Так, что Нонна не успела привыкнуть к мысли, что она это сделала.
Сказала, что будет говорить с ней на запретную тему. К которой она надеялась больше никогда не возвращаться.
Таня зашла в гостиную, удивленная тем, что Нонна не встречала ее у порога, а хозяйке и невдомек, что она сегодня до крайности негостеприимна.
Таня подошла к Нонне чмокнуть ее в щечку, а та ей даже «привет» не сказала.
– Что, все так плохо? – вместо приветствия спросила Татьяна.
– Если б ты знала, как мне не хочется ворошить эту тему, – словно очнувшись, сказала Нонна.
– Так давай пока чайку попьем, а? – решила разрядить обстановку Татьяна.
– Давай, – согласилась Нонна.
– А светские разговоры вести будем? – пошутила Таня.
– Ой, Тань, мне вообще не до чего, – откликнулась Нонна, – денег-то у Павла, и правда, нет.
– Значит, будем, – настояла Татьяна. – Так, значит про семью, детей я спросила… Давай про Риту. Как она?
– Если честно, для меня и этот вопрос потерял актуальность на сегодняшний день, – грустно сказала Нонна.
– Ну и что? А ты все равно расскажи…
– Ладно, хорошо, слушай… – Нонна положила руки под щеки и настроилась говорить скучные вещи. – Рита все так же выкручивается. Теперь, правда, меньше. Почувствовала, видимо, перспективу быть выставленной из нашего дома. Но меня не проведешь.
– Понятно, – сказала Таня, – вот она, кстати, кофе несет.
Рита подошла к столу, выставила чашки с кофе и спросила:
– А может, кто чая хочет?