— Интересно, кто это? Зубр, тур или просто корова? Подойдут ли рога?.. А? Что?
Он, наконец, очнулся от раздумий.
— Хватит бегать, говорю. — Повторила Ольга. — Всё равно ночью не пойдём.
— Да-да, не пойдём… А жаль!
— Миша! Дыхание!
Мужчина заставил себя прикрыть глаза. Долгий вдох и выдох. Ещё раз. Мысли немного успокоились, перестали бегать хороводом. В это время Ольга что-то прошептала Ирине на ухо. Та начала возражать, но старшая нахмурилась и качнула головой. Девушка поднялась, привлекая внимание скрежетом стула.
— Ну, вы тут сидите. А я схожу посуду помою.
Собрав чашки и вилки с ножами, она выскользнула из комнаты. Ольга сразу же поднялась и направилась к мужу, на ходу расстёгивая рубашку.
— Успокоился? — Мурлыкнула она. — А теперь снова раскочегаривайся. Только с другими мыслями.
Отвлекая страстным поцелуем, Ольга неожиданно толкнула мужа на кровать. Запрыгнула, навалилась сверху.
— Ну, что? Поиграем?
Зловещая улыбка обещала жёсткий вечер. Женщину явно завели сегодняшние разговоры с молодой женой.
— Рано, рано по-утру, пастушок ту-ру ру-ру.
Напевал Михаил, обжаривая на скороде коронное блюдо: картошку с луком и мясом. Чайник уже почти закипел.
— А коровка му-му-му, а собачка… Или кто там?
Несмотря на многократную нагрузку вчера утром и вечером, проснулся он очень рано. Не с рассветом, конечно, это уж слишком — вставать часа в четыре утра. Но в районе шести — точно. И со зверским аппетитом. Так как девушки ещё спали, то он решил удивить их завтраком. Только не знал, кому первой нести. Ира так и не появилась после мытья посуды, которым отговорилась. Сразу ушла к себе. Как он понял, его поделили. Ну, и правильно. Оргия, это, конечно, мужская мечта. Но ему давно не двадцать. С одной бы справиться. И правильно, что Ира ушла. Что ж ей? Сидеть рядом и завидовать?
Он заваривал чай, когда скрипнули двери обеих комнат. Девушки появились удивительно синхронно. Может, с разницей в несколько секунд. Михаил, обернувшись на звук, недолго понаблюдал их бодание взглядами. Потом обе поняли, что на них смотрят и одновременно натянули улыбки. Оделись (или не оделись) одинаково, тоже не сговариваясь. Михаил залюбовался двумя стоящими топлесс девушками. Впрочем, недолго. Ольга, не церемонясь, отодвинула голым бюстом соратницу-соперницу и прошла к умывальнику. Та не стала заморачиваться. Пожав плечами, от чего её небольшая грудь забавно подпрыгнула, повернула туда, где свободно — в туалет. Через пару минут жёны поменялись местами.
Закончив с утренними процедурами, Ольга сразу же захватила место у плиты. Проверила готовность блюда.
— Так… Миша, неси сковороду в комнату. А мы чай принесём.
Вскоре все расселись с трёх сторон стола перед большой посудиной.
— Оль, я тебя не узнаю. Ты — и вдруг ешь со сковородки.
— Сегодня ведь в поход собрались? Вот. Не охота мне посуду мыть. Слишком много времени тратится.
— Понятно.
Несколько минут прошло в молчании — все утоляли первый голод. Несмотря на то, что Михаил сидел за узкой стороной стола, девушкам приходилось сильно тянуться, чтобы еда не падала по дороге. Каждый раз по рукам Михаила попадало: то шабаркал острый сосок Иры, то шлёпала тяжёлая грудь Оли. Мужчине приходилось лишь сильнее дышать и успокаивать естество. Судя по всему, Ольге такое тоже не совсем нравилось: приятно, но неудобно. Потому что через минуту она пересела к мужу на колени. Теперь они друг другу не мешали. Только Михаилу приходилось есть левой рукой.
— Нет, господа-товарищи! Так нечестно!
Обделённая девушка умоляюще поглядела на Ольгу.
— Да мне-то что? Миша, ты обеих выдержишь?
— Если только на время завтрака — то вполне.
Не успел он закончить, как на второй коленке очутилась Ирина.
— И? Как мне теперь есть? — Спросил он, пытаясь дотянуться до сковороды.