Близился сентябрь, а она все еще возилась с семенами и частичками краски. То есть занималась тем, чем занимается следователь, когда дело уже успело остыть. Так, по крайней мере, сказал Торн. Накануне, когда она перекусывала сэндвичем, он зашел к ней в кабинет и пришлепнул к настольной лампе красный листочек для заметок, на котором безупречным почерком и пером «Monblanc» было написано: «Кристина, все еще жду отчет. Спасибо. Роджер».
Во что превратилась оперативная работа? Времени не хватало ни на что, кроме как на чертовы отчеты, отвлекающие от настоящего дела. Постоянно приходилось волноваться из-за того, как представить начальству то или иное решение.
Кристина вздохнула, понимая, что надо поднажать. Торн не забрал у нее дело, но ее не оставляло ощущение, что он это сделает – это лишь вопрос времени.
Макгоуэн сказала, что ей нужно пройти до конца южного крыла, мимо экспозиций «Расцвет млекопитающих» и «Заря человечества». Дверь кабинета находилась рядом с крадущимся алебастровым львом.
Сквозь стеклянную крышу просачивался тусклый свет. Прюсик постучала в дверь из матового стекла с надписью «Отдел ботаники. Вход только для сотрудников».
– Специальный агент Кристина Прюсик. – Она протянула руку открывшей дверь женщине.
– Зовите меня Нона. – Хозяйка кабинета взяла ее руку в обе свои. На ней были коричневые рабочие брюки и твидовый пиджак, хорошо соотносившиеся с лицом человека, подолгу бывающего под открытым небом. Когда она улыбалась, во всех нужных местах появлялись морщинки.
– А вы меня, пожалуйста, Кристина. – Прюсик и сама невольно улыбнулась в ответ.
– Хочу кое-что вам показать. – Нона открыла внутреннюю дверь кабинета и включила верхние лампы дневного света.
Вдоль стены стояли высокие, от пола до потолка, деревянные шкафы с выдвижными пронумерованными ящиками.
– Брайан так высоко отзывался о вас, – сказала Прюсик.
Ранее Эйзен отправил Макгоуэн несколько семян, найденных на одежде жертвы в Блэки.
– Добрая душа. – Нона достала несколько образцов в прозрачных пакетиках. – Как я уже говорила мистеру Эйзену, моя работа – следить, чтобы экспозиции оформлялись должным образом: ну, скажем, лось должен находиться рядом с ксерофиллумом прочным или полынью сушеницевидной, а не с чем-нибудь посторонним.
– Так что вы обнаружили? – спросила Прюсик, опускаясь на стул.
Макгоуэн поднесла к свету один из пакетиков с образцами. Вдоль нижней складки собрались маленькие зеленые жемчужинки.
– Ни одно из этих семян само по себе не относится ни к одному лесному виду.
Нона достала блокнот с желтым карандашом под толстой резинкой.
– Все они – представители большого семейства мальвовых. Растения данного семейства хорошо чувствуют себя даже на плохих почвах вдоль грунтовых дорог или гравийных подъездных дорожек. Любят солнце. В густом лесу вы их не найдете.
Нона заглянула в свои записи.
– Насколько я поняла от мистера Эйзена, образец был взят в сельском районе. Этот вид довольно распространен на Среднем Западе. Часто встречается рядом с фермерскими домами и амбарами.
Прюсик представила маляра – вот он белит сарай, топчет мальву и цепляет на себя ее семена.
– Эти семена могут прилипнуть к одежде маляра?
– Да, вполне возможно, особенно летом, когда семена готовы к прорастанию. Цепляются за одежду, как липучка.
– Но вы говорите, что это не то растение, которое можно встретить в лесу? – Прюсик потянула за золотую сережку в мочке правого уха.
– Нет, в этом я совершенно уверена. Этот вид предпочитает открытые пространства с обилием прямых солнечных лучей. Но он очень распространен. Его можно увидеть даже на заброшенных городских участках. – Нона посмотрела на пол, как будто там, прямо у нее под ногами, мог вырасти куст мальвы.
Прюсик задумалась. Тело Бетси Райан нашли недалеко от реки Малый Калумет. Практически в Чикаго.
Нона щелкнула ногтем по второму пакетику с образцами.
– А вот это совершенно другая история. – Морщинки у ее глаз выгнулись вверх. – Никакого отношения к мальве не имеет.
– Что же это такое? – Прюсик наклонилась, чтобы получше рассмотреть крошечные коричневые частички.
– Роза многоцветковая – этот вид родом из Азии, но давно получил широкое распространение в Северной Америке. – Нона обвела название, Rosaceae multiflora, кружком в блокноте. – Через него просто так не пройдешь – обязательно зацепишься не на шутку; можно и не вылезти.