– Конечно. Спрашивайте.
– Если бы вы встретили девушку, у которой до вас были другие мужчины, которая жила в разных частях света и много чего делала, но не рассказывала вам об этом, вас бы это беспокоило?
Мужчина задумчиво склонил голову.
– Нет. Все, что было, сделало ее такой, какая она есть. Я имею в виду, что могли быть причины, по которым она ничего мне не сказала. Некоторые люди живут сегодняшним днем и не оглядываются назад. Зачем смотреть в прошлое, если ты доволен настоящим?
Здесь было о чем подумать. Артур взял салфетку, завернул в нее свой сэндвич с беконом и положил в карман.
– Вы покупаете украшения для Аманды и Донны?
– Конечно. Донна любит яркую бижутерию. У нее такой целый ящик. Аманде нравятся дорогие украшения. Брильянты, платина – это показатель того, как я ее люблю. Признаться, обходятся в целое состояние.
– Как вы решаете, что подарить? – спросил Артур, думая о шарме-книге и о том, был ли де Шоффан влюблен в Мириам.
– Я не особенно задумываюсь. Оставляю это на их усмотрение. Они указывают на то, что им нравится, или покупают это сами. Иногда я беру что-то у друзей, зная, что им это досталось дешево. Вот с обручальным кольцом другое дело. Это навсегда.
– Спасибо. Буду знать. – Артур поднялся и повернулся к незнакомцу, с которым провел полчаса. – Вы спросили, сделал ли я хороший выбор со своей женой. Я абсолютно в этом уверен. Но я не уверен, был ли я хорошим выбором для нее.
Мужчина протянул руку и похлопал Артура по плечу.
– Нет, вы, по-моему, добрый человек. Думаю, и вы были для нее хорошим выбором.
– Вы так думаете? – Артур вдруг почувствовал, что ему нужно подтверждение даже от этого лживого, нахального незнакомца.
– Вы были ей верны. Вы добры. Внимательны. Заботливы. Вы даете хорошие советы. Да и выглядите неплохо. Уверен, она не ошиблась с вами.
– Спасибо, – тихо сказал Артур и оплатил счет, оставив два фунта чаевых. Официантка увидела его и помахала рукой.
– Она и впрямь милашка, – сказал мужчина, когда они вместе уходили. – Не думаете, что мне…
– Нет, – твердо сказал Артур. – Нет, не думаю.
Книга
Дом Франсуа де Шоффана оказался больше, чем представлялось Артуру. Это экстравагантное, роскошное здание могло бы быть пятизвездочным отелем, у входа в который стоял бы человек в сером цилиндре. Белый фасад сверкал на солнце, и Артуру вдруг стало неловко из-за своего домика из красного кирпича. Он никогда не стремился владеть чем-то другим, более достойным. Однажды они с Мириам обсуждали возможность переезда поближе к школе Дэна и Люси, но он никогда не судил ни себя, ни других по размеру дома.
Дом там, где сердце, говаривала его мать. Нужно ли было стремиться вверх по карьерной лестнице, чтобы позволить себе что-то более впечатляющее для своей семьи? Нужно ли было добиваться большего успеха? Он никогда не задумывался над такими вопросами, пока не начал это путешествие.
Теперь, стоя перед домом и обозревая дужку месяца, тополя, аккуратно постриженную лужайку, Артур представлял Шоффана и Мириам, прогуливающихся рука об руку – она вся в белом, он во всем черном, – и привлекающих восхищенные взгляды соседей и прохожих. В его воображении они шагали в ногу и хихикали, склоняя головы друг к другу. Потом поцеловались на пороге и исчезли в доме.
Артур засунул руки в карманы и оглядел свои нелепые синие шаровары, крепкие прогулочные сандалии, нейлоновый рюкзак с компасом. Гламурного в нем не было ни капли. Если бы Мириам осталась с французом-писателем, она могла бы жить в роскоши и заниматься творчеством, а не тратить годы в роли домохозяйки и жены скучного слесаря. Ее дети могли бы учиться в частной школе и ни в чем не нуждаться. Артур часто отказывался покупать игрушки для Дэна и Люси, потому что они были слишком дорогими. Но ни разу жена не заставила его почувствовать, что он недостаточно хорош. Он сам признавал это.
С дрожью в коленях Артур поднялся по лестнице, взялся за черный дверной молоток в форме львиной головы и выпрямился, готовясь к тому, что дверь откроет стареющий французский бог любви с волосами цвета воронова крыла. Он уже решил, что Шоффан, как и тогда, будет в узких черных брюках и джемпере с высоким воротом, что это его фирменный знак. Он также будет босиком и с засунутым за ухо карандашом. Интересно, как он откроет дверь – резко и размашисто или с тяжким вздохом из-за того, что его последний шедевр не удался?
На его настойчивый стук никто не отозвался, и, выждав несколько минут, Артур постучал снова. Его слегка подташнивало, как будто только что сошел с поезда после долгого путешествия. Здравый смысл подсказывал, что нужно развернуться, уйти и забыть об этой глупой миссии.
За дверью что-то заскрежетало, звякнула цепочка. Дверь приоткрылась на несколько сантиметров, и за щелью мелькнуло что-то розовое. Потом к щели прижался глаз.
– Да?
Артур так и не понял, кому принадлежал голос – мужчине или женщине.
Так или иначе, не этот голос он даровал своему сопернику в любви.
– Я хотел бы увидеть Франсуа де Шоффана.