— Меня зовут Мурбелла, Великая Преподобная Черница. Ты опозорила меня, сразив в столь медленном нападении. Зачем ты это сделала?
— Тебе надо было преподать урок,— сказала Лусилла.
— Я лишь недавно облачена в Преподобные Черницы. Пожалуйста, прости меня. Я благодарю за превосходный урок и буду благодарить тебя всякий раз, когда буду припоминать твою реакцию, которую я обязана запомнить,— она склонила голову, затем легко вскочила на ноги. Озорная улыбка блуждала на ее лице.
Лусилла холодно спросила:
— Ты знаешь, кто я?
Уголком глаза она заметила Бурзмали, поднимавшегося на ноги с болезненной медлительностью. Он остался сбоку, наблюдая за женщинами, гнев полыхал на его лице.
— По твоей способности преподать мне такой урок, я вижу, кто ты. Великая Преподобная Черница. Забуду ли я? — озорная улыбка исчезла с лица Мурбеллы, она стояла со склоненной головой.
— Ты прощена. Приближается ли не-корабль?
— Так говорят, во всяком случае. Мы готовы его принять,— Мурбелла взглянула на Бурзмали.
— Он до сих пор для меня полезен, и требуется, чтобы он меня сопровождал,— сказала Лусилла.
— Очень хорошо, Великая Преподобная Черница. Включает ли твое прощение и твое имя?
— Нет!
Мурбелла вздохнула.
— Мы захватили гхолу,— сказала она.— Он пришел с юга под видом тлейлаксанца. Я как раз собиралась возлечь с ним, когда вы появились.
Бурзмали, хромая, подошел к ним. Лусилла увидела, что он распознал опасность. Это «совершенно безопасное» место просто кишмя кишит врагами! Но враги до сих пор знают очень мало.
— Гхола не ранен? — спросил Бурзмали.
— Он продолжает разговаривать,— ответила Мурбелла.— До чего же странно!
— Ты не возляжешь с гхолой,— сказала Лусилла.— Это мое особое задание!
Данкан постарался припомнить, где же он находится. Он знал, что Тормса мертв: кровь брызнула из глаз Тормсы. Да, он ясно это помнил. Они вошли в темное здание, и внезапно всюду вокруг них вспыхнул ослепительный свет. Данкан ощутил боль в затылке. Удар? Он постарался пошевелиться, но его мускулы отказывались повиноваться.
Он припомнил, как сидит на краю широкого луга. Там шло нечто вроде игры в шары — эксцентричные шары, которые подпрыгивали и метались без определенного замысла. Игроками были молодые люди в обычных костюмах... Гиди Прайм!
— Они учатся быть стариками,— сказал он. Он вспомнил, как это говорил.
Его спутница, молодая женщина, взглянула на него безучастно.
— Только старикам следует играть в игры на свежем воздухе,— сказал он.
— Вот как?
Это был вопрос, на который не дашь ответа. Она взяла над ним верх простейшим способом.
«И в следующее мгновение выдала меня Харконненам!»
Ага, значит, это из воспоминаний его исходной жизни, когда он был рожденным впервые, а не гхолой.
Гхола!
Он припомнил Оплот Бене Джессерит на Гамму. Библиотека: голографические фотографии и три фото Лито I, герцога Атридеса. Сходство Тега с герцогом было не случайно: чуть повыше, но во всем остальном точно такой же — длинное худое лицо, но с высокой переносицей, дар увлекать людей, которыми славились Атридесы...
Тег!