— Так это пока, — смело ответил колдун. — Ты, князь, погоди чуток. Я к сроку управлюсь.
— Два дня? — спросил князь.
— Точно. Два.
— Хорошо, — согласился с ним Круторог. — Ты сам сказал. Значит, чтоб через два дня всё было готово — иначе сидеть тебе на колу.
Митридат представил пыльную дорогу и усмехнулся. В мыслях, конечно, хотя мог бы и по настоящему — князь на него уже и не смотрел.
Его гость поднялся и пошёл к двери.
«Будет тебе прощальный подарочек… — подумал колдун. — И тебе, и волхву твоему окаянному…»
Он мысленно нашёл у князя за пазухой защищавший его амулет, и произнёс заклинание.
— «Вряд ли твой Хайкин такое знает…Сарацинское колдовство всё-таки. Оборотная магия…»
Князь, словно почувствовав что-то, остановился.
— К тебе Гаврила Масленников не заходил сегодня?
— А что? — спросил колдун. — Неприятности?
— Да говорят про него разное… Даже не верится. Ладно.
Он махнул рукой.
— Это всё потом…
Князь с полдороги повернулся к очагу, над которым висел котелок.
— Последняя просьба к тебе, — остановил его колдун, встав на пути.
— Что ещё? — Нахмурился Круторог. Котелок колдуна призывно булькал, обещая раскрыть все хозяйские тайны. — Жемчуга? Я сказал, принесут.
— Да нет, тут другое.
Колдун посмотрел на телохранителей князя, что стояли у дверей, понизил голос.
— Дело, что я для тебя, князь, делаю, больших сил требует и дорогого стоит. Я всю свою волшбу в твоё чудо вгоню…
— И что? — нетерпеливо дёрнулся к котлу князь. Митридан опять не пустил его, заступил дорогу. Тот поднял, было руку для удара, но одумался. Колдун сделал вид, что не заметил княжеского движения.
— А то, что среди нас, колдунов разные попадаются. Есть и такие, которые не в позор себе считают напасть на слабого, отобрать у него всё, что можно.
— Да что тебе нужно? — не вытерпел князь, хотя б одним глазом пытаясь увидеть что там, в котле. — Толком говори!
— Сегодня к вечеру я для любого колдуна лёгкой добычей буду. Прошу тебя, пусть твои дружинники меня поберегут. Пусть посидят где-нибудь рядом до вечера. Мало ли что… Да и тебе спокойнее.
Князь посмотрел на котёл, потом на лавку. На лице его явственно проступило нежелание делиться с кем-нибудь ещё своей тайной.
— Ну?
— Не любят они тебя почему-то… — сказал князь.
Колдун пожал плечами. Подумаешь — важность!
— Я их тоже не жалую… Да разве обо мне речь? Пусть не меня — пусть твоё чудо охраняют. Обидно ведь будет, если в самый последний момент всё какому-нибудь проходимцу достанется…