Плодородие земли, его поддержание и обновление: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вред, нанесённый вырубкой лесов во время второй мировой войны, неизмерим. На острове Валхерен вследствие прорыва солёной воды были повреждены почти все деревья. Биологически–динамическое предприятие было первым и в 1950 году единственным, которое снова вырастило деревья для защиты от ветра. Тем самым была заложена основа для выращивания фруктовых садов. Автору сообщали (1950), что средний фермер Валхерена тогда ещё не интересовался выращиванием новых деревьев. Голландское правительство, со своей стороны, заслуживающим внимание образом способствовало восстановлению разрушенной страны, в особенности дотациями в виде скота и удобрений. Столь же необходимо было для страны восстановление защиты от ветра.

Нам вовсе не нужно обращаться к классической древности, чтобы изучить превращение плодородных земель, вследствие одностороннего и неправильного их использования, в пустыни. В наше время опустошения, производимые в Америке пыльными бурями, являют нам предостерегающий образ этого драматического вторжения. К плодородным чернозёмным почвам низменности в бассейне Миссури–Миссисипи примыкает на западе равнина, тянущаяся с востока на запад на 800—1000 км, до того, как её начали возделывать, там столетиями была прерия. На западе эта область ограничена Скалистыми Горами. Эта прерия некогда была родиной диких буйволов; позже она стала излюбленным пастбищем скота, плотно заросшим травой. Вследствие одностороннего её использования под пастбище, без ухода за землёй, трава была уничтожена, защитный покров почвы был разрушен. Сухость и ветер завершили дело, и случилось так, что эта поверхность почвы начала «странствовать». В возделываемой области прежде всего интенсивное возделывание зерновых без необходимой последовательности смены культур, боронование без своевременного вальцевания и другие ошибки при обработке почвы привели к потере почвой, некогда столь богатой гумусом, органических веществ. Почвенный покров, распался, вследствие эрозии исчезла капиллярность. Опыты профессора Иенни (Jenny: «Soil fertility losses under. Missouri. Conditions; Колумбия, — m. 324 Agr. Exp. St. См. также прилагаемый список литературы.) из Миссурийского университета, Колумбия, показали, что содержание в почве гумуса и азота упало по сравнению с тем, что было первоначально в прерии, на 35 процентов. За тридцать лет плодородие почвы изменилось так, что профессор Иенни мог сказать: «Единственное, что повысилось за это время, это кислотность почвы». Но, к сожалению, это вредно для многих культурных растений. Сегодня, если бы мы попытались искусственными средствами вернуть почве утраченное плодородие, это стоило бы дороже, чем сама земля. Это означает, что практически ничего нельзя сделать. Треть полезной площади Америки стала вследствие этого непригодной для обработки. К тому же повреждённая пыльными бурями область ежегодно движется на восток со скоростью 60 км в год.

Некоторые сообщения могут прояснить ситуацию. Мистер И. Н. Дарлинг (I. N. Darling.) говорит:. «Нам угрожает превращение в голодающую нацию и даже гибель цивилизации, если гибель пахотных почв будет в последующие 35 лет идти с таким же ускорением, как до сих пор. В 1960 году плотность населения на землях, пригодных для обработки, повысится до 1 человека на гектар, состояние, приближающееся к Китаю. За последние 200 лет нами разрушено больше земельных угодий, чем каким–нибудь другим народом на земле. И наше сегодняшнее поколение ответственно за это перед будущими». (Нью–Йорк Таймс, 5.3.37).

Д-р П. Б. Сиарс, (Р. В. Sears, «Milwaukee Jornal 2.5.37») университет Оклахома:

Министерство сельского хозяйства в Вашингтоне (уже в 1934 году): Нельзя больше ждать, когда последний возможный сноп злаков будет снят с истощённой земли. Закон падения прибылей уже вступил в действие, и пришло время, когда стоимость. продукции нужно уменьшать посредством менее интенсивных методов. Министерство сельского хозяйства хочет в текущем году 2,5 миллиона гектар пахотной земли превратить в луга и пастбища. Фермеры, которых уже оповестили об этом, получат государственную помощь. «Бостон Геральд» сообщает, что впервые со времени образования зерновой биржи в Бостоне в течение уже 10 дней не поступает в продажу североамериканский маис и должен ввозиться из–за границы. Состояние, которое на руку спекулянтам. Нехватка зерна на бирже побудила владельцев судоходных компаний отправить свои суда прогуливаться в море, пока не установятся лучшие цены. Ничего не меняет то, что в этом году вследствие выпадения обильных осадков в некоторых областях положение временно улучшилось. Министр сельского хозяйства Америки, секретарь Валлейс сообщает, что в 1937 году повреждения ещё большие, чем в предшествующие годы. (Нью Йорк Таймс, 3.6.37).

Президент Рузвельт говорит в своём обращении к Конгрессу (Нью Йорк Таймс, 3.6.37):

Чему нужно научиться в первую очередь, это' работать заодно с природой, а не против неё.

М-р К. В. Якс, (С. V. Jacks) директор отделения английского Имперского Бюро Земледелия («Дейли телеграф», 30.9.37) даёт следующие цифры для США: 44 миллиона гектар вследствие эрозии уже превратились в пустыню, 60 миллионов гектар потеряли более чем три четверти плодородных земель, 36 миллионов — от одной до трёх четвертей. Только 30 процентов земель остались. ещё незатронутыми этим процессом (из которых не все пригодны для обработки).

К этим внешним природным катастрофам добавляются ещё хозяйственные трудности земледелия, которые ведут в Америке к образованию «безлюдных» предприятий. Рабочая сила становится слишком дорогой и должна быть заменена работой машин. Однако машинная обработка почвы никогда не может привести к такому улучшению гумуса, как ручная работа. Это может показать сравнение хорошо ухоженных садовых почв с лучшими почвами пахотных земель. Задача состоит в том, чтобы в обработку пашни вместо упрощённых методов обработки земли ввести также улучшающие гумус методы работы. В практическом, напряжённом в борьбе за существование сельском хозяйстве почва обрабатывается ровно настолько, насколько это необходимо. Биологически благоприятная форма смешанного предприятия — с интенсивным возделыванием бобовых, выпасами, удобрением почвы — была оставлена ради «рационально» обрабатываемых. полей, и введён односторонний способ обработки. Результатом такого хода развития — вследствие неблагоприятного выветривания в течение нескольких лет — явилось то, что крупнейший поставщик злаковых в мире, а именно Америка, уже в течение двух лет вынуждена закупать корма, и в 1936 году из экспортёра пшеницы превратилась в страну, закупающую пшеницу. Подобные же отношения возникли в Канаде. В 1936 году был собран только половинный урожай; по сообщениям зерновых бирж канадские запасы исчерпаны 31 июля 1937 года. С тех пор в этих двух крупнейших производителях зерна живут, «перебиваясь с хлеба на квас»! Отсюда видно, что весь земной организм представляет единство, и что нарушения распространяются повсюду.

Это состояние изменилось в период войны 1940—1945 г. Под давлением событий США превратились сегодня в страну, страдающую от перепроизводства сельскохозяйственной продукции. Но это произошло не потому, что существенно увеличилась урожайность с гектара, но поскольку было запахано больше земель и увеличилось поголовье скота. Стимулом к этому были возросшие цены. Сегодня, когда этот стимул больше не действует, мы снова испытываем сельскохозяйственный кризис. Два лагеря противостоят друг другу. Один требует дотаций для поддержания цен — и правительство не знает, что делать с избытком пшеницы и масла — другой требует ограничения возделываемых земель. В странах перепроизводства установился кругооборот, подобный символической змее, кусающей свой хвост: больше урожаи, выше доход, расширение пахотных площадей, выше издержки, растущие цены — падение цен, сокращение пахотных. земель, ещё большие. затраты, низкая доходность. В странах с менее благоприятными условиями обработки земли этот патологический круговорот выражен меньше. Там можно посредством поддержания высоких цен и регулирования ввоза хотя и удержать удешевление продуктов, но не радикально.

Счастлив фермер, который в высшей мере может находиться на самообеспечении и не зависеть от колебания цен и кризисов.

Это состояние, описанное для Северной Америки, в равной мере справедливо и для Южной Америки, Африки и Австралии.. Мы приведём некоторые доказательства: На северо–востоке Бразилии (Сертано) периодически происходят засухи, вследствие которых 5 миллионов человек испытывают величайшую нуждую. Весной одного из таких годов тысячи людей направились к прибрежным городам атлантического побережья. Мы приводим отрывок из сообщения Франка Антона: «…Сессу (период засухи) можно побороть. Ибо сесса — это не проявление природы; виноват в ней человек, поскольку он периодически превращает в пустыни плодороднейшие земли Бразилии. Только когда в результате хищнической разработки были сожжены колоссальные леса бразильского северо–востока, засухи приняли такую ужасную форму; естественные хранилища воды были уничтожены, низкий кустарник превратился в колючие, со слабыми корнями заросли «каатинга» и наводнения, которые в конце сессы обрушиваются на страну, смывают плодоносный гумус и всё более ослабляют почву, делают её неплодородной. Это известно уже давно. Известно, что разумная политика восстановления лесов может постепенно улучшить климат. Дважды уже начинались. эти работы; в 1920 году, когда Парахибанер Епитасио Пессойя,. президент Соединённых Штатов Бразилии, сын Сертано, выделил сто миллионов для начала работ, которые просто были оставлены его преемниками, поскольку они, как жители Южной Бразилии, не имели интереса к Северной Бразилии; второй раз в 1933 году, после сессы за год перед этим. Но водные резервуары и плотины помогли только некоторым крупным землевладельцам. Вопрос восстановления лесов до сих пор не выходит за рамки обсуждений различными комиссиями, и поскольку северо–восток при первых выборах после революции оказался в оппозиции, снова был парализован интерес к этим мероприятиям Итак, сесса приходит; пока она не прошла, разрабатываются проекты, собираются комиссии, принимаются проекты законодательств, подготавливаются кредиты, составляются планы обводнения — затем внезапно выпадают осадки, и снова ничего не происходит».

Южная Африка. Послушаем X. И. Флехтнера (Н. J. Flechtner, Berliner Tageblatt, 28.9.37): «Опасности, которые угрожают остальной Африке, особенно северным областям ЮАР, а также всей этой части земли как нераздельному единству, менее постижимы, чем видимы. Факты, собранные в последние годы после войны и точнейшим образом исследованные, рисуют ужасный образ, как далеко шагнуло опустошение этой части Земли и как далеко оно зайдёт, если не произойдёт радикальных изменений.

Африка ужасно обеднела, и причина этого обеднения — человек. Сотни лет африканские аборигены практиковали традиционные методы обработки земли, которые, проводимые без всякого плана, обедняли почву, но не в таком объёме и не так интенсивно, чтобы это сказывалось на естественном балансе. С проникновением европейской колонизации ситуация изменилась: Европа хотела использовать Африку — она хотела извлечь всё, что могла дать почва — и вместо. земледелия аборигенов Европа внедрила европейские методы обработки почвы.

Плотный растительный покров, составляющий естественную вегетацию африканской почвы вне пустынь и степных областей, являлся важнейшим фактором для поддержания климата. Он удерживал осадки, которые могли глубоко уходить в почву, поддерживая уровень воды, они питали источники и реки, а посредством испарений регулировался круговорот от дождя до дождя. Проникновение европейцев обусловило, прежде всего, выкорчёвывание деревьев. Сжигание кустарников, вырубание лесов привело к уменьшению растительного покрова в большей мере, чем это могли сделать туземцы, пользуясь традиционными методами возделывания земли. Растительный покров исчез, земля высохла, осадки больше уже не уходили глубоко в почву, но стекали, унося с собой плодородную землю. Уровень грунтовых вод понизился, реки, ранее постоянно полные воды, стали полноводными только в период дождей — люди вынуждены были мигрировать, поскольку земля не могла больше их прокормить.

Аборигены сделали при этом всё, чтобы ускорить и усугубить этот процесс. Большая часть обрабатываемых аборигенами земель лежала не на равнине, а на склонах. В Африке никогда не развивалась культура террас, как в Японии, на Яве и на Филлипинах, где склоны превращали в террасы. Поля были расположены наклонно, и низвергающаяся вода пробивала в почве глубокие канавы, которые год от года углублялись. Сюда добавилось ещё необычайное развитие скотоводства, которое «пожрало» имеющиеся пастбища.

Но решающей стала всё–таки интенсификация хозяйства. Клемевс Гильман (С. Gillmann), главный инженер железной дороги в Танганьике, говорил в 1936 г. в Берлине о проблеме «ускоряемого людьми высушивания земельных площадей»; он описывает прогрессирующее освоение земель на примере, взятом из своей узкоспециальной практики: строится железная дорога для освоения страны. Естественным следствием является то, что население тесно оседает вдоль дороги. Это приводит к интенсификации разработок, усилению корчевания, истреблению пастбищ и тому подобному. Дальнейшим последствием является обеднение почвы, понижение урожайности, обеднение населения и, наконец, миграция. Всё это проблемы, естественно, не чисто африканские. Африка представляет сегодня единственную возможность обеспечить потребности Европы в сырьё всякого рода. От поддержания африканских источников сырья зависит так много, что сегодня становится ясным, что обеднение почв в Африке не является частной проблемой колониальных. властей, но представляет собой общеевропейскую проблему — или, по крайней мере, должна быть таковой. Настал последний момент, когда ещё можно оказать действенную помощь.

Профессор Обст (Obst, «Natur und Kultur»; Februar 1937) сообщает: превращение Южной Африки в пустыню идёт гигантскими шагами. Иссякают источники, высыхают некогда хранившие воду долины, исчезают озера, понижается уровень грунтовых вод, ухудшается растительный покров, опустошение почв происходит, как указывает профессор Обст, вследствие образования каньонов и смыва почвы. Осадки, особенно обложные дожди, редки. Участившиеся вместо них короткие, проливные дожди только ухудшают дело. Мы наверняка не ошибёмся, если скажем, что бессмысленное и беспрепятственное уничтожение лесов и кустарников может привести к гибели эту, и без того небогатую лесами и кустарниками страну.

Генерал Сматс высказался, что эти вопросы перекрывают все политические проблемы Южной Африки.

Сегодня (1954) состояние ещё значительно ухудшилось. Правительство и специалисты уже задумываются над тем, что необходима планомерная работа по выработке гумуса.

Австралия: Уже упоминавшийся директор Имперского Бюро Земледелия м-р Якс сообщает, что Австралия: идёт тем же путём, что и Африка, Америка.

Малая Азия; Опасная зона обнаружилась в том углу, где граничат друг с другом Европа, Малая Азия и Азия. О гибели главного источника влаги в этой области сообщает маленькая невинная замётка: высыхание Каспийского моря. Дирекция Кавказской метеорологической станции обращает внимание правительства на грозящую опасность высыхания Каспийского моря:

Согласно этому сообщению, уровень воды за короткое время понизился на 1,15 метра. Процесс отступления. водных масс проявляется в вызывающей беспокойство пропорции. Причину этого феномена следует искать в том, что во время революции были уничтожены леса вдоль течения Волги и в районах других рек, впадающих в Каспийское море. Сообщение заканчивается гем, что если не принять срочных мер, то через некоторое время Каспийское море превратится в соляную,.пустыню, подобно тому, как земли по ту сторону Каспийского моря некогда были дном огромного моря. («Газетте де Лозанне», 18.8.37):. Площадь. Каспийского моря примерно 438000 кв. км, площадь довоенной Германии, например, только немного превышала эту площадь, 470000 кв. км.!

«Железный занавес» опустился также и над этой областью, и сегодня мало что можно сообщить об этом достоверного. Исключительно интересная статья появилась в «Журнале космических исследований». Там обсуждаются отношения исследования пространства к последствиям человеческого вмешательства в. некоторые области (влияние атомных взрывов на Урале на изменение течения рек.) (См. Werner Leimbach «Der Dawydow–Plan der Sowjetunion», Zeitschriff tur Raumforschung, 1950, 112)

Болезнь «понижение естественного плодородия почвы» — это мировая болезнь. Пока она не познана, все мероприятия будут недейственными. Ответственные за историю отдельных наций лица должны в первую очередь пройти курс биологии и учения об организмах и усвоить, что базой для оздоровления может быть единственно знание факта, что «Земля — это организм, живое существо, процессы которого находятся в органической закономерной связи». Болезнь проявляется во всем организме. Теперь обратим наш. взгляд на запад на наши европейские отношения. Также и здесь не приходится говорить об избытке пшеницы! По предложению сэра Меррика Буррелла, председателя комитета совета сельскохозяйственной корпорации: английского правительства, в июле 1936 года была внесена следующая резолюция: «Сельскохозяйственный совет Англии серьёзно озабочен состоянием национального обеспечения питанием, которое в данный момент, очевидно является самым слабым звеном в цепи обороны страны. Как плодородие земли, так и возможность роста питательных средств сегодня меньше, чем в 1914 году и в последующие годы. Поэтому Совет желает, чтобы правительство, а тем самым и вся страна обратили внимание на важность для нации этого вопроса. Он предлагает, чтобы ответственные: за обороноспособность страны лица обратили на это особое внимание, чтобы можно было тотчас осуществить адекватные целебные мероприятия», (Примечание автора: кажется, что военные лучше оценили обстановку, чем сельскохозяйственные специалисты, что доказало последующее усиленное обеспечение питанием Англии во время войны).

Кроме того, сэр Меррик Буррелл сообщает, что подготовлена резолюция (The Journal of 'the Ministry of Agriculture.), в которой комитет предупреждает правительство. По его мнению, сегодня сельское хозяйство не в состоянии занимать своё место в национальной обороне. «Незначительные резервы плодородия почв большей части страны и недостаточное число служащих делают абсолютно невозможным быстрое расширение сельскохозяйственной продукции. Только лишь тщательно продуманная сельскохозяйственная политика с длительной перспективой, включающая все сферы производства, дала бы сколь–нибудь заметный рост».

Вспомним, что в середине прошлого столетия в Англии было цветущее сельское хозяйство, сегодня же огромные площади покрыты вереском и папоротниками, кислотность почвы возрастает, так что в принципе отношения такие же, как на Западе. Можно видеть, как под влиянием влажного климата заболачиваются луга и пастбища. Однако во время войны были запаханы огромные площади, что сдвинуло равновесие в другую сторону. Социальные, экономические отношения внесли свой вклад в одностороннюю обработку почвы, и здесь также начинает пробуждаться понимание того, что односторонность приводит лишь к кратковременному успеху.

Образ, представившийся мне в Англии, был особенно впечатляющим. Я посетил одно имение, расположенное на тяжёлой глинистой почве. Анализ почвы показал острую недостачу кальция. По правилам теории минеральных веществ могло бы помочь кальциевое удобрение. Но своеобразие этой ситуации состояло в том, что эти почвы, что случается нередко, были толщиной 40—60 см, под ними же находился чистый известняк. Поверхностный слой целиком был изолирован от подложки и вёл свою собственную жизнь, подобно гнойнику. Здесь уже не устанавливались жизненные отношения между жизнью корней, почвенных бактерий и дождевых червей. На эту изоляцию воздействовали односторонними культурными мероприятиями. Как только дождевых червей возбудили с помощью гумуса, они стали с глубины до двух метров транспортировать вверх известь. Корни бобовых глубоко проникли в землю. Вследствие их растворяющего почву действия, которое сильнее, чем у злаков, в 40-60 раз, они осуществляли взаимообмен и оживление. Своевременное проветривание поддерживало этот целебный процесс, когда был сделан первый шаг к созданию гумуса.

Как следствие этих отношений в Америке и в Англии развилось широкое органическое движение фермеров. «Органинг Гарденинг», «Органик фаминг» — сегодня общеизвестные понятия. Английская «Сойл Ассоциейшн» под духовным руководством леди Евы Белфор охватила своей деятельностью всё британское государство. Вначале имели в виду органическое улучшение почвы садоводами и фермерами–любителями. Профессиональные фермеры, научные и правительственные круги вначале отнеслись к этому отрицательно. Однако органическое движение заметно стало расти, и читателей органической литературы на Западе сегодня насчитывается сотни тысяч. Их существование более, чем всякое другое, доказывает необходимость изменения ортодоксальных понятий в сельском хозяйстве. Но поскольку это движение часто ведётся неспециалистами, их воззрения не выдерживают основательной научной проверки. Поэтому возникает необходимость ввести научные методы мышления и исследования, чтобы органическое почвенное движение поставить на здоровую основу.

Главная трудность состояла в том, чтобы не просто органическую субстанцию называть «органической», но старательно проработать понятие «гумус». Этот вопрос будет подробно обсуждаться в последующих главах (глава II).