выясняя обстановку, во все концы направлялись делегаты связи. И вдруг — гонец из 19-
го мехкорпуса. В донесении, казалось, каждое слово выдает тревогу генерала Фекленко:
«Танки противника у Новоград-Волынского. Свое новое начальство — командование 6-
й армии — ищу вторые сутки и безрезультатно. Имею тридцать танков. Как быть?» Кто-
то из наших штабников заметил: «Этот корпус передан в подчинение генералу
Музыченко. Новоград-Волынский южнее разгранлинии, не в нашей полосе». Даже
генерал Писаревский, наш начальник штаба, засомневался, показывая на карту: «В
самом деле, разгранлиния проходит через станцию Рахальскую на Сербо-Слободку и
далее на запад, что в двадцати километрах севернее Новоград-Волынского. Может,
запросим штаб фронта?»
Пришлось резко прервать разговоры. «Враг у нас, говорю, один. Какая разница, в
какой он полосе?..» Под руками оказался боевой командир полковник Бланк с
остатками своей 87-й стрелковой дивизии, которые он вывел из окружения. Две с
половиной тысячи молодцов, закаленных в горячих схватках! «Садитесь, пишите!» —
сказал кому-то из своих штабных. Продиктовал примерно [105] такое: «Командиру 19-
го мехкорпуса генералу Фекленко. Придаю во взаимодействие и на ваше усиление
ударный отряд под командованием полковника Бланка численностью 2500 бойцов и
командиров. Приказываю всеми наличными силами отбить атаки врага!» Вместе с
членом Военсовета Никишевым и начальником штаба армии генералом Писаревским
подписал боевой приказ{1}.
«Эти герои в жестоких двухдневных схватках, — продолжал Михаил Иванович,
— удерживали Новоград-Волынский и даже вырвались на шоссе, ведущее в Житомир и
в Киев».
Противник, перегруппировавшись и обойдя город с южной стороны, прорвался на
местечко Гульск. Однако за это время мы сумели подтянуть на исходные рубежи
главные силы армии, и утром десятого июля она нанесла решительный контрудар,
оттеснив врага за Киевское шоссе на 30-километровом фронте. С тех пор и надолго
гитлеровцам стало не до Киева!
Этим и начался новый этап упорной борьбы наших войск, который в
Коростеньском укрепрайоне длился сорок дней и ночей и в разное время привлек к себе