Баба-Яга вытащила из дорогой сумочки карточки и вручила их Лоре и Виктору. Те сдержанно поблагодарили.
— Ну, пойдем, Влада.
Ева Карловна подхватила студентку под руку, и они вместе пошли по коридору. Влада оглянулась, поймав недоуменные взгляды Виктора и Лоры.
На парковке перед институтом, выделяясь среди небогатых преподавательских машин немногим меньше, чем «Ламборджини» Долгова, был припаркован уже знакомый Владе «Гелентваген».
— Прошу! — Ева Карловна открыла дверцу.
— Но у меня пары, — запротестовала Влада.
— Мы никуда не поедем, просто поговорим.
Влада села в машину и с облегчением заметила, что в салоне нет ни богатыря, ни кота.
Ева Карловна приземлилась рядом с Владой.
— Девочка моя, как прошла ночь?
Студентка вспомнила оскаленную пасть голубоглазого волка, падающую на траву слюну.
— Все хорошо. Спасибо вам, Ева Карловна. Я уже прощалась с жизнью.
— Бедная моя! — сочувственно протянула «Красавица-Яга». — А что же Долгов, твой защитник?
Влада нахмурилась, вспоминая трусливое бегство преподавателя. Но почему-то ей не хотелось жаловаться Бабе-Яге на Кощея.
— Он был занят, — уклончиво сказала Влада.
— Да, — усмехнулась Ева Карловна. — Твоей студентке собираются отрубить голову, а ты занят. Типичный Кощей. Впрочем, с учетом того, что он творил в МГУ…
— А что он творил? — быстро спросила Влада.
— Как, ты не знаешь? — изумилась Ева Карловна. — До тебя он пытался сделать поляниц из четырех студенток. Три из них сейчас в Кащенко, одна — на кладбище. И, скажу тебе по секрету, с той, что на кладбище, обошлись очень сурово. Скажем так, на ее девичью честь покусились. Она не выдержала этого и вышла в окно.
— Это сделал Кощей? — выдохнула Влада.
Ева Карловна поправила очки.
— А то кто же? Он — зверь.
Влада молчала, вспоминая, как Кощей безжизненно висел на цепях. Такой беззащитный, такой одинокий.
— Я уверена, что он рано или поздно сделает с тобой то же самое, что и с той студенткой, — с нажимом сказала Ева Карловна. — Ему во что бы то ни стало нужно тебя инициировать, чтобы натравить на меня и Авдея. Заставить тебя полюбить кого-то он не способен, но второй способ… О, это сколько угодно!
Шмыгнув носом, Влада сказала:
— Но вы тоже желаете меня инициировать, Ева Карловна.
Баба-Яга скорбно склонила голову:
— Увы, да. У нас нет иного выхода. Если не мы, то он. И в этом случае, мучительная гибель ждет не только нас, но и все человечество.
«Даже так», — недоверчиво подумала Влада.
— И что вы, — Влада замялась. — собираетесь со мной делать?
— Уж точно не то, что сделал с теми девицами Кощей, — хмыкнула Ева Карловна. — Девочка моя, — Баба-Яга доверительно склонилась к студентке. — а ведь Виктор Мельников хорош, правда?