— Насколько я знаю, мои коллеги в России над этим уже работают, но, к сожалению, даже если это и удастся, это будет тактический выигрыш. В стратегическом плане это нам ничего не даст.
— Объясните почему?
— Во-первых, у них есть идея. К сожалению, уничтожить идею мы не сможем…
— Взрывы ракет действительно могут только несколько задержать большевиков, но ничего принципиально не решат, — влез в разговор до сих пор молчавший мистер Годдард. — Если мы взорвем ракету сегодня, то завтра они сделают новую. Мистер Кравченко уже уничтожил одну их ракету и что это дало? Ничего. Они спешно строят новую.
— И её взорвать… — привстал в кресле миллионер.
Теперь уже Годдард покачал головой и сказал таким тоном, словно говорил с несмышленым ребенком.
— Рано или поздно они её все-таки построят, и полетят.
— Во вторых, — невозмутимо продолжил профессор, — сейчас у них есть только один комплект «несгораемых» дюз, но рано или поздно они найдут польский минерал у себя и тогда мы ничем не сможем им помешать. И третье… Опасными они станут только тогда, когда и если вернутся.
Они переглянулись с мистером Годдардом, добавлявшим сигарный дым к профессорскому папиросному туману и улыбнулись друг другу. Что-то они знали такое, что миллионер пока не знал.
Мистер Вандербильт посмотрел на них внимательно.
— У нас есть, есть выход! — как мог убедительно сказал господин Кравченко, игравший в этом дуэте, видимо, первую скрипку. — Мы можем выиграть время, если большевистская ракета не просто так взорвется на старте, а пропадет. Взрыв на земле или нападение даст улики и повод для расследования, а если она просто не вернется… В этом случае коммунисты наверняка притормозят программу для выяснения обстоятельств. С другой стороны, насколько я в курсе нам еще не известно место, где они обнаружили золотые россыпи?
Мистер Вандербильт кивнул.
— Таким образом, очевидно, что лучшим выходом для нас является перехват их ракеты после старта с Луны, а еще лучше — уничтожение её после того, как она только туда сядет.
— То есть пусть летят? Не мешать им?
— Да. Пусть летят, пусть даже на Луну сядут, но не возвращаются!
Миллионер поднял брови.
— Это у вас не патриотизм взыграл, профессор?
Русский профессор покосился на американского коллегу и примирительно произнес, выведя папиросным дымом волнообразную линию:
— Бог с вами, мистер Вандербильт. Я патриот России, а не Совдепии… Не ставьте знака равенства между ними.
— Чтоб ваш план сработал, — медленно сказал миллионер, — мы должны оказаться около Луны раньше большевиков…
— Верно. Для этого мы и собрались сегодня. Мистер Годдард, прошу…
Он посмотрел в сторону Годдарда. Тот, не вставая, откликнулся.
— Мистер Вандербильт. Я готов отчитаться о готовности Первой Лунной Американской экспедиции.
Миллионер кивнул. Ученый поднялся, одернул пиджак.
— Задачу, которая стоит перед нами, я формулирую следующим образом. Мы не должны допустить попадания к большевикам сколько-нибудь значительных объемов золота с Луны. Любые наши действия, направленные на это, оправданы и моральны. Вот уж действительно — цель оправдывает средства. Мы спасаем наш мир! Инструктируя мистера Линдберга, я постарался внушить ему эту мысль.
Мистер Вандербильт помнивший нелегкий характер своего секретаря спросил.
— Ну и как он воспринял все это? Неужели просто поверил на слово?
— Я напомнил ему историю с испанским золотом.
Годдард глянул на собравшихся и, на всякий случай, напомнил.
— Когда испанцы, захватили Южную Америку, оттуда в Старый Свет хлынул поток золота и серебра. Его было столько, что во всей Европе не нашлось товаров, чтоб купить их на это привезенное золото, и оно стало стремительно дешеветь. По существу это был первый экономический кризис… Тогда Европа устояла — просто нечему было падать. Но если это допустить сегодня, экономическая катастрофа будет куда как более страшной.