Необыкновенная жизнь обыкновенного человека. Книга 5. Том 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На следующий день Алёшкин и Захаров ехали на своём «козлике» в район Назии. Прежде всего, Борис решил осмотреть местоположение своего медсанбата летом 1942 года. Он полагал, что там могло уцелеть несколько землянок, да и места под палатки ранее расчищались. Как он помнил, не доезжая до станции два-два с половиной километра, справа от шоссе, по направлению его прежней стоянки, отходила просёлочная дорога длиною около трёхсот метров, которая и приводила на территорию медсанбата. Они свернули на эту чуть заметную дорогу, по которой, видно, уже более года никто не ездил. Дорога оказалась достаточно хорошей, и Захаров заметил:

— Ну, место, кажется, будет подходящее.

Но стоило им приехать туда, где когда-то стоял шлагбаум батальона, как взору их представилась картина страшного разрушения. Очевидно, эта территория в прошлом году подверглась особенно сильной бомбёжке и артобстрелу. Воронки от бомб и снарядов буквально сливались между собой. Большинство деревьев, когда-то надёжно маскировавших территорию медсанбата, были разбиты в щепы или валялись, вывернутые с корнем. Не стоило даже и думать о том, чтобы расчистить это место, сравнять многочисленные ямы. На это потребовался бы месяц тяжёлого труда всего личного состава госпиталя. А потом, самое главное, размещение там госпиталя было невозможно и с точки зрения маскировки: все его сооружения были бы видны, как на ладони. Печально смотрел Борис на эти разрушения и думал: «Нас, в том числе и меня, спас счастливый случай! Не передислоцируйся вовремя мы отсюда к Александровке, этот массированный удар пришёлся бы на нас. Ведь, судя по всему, бомбёжка и обстрел проводились в сентябре — октябре прошлого года. Да, в счастливой рубашке мы родились».

Если Захаров смотрел на разрушения без особого удивления, ведь он в прошлом — строевой командир, прослуживший более полутора лет на передовой, всё это видевший не раз, то Лагунцов, работавший лишь в пределах госпиталя и армейских тылов, этой картиной был поражён и даже, очевидно, напуган. Алёшкин, заметив это, не удержался:

— Да вот, товарищ Лагунцов, на этом месте наш медсанбат стоял. Первая бомбёжка нас ещё здесь застала, несладко пришлось. А теперь нам к этому надо привыкать: будем госпиталем первой линии, значит, придётся находиться от передовой на таком же расстоянии, как и медсанбат, так что будем готовы ко всему… Ну, а здесь нам делать нечего, поедем искать другое место.

Они выехали на шоссе, проехали ещё полкилометра ближе к передовой и остановились. От станции Назия фактически остался только железнодорожный путь, ведущий к Шлиссельбургу, да маленькая, самодельная, сделанная из старых шпал будочка, в которой, видимо, и жил, и дежурил железнодорожник.

Подумав немного, Борис решил поискать какое-нибудь место слева от полотна железной дороги. Километрах в двух от шоссе виднелся небольшой лесной массив, его он и предполагал использовать. В направлении этого массива от шоссе не отходило дорог, поэтому найдя место, где кювет был менее глубоким, поехали прямо по целине. Хотя Лагунцов и протестовал, уверяя, что там наверняка болото и можно угробить машину, ни Алёшкин, ни Захаров на его протесты внимания не обратили. Они уже нашли подходящее место и только было собрались сворачивать с шоссе, как вдруг, шагах в пятидесяти от них, справа из кустов, с натужным завыванием мотора стала выбираться на шоссе полуторка, оборудованная под санитарную машину.

Остановив её жестом и подойдя к кабине, Алёшкин с радостью увидел знакомого шофёра Ряховского, служившего в его батальоне. Рядом с ним сидела незнакомая девушка-медсестра, очевидно, новенькая. Ряховский тоже обрадовался, увидев своего бывшего командира. Мы ведь говорили, что Алёшкин среди личного состава медсанбата пользовался большим уважением и любовью.

Остановив машину, шофёр выскочил из машины и чётко отрапортовал:

— Товарищ майор, санитарная машина перевозит эвакуированных раненых в эвакопункт в сопровождении медсестры Васильевой, всего шесть человек лежачих.

— Ну, зачем же так официально, товарищ Ряховский? Ведь я теперь не ваш начальник. Давайте закурим и пару минут поговорим.

Они присели на краю кювета и закурили папиросы, предложенные Борисом.

— Почему это вы сами вдруг стали раненых вывозить? Разве эвакопункт не присылает машины?

— Да нет, присылает, но нашему медсанбату приказано срочно разгрузиться, так как мы должны передислоцироваться. Эвакопункт не успевает всех увезти, мы ему помогаем. С передовой сейчас никого не возим.

— А далеко наш батальон стоит?

— Да тут, в леске, километра за полтора от шоссе. Каким-то чудом этот лесок уцелел. Кругом всё разбомблено, а этот участочек почти не тронут. Да вы, наверно, его знаете, там когда-то штаб стрелкового полка стоял.

Алёшкин припоминал это место, но очень смутно. Когда ещё он был начсандивом, посещая 50-й стрелковый полк, он больше обращал внимание на подготовку к развёртыванию ППМ, так как полк готовился к наступлению, чем на место, на котором стоял штаб полка. Однако у него сразу же возникла мысль осмотреть это место, об этом он и сказал Ряховскому. Тот, бросив скептический взгляд на их старенький «козлик», заметил:

— Боюсь, что на этом драндулете вы туда не доберётесь. Я вот и на полуторке едва-едва проезжаю. Тут от шоссе по кустам проехать нетрудно, а как только кусты кончатся, начнётся болото. На нём хотя и настлана лежнёвка, да она настилалась ещё в прошлом году, местами была повреждена снарядами. Мы её подлатали, но не очень надёжно, а сейчас, осенью, она и вовсе под воду ушла. По ней ехать приходится почти по ступицы в воде. Правда, болото это небольшое, всего с полкилометра будет, а дальше опять пойдёт нормальная дорога. Ну да увидите сами! Мне, товарищ майор, ехать пора, разрешите?

— Хорошо, отправляйтесь.

В этот момент мимо них на большой скорости промчался недлинный товарный поезд, влекомый довольно мощным локомотивом. Только он прошёл станцию Назия, как с немецкой стороны открылся сильный артиллерийский огонь. Очевидно, обстреливался и поезд, и железнодорожный путь. Не обращая внимания на разрывы снарядов почти рядом с движущимся составом, тот продолжал с прежней скоростью мчаться вперёд, к Ленинграду!

Почти одновременно заговорили пушки, миномёты и «Катюши», главным образом, со стороны берега Ладожского озера. Они стремились подавить огонь вражеской артиллерии.

Вдруг слева от шоссе, как раз в том леске, куда собирались свернуть Алёшкин и Захаров, что-то блеснуло, раздался сильный звук выстрела, и над их головами, где-то высоко, с противным шелестом пролетел, видимо, огромный снаряд, с гулом разорвавшийся в глубине немецкой обороны. Ряховский, ещё не успевший отъехать, крикнул из кабины:

— Это артиллерия резерва Главного командования недавно там обосновалась. Она даёт фрицам прикурить! Ну, я поехал, а то ведь и здесь может какой-нибудь «дурак» — или ихний, или наш — разорваться. Да и вы тут на шоссе не задерживайтесь, поскорее спускайтесь в кусты, к нашему медсанбату, там у нас тихо. Хотя такие обстрелы по два-три часа идут. Как проходит очередной состав, так и начинается. Ну да наши железнодорожники молодцы: при повреждении прямо всё моментом исправляют. А на паровозе всегда двойная бригада сидит. Если кого подобьют, замена тут же. Ну пока. До свидания, товарищ майор. До свидания, товарищи!

Ряховский сел в машину, дал газ, и вскоре только облако пыли уже в нескольких километрах от этого места указывало на путь уехавшей машины.

Последовав совету шофёра, съехал с шоссе в сторону кустов и Борис со своими спутниками. Действительно, среди кустов оказалась довольно сносная просёлочная дорога, тянувшаяся около километра. Но, едва кончились кусты, дорога пропала, на её остатки указывали глубокие колеи, направленные к пространству, сплошь покрытому водой. В нём кое-где плавали нетолстые брёвна, вокруг росли осока, камыши и виднелось множество кочек, покрытых блестящим зелёным мхом.

Лагунцов остановил машину:

— Как хотите, товарищ начальник, я дальше не поеду. Мы с «козликом» здесь утонем!

— Хорошо, — ответил Борис, выбираясь из машины. — Товарищ Захаров, пойдёмте пешком, тут, кажется, уже недалеко. А вы, товарищ Лагунцов, замаскируйте в кустах машину и постарайтесь обследовать дорогу, ведь всё равно вам по ней ездить придётся.

— Неужели, товарищ начальник, вы хотите госпиталь в такую дыру загнать? — воскликнул Лагунцов.

Алёшкин усмехнулся: