– Но посмотри, – она преобразила свою печаль в это прекрасное место, – продолжает она, окидывая взглядом магазин. – Да, это дело всей ее жизни, и даже если ты не решишься простить ее, это место – нечто большее, чем она сама. «Книжный сад» нашел свой путь в самое сердце сообщества – а за это стоит бороться, не так ли?
– Так, – говорю я, расправляя плечи. – И хочу, чтобы ты знала: я буду бороться столько, сколько потребуется.
Милли улыбается.
– Вот это по-нашему.
– Просто хотелось бы, чтобы финансовые перспективы не были такими мрачными.
– Ты же сама сказала, что нужно проявить творческий подход.
Я выглядываю в окно и смотрю на вывеску наверху: она слегка покачивается на ветру. По тротуару проходит женщина средних лет с огромным букетом в руках – все цветы разных оттенков розового. И тут меня осеняет.
– «Книжный сад»! – восклицаю я, поворачиваясь к Милли. – Вот оно! Что, если нам сыграть на этом? Мы можем освободить немного места в передней части, чтобы продавать растения, даже цветы! Ты же знаешь, многие книжные магазины торгуют, например, подарками и игрушками.
– Конечно, – говорит она. – Вот только…
– Мы могли бы продавать комнатные растения, букетики нарциссов, может быть, найти кого-нибудь в помощь на неполный рабочий день, чтобы мы с тобой могли сосредоточиться на продаже книг. Знаю, поначалу появятся дополнительные расходы, но они наверняка окупятся. – Я улыбаюсь про себя. – Книги и всякие зеленые штучки. Они могут расти вместе.
– Терпеть не могу комнатные растения, – говорит Милли и натянуто улыбается. – Но идея на самом деле… совершенно блестящая.
– Ты вправду так думаешь?
Она кивает, глядя на меня долгим взглядом.
– Я ошибалась на твой счет, – наконец говорит она.
Я качаю головой.
– То есть как?
– Она так любила это место, – говорит Милли. – Но когда она сказала, что хочет оставить магазин тебе, я… забеспокоилась… что тебе это не очень понравится и ты постараешься побыстрее от него избавиться… Но нет, Элоиза знала, что делает. Она оставила «Книжный сад» тебе, потому что была уверена, что отдает его в самые умелые, заботливые руки. – Она улыбается. – Прости, что сомневалась в тебе.
– Уже простила, – говорю я.
– Ну что ж, – говорит Милли, взглядывая на часы. – Пойду открываться. Уже почти девять. – Она переворачивает табличку «Закрыто» в окне, и в этот момент к магазину подъезжает грузовик FedEx.
– О нет. – Она внезапно начинает нервничать, заправляет волосы за уши и делает глубокий вдох. – Черт возьми! Что-то он рано сегодня.
Я с удивлением наблюдаю, как Милли бежит к прилавку, достает из сумочки помаду и торопливо мажет губы. Когда я открываю дверь, она притворяется, что занята документами.
Миг спустя она поднимает глаза и удрученно смотрит на высокого мужчину со светло-русыми волосами, собранными сзади в неряшливый конский хвост. Это не Фернандо.
– Распишитесь, пожалуйста, здесь, мэм, – говорит он.
– А где же… Фернандо?
– Без понятия, – говорит он. – Может, заболел? Или его направили по другим адресам. В компании вечно что-то меняется.
– О-о, – вздыхает Милли.
– Думаю, тебе давно пора сознаться – говорю я, когда грузовик трогается с места. – Ты определенно неравнодушна к этому доставщику.
– Нет, ничего подобного!
– Не нет, а да. И знаешь что? Похоже, он к тебе тоже неравнодушен.
Пораженная, она поворачивается ко мне.