— Пусть летят! — заорал брызгая слюной князь — Вон отсюда! Сию же минуту! Вон!
Воевода спиной выбил дверь и побежал выполнять волю князя….
— Ты кто такой?
Слова разобрать было трудно — во рту Гаврила держал нож, но гость и сам догадался о чем его спрашивают.
— Кормщик.
Избор приглашающе кивнул головой.
— Долго ходишь… Заждались тебя уж… Заходи.
Гаврила отбросил крышку, позволив ей упасть на пол. Это уже была бравада. Князь прислал кормщика. Он сдался.
Кормщик поднялся, выставив перед собой клетку с птицей. Исин протянул руку что бы помочь, подхватить клетку, но серая от стрости ворона, что сидела за прутьями открыла глаз и щелкнула клювом по пальцам — на балуй, мол…
Глядя на птицу и чувствуя ее ненужность именно в этом месте, Гаврила спросил.
— Ты чего, сюда жить пришел, что ли?
Кормщик молчал, осторожно вылезая на площадку.
— Тогда бы и корову захватил бы…
Все так же не говоря ни слова он пошел вокруг корабля.
— Грузимся! — скомандовал Избор.
Гаврила, уже считая себя хозяином посудины, вошел на корабль первым. Следом за ним забрался кормщик, а уж после него забрались на палубу все остальные. Внизу остался только дурак. Он сонно бродил по башне, без интереса смотря на товарищей.
— Бросим его что ли? — спросил Гаврила.
— Никуда он не денется — ответил Избор — Сам знаешь…
Гаврила пожал плечами и крикнул.
— Цыпа-цыпа-цыпа…
Гы по петушиному наклонил голову и… взлетел на палубу. От него шарахнулись в разные стороны, но он был спокоен. Запахнувшись в халат, он, не желая трудить ноги, начал летать туда-сюда вдоль борта.
Кормщик с вороной покосились на него, но ничего не сказали. Кормщик уже стоял у кормила. Напротив него, на гвозде, висела клетка. Избор хотел, было спросить, зачем все это, но, увидев, что в мачту вбит серебряный гвоздь, прикусил язык. Им на этом корабле может быть и не было места, а вот у этой вороны был специальный гвоздь.
— Что ж — подумал он — Небо большое. Всем места хватит…
Кормщик был тут главным работником, а работника следовало уважать. Хоть у них и было по мечу и дурак летал рядом хозяином положения все-таки был он.
— Ну что, богатыри — нерадостно спросил он — Куда полетим?
Избор с ответом не спешил. Он разглядывал его, оценивая, на что тот способен. Мужик был как мужик. Обычный. Одет не богато, но как-то удобно. Словно воин перед битвой — ничего лишнего, все на месте…Это была одежда умелого ремесленника — не кичливого, но знающего себе цену. Все было как у людей — кафтан, под кафтаном — кольчуга. Только, может быть, нож на поясе был слишком хорош для него. Избор кивнул на пояс.
— А без него не полетим?
— Вы, может, и полетите. Да я без него не полечу. Говори куда править…
Он разобрал снасти, пошевелил веслом. Потрогал рукой ветер, погладил ворону. Все это было как-то буднично.
— Держись, кто за что может. Взмываем.