Перед глазами предстал почерневший труп Мисси Хупер. В носке девушки Прюсик обнаружила колючку.
– И какие же места эта мультифлора предпочитает?
– Данная разновидность чаще всего встречается вдоль полей – это проклятие фермеров. Много-много лет назад ее использовали как живую изгородь – чтобы животные не разбредались. Хорошо растет на богатых минералами почвах Среднего Запада, легко распространяется. С некоторых пор стала настоящей проблемой, заполонив поля. Домашний скот запутывается в колючих кустах, и животные нередко погибают от удушья. Часто растет рядом с мальвой – у заборов, вокруг скотных дворов.
Прюсик достала из портфеля флакон.
– Учитывая ваш опыт…
– Амулет! – воскликнула Нона. – Где вы это нашли?
– Извините?
Нона развернула свой стул и, наклонившись, достала из металлического футляра переносную лампу.
– Это коротковолновой ультрафиолетовый излучатель. Можно ваш флакон? – Она включила лампу и направила луч на стеклянный сосуд.
На желтоватом камне появилась зеленая полоска.
– Что это? – спросила Прюсик.
– Невооруженным глазом не увидеть. На амулет методом микротравления нанесен код, – объяснила Нона. – Уверена, это один из тех амулетов, которые пропали во время ремонта прошлой зимой. Такой метод идентификации позволяет музеям возвращать украденные артефакты со вторичного рынка коллекционирования.
– Вы сообщали об этих кражах? – спросила, нахмурившись, Прюсик. – Не помню, чтобы что-то слышала о таких фактах.
Нона кивнула.
– Да, конечно. Хотя мы стараемся не поднимать большой шум. Все сотрудники были опрошены – сначала следователями, потом администрацией музея. Все, кто работал в выставочных залах на втором этаже, включая тот, где размещалась коллекция «Океания» и где в феврале и марте прошлого года проводился капитальный ремонт. Кого здесь только не было – маляры, шлифовальщики, строители. Полиция решила, что кража, скорее всего, дело рук кого-то из них.
– И сколько же амулетов пропало?
– Пять.
Кристина задумалась. Пять камней. Две мертвые девушки. Одна с амулетом в горле.
– Когда именно вскрылся факт пропажи?
– В третью неделю марта, уже после завершения работ. Администрация рассматривала возможность отложить официальное открытие выставочных залов, но потом все же решила придерживаться плана. Во избежание нежелательной рекламы, – с язвительной ноткой добавила Нона. – Не хотели отпугивать потенциальных спонсоров.
– Понятно. Что-то еще пропало?
– Как ни странно, ничего. Только эти амулеты. Ах да, и маска из перьев с манекена на той же выставке «Океания». Так жаль. Роскошная маска. Я помогала с фоновой флорой на выставке.
Перед глазами промелькнул радужный фрагмент пера, найденный Говардом на месте преступления в Блэки.
– Не могли бы вы показать мне место?
Они вышли из кабинета Ноны. Зал кишел школьниками.
– Все эти экспонаты, – Нона сделала широкий жест рукой, охвативший весь выставочный зал со множеством индонезийских[15] артефактов в витринах, – снабжены теперь электронной защитой.
Взгляд Прюсик вдруг остановился на подсвеченной, радужно мерцающей перьевой маске. Она отвела глаза, но было уже поздно. Кристина оглянулась на свою спутницу, но наткнулась на дерзкий темный взгляд папуаса. Линии татуировки на щеках под шальными глазами затмили добрые черты обветренного лица Ноны.
– Я… Мне нужно идти.
Накатившие волны головокружения исказили голос. В голове тяжело застучал пульс. Сквозь маску из переливающихся сине-зеленых перьев на нее смотрели глаза нападавшего – со шнурком на шее и зажатым в зубах камнем, – и она ничего не могла с этим поделать. Вцепившись обеими руками в держащую нож руку, она все же не смогла помешать ему воткнуть острие под ребра и резануть вниз, к бедру.
Прюсик стояла в тускло освещенной комнате, но в плечи ей бил яркий солнечный свет. В ушах шумел ливень. Мокрые листья и сломанные ветки осыпа́лись на мраморный пол у ее ног.
[15] Западная часть острова Новая Гвинея, на восточной половине которого расположено государство Папуа – Новая Гвинея, является территорией Индонезии (особые провинции Папуа).