— Надеюсь, вы легко нашли мой дом?
— Да, это не составило труда.
Он снова улыбнулся и сел рядом, аккурат между мной и Ами. У последней в глазах появилось насторожено-ждущее выражение. Такое бывает у собак, ловящих малейшее движение хозяина. Мне это не понравилось.
Я с самой первой встречи подозревала, что здесь что-то не так, и только сейчас поняла, что именно. Ами была сильным оборотнем, её сила тёплым ветром пробегала по моей коже, но в ней совершенно не было доминантности. Её словно стёрли. Парадокс. В стае считалось, что одно невозможно без другого. Ну вот поди ж ты!
— Ами, сейчас придёт твой учитель по вокалу, — между тем сказал Кшати.
— Я знаю.
— Тогда можешь идти.
— Но…
— Если не будешь заниматься — твоё пение не будет и гроша ломанного стоить, — его голос оставался таким же приятным, но в нем появились металлические нотки.
— Да, я понимаю, — покорно проговорила Ами, удаляясь.
Когда она вышла, я не удержалась и сказала:
— По-моему, вы слишком строги с ней.
— Даже такой природный талант, как у Ами, требует огранки. А это труд, — невозмутимо пожал плечами Кшати. — Хотите чаю?
— Нет, спасибо.
— В таком случае, позвольте предложить вам экскурсию по моему дому, — он протянул мне руку с очередной ослепительной улыбкой.
— Хорошо, — согласилась я, принимая руку.
Дом был шикарен — и это не просто слова. Даже не верилось, что здесь жили всего несколько дней. Мы проходили библиотеку со стеллажами, полными книг от пола до самого потолка, уютные гостиные, обставленные, казалось, на любой вкус. Конечно, нашлось место и для музыкальной комнаты, и даже для маленького кинотеатра. Все по последнему слову техники. Глядя на все это, я не удержалась и проговорила:
— Великолепный дом!
— Рад, что вам понравилось.
— Не думала, что вампиры так интересуются современной техникой.
— Я ещё не собираюсь навеки хоронить себя в склепе, — мягко улыбнулся Кшати. — Мне очень интересен современный мир во всех его проявлениях.
— Отрадно это слышать, — проговорила я, отчасти потому, что надо было что-то сказать. — Но как другие относятся к этой вашей публичности? Они не возражают?
— Забота обо мне? Я искренне тронут, — при этих словах очарование из вампира так и хлестало.
— Вы прекрасно знаете, что я имела в виду, — сухо проговорила я.
Свет в его глазах чуть поубавился, но его все ещё оставалось достаточно. С лёгким полупоклоном Кшати ответил:
— Мне уже давно не нужно ставить кого-либо в известность о своём передвижении. А мой образ жизни вообще их не касается. Да, я появляюсь на публике, но не афиширую свою суть.
— Даже делай вы это, вряд ли подобное возымело какие-либо последствия. В шоу-бизнесе это сплошь и рядом, — вырвалось у меня.
— Вполне вероятно, — согласился вампир.
— Вампирская тема стала очень популярна.
— Я заметил, — он усмехнулся быстрой усмешкой. — Уже трудно поверить, что ещё два-три века назад в нас верили всерьёз, а не в идеализированный экранный образ.