— Ира, помаши левой рукой! — Крикнул Михаил за плечо.
Самому махать не с руки — надо обеими держать узду. Михаил почувствовал, как от его ремня отцепилась одна из лапок девушки, потом вернулась на место.
— Оля ответила?!
Пауза…
— Да!
— Поворачиваем!
Он резко пригнул голову коня. Бедное животное чуть не запнулось, но смогло выровняться. Стук копыт Лизки тоже не отстал.
— Теперь вправо!
Для подтверждения пару раз хлопнул локтём себе в бок. Одна из рук девушки отцепилась от пояса и вернулась на место, потом Михаила ткнули в правую почку острым кулачком.
— Вправо!
Череда знаков повторилась.
Дальше пошло быстрее. Иногда приходилось предупреждать буквально за несколько шагов до поворота. По какому-то наитию крикнул за спину:
— Коли!
Хрипящий конь скакнул сразу на пару шагов. За спиной мелькнула огромная тень. Кошка промахнулась и разочарованно зарычала. Откуда она вообще здесь? Что-то Михаил не учёл. Зато почувствовал вовремя. Рискуя свалиться, оглянулся через плечо. И сам зарычал в ярости. Лошадь Ольги запнулась от рыка хищника, девушка не удержалась и слетела с неё. Саблезуб уже понял, что охота удалась. Медленно ступая, он подходил к распластавшемуся человеку.
Михаил левой рукой развернул коня, а правой потянул через голову связку копий. Надёжно обхватить пальцами все три не получалось, оставалось только прижать их локтём, удерживая на ладони.
— Держись!
Сам наклонился вперёд, хватаясь за верёвку-подпругу, чтобы хоть немного компенсировать толчок при ударе. Конь уже спотыкался через шаг. Так они не доскачут.
— Коли!
Последние метры они пролетели буквально по воздуху. Сталь вошла под рёбра гигантской кошки, которая только сейчас начала оборачиваться. Хищника повалило на бок, но Михаил и сам в ответ получил колоссальный удар. Копейные древки порвали куртку, потом начали раздирать бок и локоть Михаила. В это время Буян споткнулся. Михаила потянуло вперёд, через голову коня. Уже в полёте он отпустил копья. Мужчина проводил взглядом тушу саблезуба и вломился в кусты. Тут же в спину последовал чувствительный толчок, и Михаила ещё глубже втоптало в заросли.
Сколько он так пролежал, Михаил не понял. Пришёл в себя, когда на спине зашевелились. Кроме Ирины, там никого быть не могло.
— Не дёргайся, — прохрипел он. — Давай постепенно. А то можно усугубить травму. Слышишь меня?
— Слышу, — тихий выдох.
— Пальцы рук шевелятся?
— Да.
— Пальцы ног?
— Тоже.
— Значит, позвоночник цел. Вытяни руки вперёд. Я почти на земле лежу, ты сможешь дотянуться. У него подмышками пролезли тонкие конечности жены.
— Теперь колени… Попробуй вздохнуть полной грудью… Рёбра болят?
— Да. — Прохрипела Ирина.
— Боль острая или приглушённая?