Плодородие земли, его поддержание и обновление: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Противоположностью является лёгкий, соломенный материал, бумага, вообще материалы, которые легко воспламеняются. Здесь возникают явления сгорания. Автор наблюдал, как из сухой соломы маиса, к которой была добавлена едкая известь и которая не была покрыта, вырывалось даже пламя. Если при начальном брожении развивается слишком много теплоты, нужно спрыснуть водой, куча быстро высохнет и придёт в прежнее состояние. Сохраняются только термофильные бактерии и некоторые маленькие грибки, которые дают массе серый оттенок, называемый «огнём». Могут возникнуть явления сгорания и даже карбонизации, а также потери углерода и азота. Поверхность покрывается коркой, то, что находится внутри, остаётся замкнутым, часто сохраняется зелёное и влажное ядро. Единственное решение — это перемешивание и увлажнение.

Никогда не следует забывать, что в живом компосте находятся миллионы маленьких живых существ, которые, как растения, нуждаются в воздухе и воде. Если куча слишком суха, она нуждается в воде. При быстром и горячем брожении ещё больше, чем при медленном.

Спустя некоторое время процесс распада берут на себя гумусные бактерии. Бактерии, осуществляющие распад, должны отступить. Добавление земли в самом начале сдвигает равновесие в сторону гумусных бактерий. Наши биодинамики это делают всегда правильно, может быть, не сознавая вначале, почему.

Если много животных отбросов, мясных, рыбных, и тому подобных, то есть повышено процентное содержание белков, или куриный помёт, то устанавливается отношение углерода к азоту 8:1 или меньше. Тогда чрезмерно преобладают продукты распада азота. Появляются плохо пахнущие субстанции, такие, как скатол, индол. Хотя такой компост и богат азотом, но он «несъедобен». Он воняет. Другая крайность это солома, бумага, целлюлоза, при которой отношение углерода к азоту составляет 44:1. Здесь определёнными организмами сжигается много углерода, пока не установится равновесное состояние. Идеальное состояние — это отношение 11:1. Но нами найдено, что наиболее благоприятно отношение между 11:1 и 20:1. Хотя это знание и стало сегодня всеобщим достоянием, оно для фермеров и садоводов не играет практической роли, каждый из них предпочитает иметь дело с материалом, находящимся в его распоряжении. Но там, где имеют дело с компостированием, например, городских отходов, и где большую роль играет экономический вопрос, эти отношения очень важны. Там заранее следует составлять правильные смеси. Автор был приглашён консультировать большие предприятия по обработке отходов, где обрабатывалось 100 т в день. Здесь уже нужно было исходить из точного расчёта. Подробности этой работы, а также точное описание всех процессов сбраживания и жизни организмов будут представлены автором в другой книге. Здесь обсуждаются только общие вопросы. Я могу только оказать, что отношения были точно исследованы для всех видов сырья и для каждого климата, и приведены точные предписания и расчёты.

Большинство разлагающих бактерий работают быстро. Их деятельность затухает, когда разрушены все первоначальные соединения. Такие бактерии присутствуют в большом количестве в воздухе, в воде, в отбросах, в земле и проявляются неожиданно, что приводит к точке зрения, будто их не надо добавлять.

Производящие тепло, так называемые термофильные бактерии также сопровождают естественные явления.

Важнейшие производители гумуса работают медленно и в той мере, в какой произошло предпереваривание. Они работают над распавшимся материалом. Если всё сделать правильно, оба процесса, распада и восстановления, будут согласованы, так что последний будет начинаться там, где и когда прекращается первый. Благодаря этому согласованию в короткое время образуется тонкий компост. Процессы в основном те же самые, что и при медленном гниении, которое происходит с традиционным или огородным компостом за шесть–двенадцать месяцев, а с компостом из листьев за два–четыре года. Существенным является для качества не останавливаться на стадии распада сырого компоста, считая, что получен конечный продукт.

Теоретически и в лаборатории можно приготовить компост за 24—48 часов в небольших количествах. Это достигнуто нами впервые в 1948 году. Формирующие нитраты и связывающие азот организмы, однако, работают медленней и менее действенно. В таком быстром компосте в лучшем случае азот сохраняется, но чаще теряется. Но вершиной компостного хозяйствования является не только сохранение, но и увеличение количества азота в отношении к исходному материалу. При определённых условиях это достижимо, и содержание азота можно повысить на 70 процентов от его начального содержания. Организмам, о которых идёт речь, представленным в виде чистой культуры, требуется для развития минимум 10 дней. Нащ практический опыт показал, что в зависимости от компостной основы скорость их развития не менее 16—21 дня. Однако такое ускорение развития достигается механической переработкой городских отбросов на больших. предприятиях. Фермер и садовод не имеет ни средств, ни необходимости в такой переработке и обычно остаётся при хорошо изученных, хотя и более медленных, прежних методах ведения биологически–динамического хозяйства.

Таким образом, мы обсудили процессы, разыгрывающиеся в аэробной области. В анаэробной области также существуют отношения между содержанием углерода и азота, а также ограничение снизу в отношении влажности. С небольшими исключениями, при преобладании анаэробных условий и организмов происходит потеря азота. Конечный продукт — это часто метан, болотный газ, сероводород. При аэробном сбраживании преимущественно происходит окисление, при анаэробном — преимущественно восстановление. Анаэробный материал имеет типичный запах погреба или болота, или ещё худший. Чем ещё нехорошо анаэробное брожение, это содержание патологических организмов группы клостридий, являющихся носителями вредных инфекций, таких, как газовая гангрена, столбняк, ботулизм и другие. Хорошо известный запах от старого лошадиного навоза чаще всего является результатом действия бактерий столбняка, этим запахом они и выдают своё присутствие. Попутно следует упомянуть, что тонким запахом свежевспаханной, богатой гумусом земли, особенно после дождя, мы обязаны актиномицетам, которые производят это ароматическое вещество, хотя этого и не знают большинство фермеров (и поэтов). Так называемый хороший, земляной запах компоста также является результатом деятельности этих актиномицетов. Нос человека в определённых отношениях гораздо легче, чем бактериология, различает гумусное сбраживание от нежелательного анаэробного брожения, или термофильного брожения (пахнет как горячее, заплесневелое сено).

Для сохранения азота в компосте определяющей является форма, в которой он присутствует, и концентрация. Органически связанный азот удерживается, аммиак теряется, как только компост становится щелочным. Поскольку конечный продукт аэробного сбраживания почти всегда щелочной, свободный аммиак в конце процесса выделяться не должен. Вначале, в фазе распада, это нормальное побочное явление. Поэтому важно как можно скорее перейти ко второй фазе, которая обеспечивает превращение его в нитраты и органические соединения. В компосте, содержащем много бактерий и других азотофиксирующих организмов, этого добиться не трудно. Эти организмы лучше всего функционируют при рН выше 6,0 и в присутствии извести. Второе правило: в кучу компоста добавлять известь основано на правильном опыте. Если присутствует слишком много аммиака (и нитратов), эти организмы пожирают азот вместо того, чтобы связывать. По нашему определению, равновесие достигается между 1,7 и 2 процентами тотального содержания азота. Ниже этого потери азота малы или же он сохраняется за счёт связывания атмосферного азота.

Сверх этого азотные соединения распадаются и происходят потери. Хотя и возможно произвести компост с более высоким содержанием азота, но тогда нужно в подходящий момент прекратить деятельность бактерий посредством быстрого высушивания ниже 20% влажности и материал до применения держать сухим. Обычно же влажный компост (и навоз) держатся ниже порога 1,7% азота. Например, при компостировании куриного помёта можно наблюдать, что он долго пахнет аммиаком, пока содержание азота не понизится с 2,0 до 1,7%, после чего он стабилизируется. Посредством подмешивания подходящих бедных азотом веществ (стружки, опилки, листья) можно способствовать стабилизации. Когда хотят использовать богатые азотом отходы скотобойни или рыбного производства, всегда следует рекомендовать подмешивать другие материалы. Добавление земли издревле служило здесь регулятором. Поскольку хорошая гумусная земля, естественно, содержит лучшие организмы, всегда рекомендуется её добавление. Помимо прочего, мы находим, что определённые ценные почвенные организмы, принадлежащие к группе актиномицетов, вообще размножаются только в присутствии земли, и поэтому даже для индустриального компостирования. рекомендуется добавлять землю 5—10% от общей смеси, если хотят получить высококачественный продукт.

Этим обстоятельством объясняется, почему в лаборатории не удаётся вырастить чистые культуры важнейших почвенных бактерий.

Чтобы провести целесообразное компостирование, желательно с самого начала складывать сырой материал по определённым. правилам. Особенно навоз, ежедневно подмешиваемый на кучу. Не следует ждать, пока начнётся случайное, неблагоприятное брожение. Гораздо труднее изменить неблагоприятное направление брожения. Это может быть достигнуто только посредством перемешивания.

Тина на дне влажных каналов и прудов анаэробна. Если в ней собирается метан и сероводород, то она содержит ядовитые вещества для многих растений и аэробных организмов. Поэтому до её использования она должна быть проветрена. То же относится к осадку канализационных стоков. Их особенно тщательно нужно проветривать перед использованием. Город — Милуоки (Висконсин, США) разработал особый метод проветривания, который вводится в ряде других мест, но этот метод слишком дорог. Тогда говорят об активированных отходах. Там, где позволяет, это сделать климат, лучше всего анаэробную тину, взятую из прудов и канав, оставлять в плоских отстойниках на зиму так, чтобы она замёрзла, а весной её использовать.

Сказанным ещё далеко не исчерпана тема компостирования, однако намечено общее направление решения биологических и биохимических проблем.

Известно также влияние фекальных удобрений и орошаемых полей, которые передают своим продуктам своеобразный аромат. Продукты распада обмена веществ, такие, как скатол и индол, а также ароматические вещества в спарже, частично без изменений проходят через почву в растение. Но нельзя простым запрещением прекратить использование фекалий. Во–первых, нужно разгрузить города от фекалий и канализационных вод. Различными методами из канализационных вод получают осадок, который затем используется в сельском хозяйстве. В какой–либо форме вопрос должен быть так разрешён, чтобы в результате этого причинялся только минимальный вред. Этого можно достичь посредством компостирования осадка канализации. Биологически–динамические представители до сих пор отклоняли этот вопрос, пока дело касалось среднеевропейских областей. На биологически–динамических предприятиях не нуждаются в фекалиях, поскольку там в достаточном количестве производят гумус. При всех обстоятельствах, из гигиенических и других соображений следует воздерживаться от применения фекалий в свежем виде или в виде отстоя канализационных вод при выращивании овощей. Они должны включаться в большой, длительный круговорот. Для компостированного отстоя должны быть созданы условия, чтобы он настолько оземлился, чтобы ничего больше не содержал от первоначальных фекалий, то есть в нем не должно содержаться ни кишечных бактерий, ни прямых продуктов распада обмена веществ. Но это может быть достигнуто только длительным перегниванием.

Перед автором была поставлена задача найти решение для условий Восточной Азии, Японии, Кореи и Индии. Он разработал методы, в результате которых получается безвредный продукт, и санитарную модель поселений для корейского правительства, подобные же проекты были предложены Индии и Японии. Нас завело бы слишком далеко обсуждение всех подробностей. Интересующиеся круги могут обращаться прямо к автору. Здесь можно только отметить, что можно получить продукт, который пахнет как земля, так же себя ведёт и не содержит кишечных бактерий и паразитов, то есть проблему можно считать решённой.

В Восточной Азии, Корее, Японии и Индии существуют условия о которых в США и Центральной Европе не имеют достаточного представления. Эти условия поэтому должны быть достаточно обсуждены. Фекалии там — единственное удобрение, которым располагает мелкий землевладелец. Корейские представители объясняли автору в Соединённых Штатах, что без фекальных удобрений их страна просто бы голодала. Навоз производится в недостаточном количестве и часто является единственным горючим материалом, который используется для варки.

С другой стороны, вред от фекальных удобрении так велик, что вследствие распространения кишечных заболеваний (паразитов и бактерий) возникают постоянно повторные инфекции. Считается, что за последние тридцать лет вследствие повторной инфекции погибло больше людей, чем в результате войны, революции и голода вместе взятых. Четвёртая часть населения больна паразитарными и бактериальными инфекциями. Нельзя просто сказать, что удобрение фекалиями нужно отменить. Для этих беднейших из бедных должно быть найдено решение. Автором разработано компостирование фекалий при определённых условиях. Метод должен быть сначала продемонстрирован на санитарной модели, а затем через постепенное обучение введён в жизненную практику.

При этом тогда возможно проведение компостной программы по биологически–динамическому методу. Если этого не сделать, то очень скоро обнаружится, что также и там всё более и. более будут вводиться покупные удобрения и вопрос фекалий не будет разрешён.

Последние публикации показывают, что аскариды могут в больших количествах присутствовать в сточных водах. Нойройт–Карлсруэ сообщает о наличии 16000 яиц червей в секунду, то есть 8,9 на литр. Дармштадт (1948/49) 1500, Берлин (1949) 110, Штуттгарт 50, Менинген (1954) 62 на литр. Впечатляющая публикация проф. д-ра Вильгельма Штрихлера «Исследования яиц аскарид в отстойниках Нойройта города Карлсруэ» (№ 2 «Aus Lehre und Forschung», 1956) содержит следующие слова: «Поскольку яйца аскарид не погибают ни в отстойниках, ни на иловых площадках» (там говорится, что здесь они инкапсулируются и поэтому особенно легко распространяются), «особое значение имеет компостирование как последняя ступень перед сельскохозяйственным использованием. Это должно проводиться особенно тщательно, чтобы отстой канализационных вод мог быть преобразован а безупречное в гигиеническом отношении удобрение». В той же работе сказано, что необходимо прогревание компоста выше 65 °C, чтобы умертвить яйца червей. В противоположность этому мы часто наблюдаем тот факт, что компост, приготовленный из отстоя канализационных вод, остаётся относительно холодным и эта температура не достигается, то есть полученное удобрение не безупречно в гигиеническом отношении.

Глава V. Практические вопросы обработки навоза и компоста

Удобрение должно в таком составе вноситься в почву, чтобы оно могло выполнять свою задачу, способствовать органическим процессам. Хуже всего оно выполняет эту задачу в сыром, свежем состоянии. Тогда оно само ещё нуждается в биологической деятельности и энергии, чтобы перегнивать. Тогда оно некоторое время изнуряет почву. 1< тому же полуперегнившие продукты распада (например, белка) прямо усваиваются корнями и могут в растении вызывать нарушения. Известен запах цветной капусты и других овощей при варке, который несёт в себе признаки. применённых удобрений.

Лучшая форма органического удобрения — это гумус. Но пока навоз перегниёт до состояния гумуса, проходит слишком много времени. К тому же разрушаются и теряются составные части. Вообще при гниении навоза происходит ряд потерь. Здесь происходит под влиянием определённых бактерий распад азотистых. соединений. В особенности это происходит на поверхности, открытой доступу воздуха. При свободном разбрасывании по поверхности почвы навоза, где он подвержен действию дождя» солнца, он теряет до 50% ценных веществ. То, что не окислилось под действием солнца, наверняка будет вымыто дождями. Если навозные кучи находятся на возвышении, с них стекают коричневые ручьи, тем самым происходит потеря ценных питательных. веществ. Тот же фермер, который работает по правилам таблиц удобрений, рассчитывая, сколько ему нужно для поддержания Урожая применить сульфата аммония, который он ещё покупает,. спокойно смотрит, как азотные соединения в жидкой форме текут. по улице, где они удобряют асфальт, уличный щебень и в лучщем случае сорняки, растущие по обочинам. Однажды я. встретил особенно практичного человека. Там рядом с местом сбора навоза был маленький пруд, в который стекало множество коричневых ручьёв. «О, здесь всё собирается в пруд, мы очищаем его раз в четыре года».

Противоположным случаем является тот, когда вся жидкость скапливается в месте складирования навоза, она постепенно промачивает подножье кучи и поднимается наверх. Вследствие этого промокшая часть кучи всё более и более замыкается от воздуха — подавляется правильная ферментация. В этом месте происходит своего рода образование торфа, чёрной, своеобразно пахнущей массы. Ценность такого удобрения незначительна. Особенно это характерно для влажной глины. Она замазывает почву, плохо распределяется и через несколько недель чёрные комки сохраняются почти неизменными.

В противоположность разбросанному навозу здесь происходит ферментация, не приводящая к образованию гумуса. При плотно упакованном навозе снова возникает опасность того, что он слишком сильно прогреется и вследствие сгорания потеряет лучшие составные части. Словом, есть множество путей, чтобы первоначальный навоз потерял половину своих питательных веществ. И здесь нужно немедленно взять пробу удобрения и изучить, как можно установить равновесие. (С 1937 года в биологически–динамической литературе появилось много публикации, посвящённых вопросу приготовления компоста. Поэтому последующие рекомендации, приведённые в первом издании, дополняются данными, приведёнными в других местах; мы отсылаем читателя к соответствующей. литературе. До войны выходили журналы «Деметер» и «Сообщения союза биолого–динамических сельскохозяйственных предприятий»», сейчас журнал «Lebendige Erde» и «Biodyiiamics». Упомянем также книгу Е. Pfeiffer, Е. Riese «Der erfreuliche Pflanzgarten») Поэтому первым и высшим правилом является: с первого дня тщательно укладывать навоз в месте складирования удобрений. Лучше всего начать с того, чтобы в одном углу построить хорошо уложенный, но не твёрдо спрессованный четырехугольник 60—100 сантиметров высотой, площадью примерно 2—4 квадратных метра. Рядом с ним второй, затем третий и т. д. Первый участок можно огородить досками, которые затем передвигаются на следующие. Очень важно, чтобы навоз был всегда хорошо закрыт. Только если постоянно держать под контролем доступ воздуха, можно подавить действие денитрирующих бактерий. Покрывать лучше всего землёй. При средних почвах достаточно 6 см, при чернозёмах меньше. Покрывают обычно готовую часть (1,2 метра). Тем самым мы воспрепятствуем вымыванию и высыханию. Только где нет в распоряжении земли, можно покрывать торфом, планками, соломой, картофельными очистками и тому подобным. При этом следует учесть, что вследствие поверхностного гниения последних также теряется часть хорошей субстанции.

Покрывание кучи — это также искусство. Плотность слоя земли сильно зависит от качества последней. Целиком изолировать содержимое кучи также нельзя. Тяжёлая глинистая, то есть не пропускающая воздух земля должна покрывать слоем не больше, чем в палец толщиной. Где применяют песок, следует позаботиться, чтобы его не разметало ветром или не обрушились отвесные боковые стенки. Нужно усвоить себе, что навозная куча вследствие наличия в ней бактерий и бродильных процессов является живым организмом. Как таковой, он должен иметь границу (кожу), которая изолирует его от внешнего мира. Он должен «развивать свою собственную жизнь». Но из этого не следует, что эта жизнь должна развиваться хаотично, она должна протекать только в одном направлении, желательном для фермера. Мы уже говорили, что конечной целью всякого благоприятного органического распада является нейтральный гумус. Навоз, который переводится в это состояние, сохраняет максимум ценности как удобрение в отношении питательных веществ, а также в отношении физической структуры.

Здесь — кроме тщательного приготовления навоза — следует обратиться к биологически–динамическим рекомендациям Рудольфа Штайнера. Этот метод можно продемонстрировать следующим ходом мыслей: когда мы хотим испечь хлеб, мы воду и муку смешиваем в тесто. Его можно оставить на открытом воздухе. В него попадут случайно присутствующие в воздухе дрожжевые бактерии (так называемые дикие дрожжи) и через несколько часов тесто начнёт подниматься. Испечённый из этого теста хлеб будет кислым, горьким, жёстким, то есть невкусным. Поэтому пекари применяют специально выращенные дрожжи или закваску, чтобы получить быстрое и хорошее брожение.

То, что делает крестьянин, можно сравнить с первым случаем. Случайная ферментация навоза! Чего следует достичь, это направленной, управляемой ферментации в направлении минимальной потери питательных веществ и лучшего формирования гумуса. Д-р Рудольф Штайнер показал, что различные растительные препараты позволяют, при соответствующем их применении, направить ферментацию в желательную сторону.