Пограничные войска России в войнах и вооруженных конфликтах XX в.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Все силы охранной стражи были распределены по трем участкам железной дороги. На аргунском участке, простиравшемся почти на 900 км от станции Маньчжурия до Харбина, находились полторы роты пехоты и пять сотен казаков под командованием полковника А.Ф. Зубковского. 550-километровый сунгарийский участок от Харбина до станции Пограничная охранялся тремя ротами пехоты и девятью сотнями казаков под командованием полковника П.Н. Денисова. Самый длинный по протяженности порт-артурский участок около 1000 км был поручен полковнику П.И. Мищенко, в распоряжении которого находились три роты пехоты и пять сотен казаков[13]. Таким образом, силы охранной стражи были растянуты на 2450 км железной дороги, на каждый километр которой приходилось в среднем по два стражника. Как и прежде, подразделения охранной стражи были рассредоточены по постам, численность которых возросла до 15–30 человек. Кроме того, в распоряжении генерала Гернгросса и начальников участков имелись небольшие мобильные резервы.

Возможно, этих сил было бы достаточно для охраны железной дороги в мирное время. В случае же войны с учетом того, что в Маньчжурии находилось до 75 тыс. китайских правительственных войск и действовало более 100 тыс. повстанцев, рассчитывать на успешное решение охранной стражей служебно-боевых задач не приходилось.

В начале 1900 г. масштабы восстания значительно возросли. Участились случаи проникновения отрядов хунхузов на российскую территорию в районе станции Пограничная. Отдельные из них доходили до Никольск-Уссурийска и даже Владивостока. В связи с этим в феврале генерал Гродеков обратился к генералу Гернгроссу с просьбой прикрыть наиболее опасные участки границы постами охранной стражи, усилив находившиеся там подразделения уссурийских казаков. Для решения этой задачи была выделена 17-я сотня охранной стражи, посты которой растянулись почти на 100 км от станции Пограничная к югу, перекрыв наиболее удобные переходы с китайской территории на русскую[14]. Это было первое регулярное формирование пограничных войск на российско-китайской границе с момента ее установления.

К весне 1900 г. восстание ихэтуаней постепенно переместилось в столичную провинцию Чжили. В мае в Пекине были совершены нападения на ряд иностранных посольств и консульств, в том числе и на российское. В связи с этим 28 мая было принято решение о вводе в город отрядов вооруженных моряков с английских, французских, российских, итальянских, американских, австро-венгерских и японских кораблей, находившихся в то время в Чжилийском заливе.

12 июня в Приамурском военном округе была объявлена мобилизация резервистов. Российское правительство стремилось избежать эскалации военных действий в Китае, поэтому выдвижение войск на его территорию не форсировалось. Так, 5 июня 1900 г. министр иностранных дел граф В.Н. Ламсдорф направил вице-адмиралу Е.И. Алексееву депешу, в которой указывалось: «Задачи России на Дальнем Востоке расходятся с политикой всех прочих держав. Принимая сие во внимание, мы и при настоящих обстоятельствах в Китае должны соблюдать особое положение. Не следует терять из виду, что наш отряд вступил на китайскую территорию без всяких враждебных намерений по отношению к соседней дружественной империи, с которой, в интересах наших, желательно тотчас же по прекращении смут восстановить самые лучшие отношения…»

Далее в депеше определялось, что в свете избранного Россией политического курса «…нам не следует добиваться сосредоточения в своих руках командования общими силами держав, предоставив такое руководство любому из иностранных военачальников. При указанных условиях русский отряд, отнюдь не нарушая согласованных действий с прочими европейскими десантами, не выйдет из пределов высочайше предназначенной ему задачи, заключающейся в охране безопасности миссии, ограждении жизни и имущества русскоподданных, проживающих в Северном Китае, а равно поддержании законной власти в борьбе ее с революцией»[15].

Однако цинское правительство Китая решило использовать восстание для укрепления своей власти в стране. Вступив в сговор с руководителями повстанцев, 21 июня оно объявило состояние войны со всеми странами, чьи войска в то время находились на территории Китая. В результате восстание ихэтуаней обрело статус национально-освободительной войны, в которую официально вступали и правительственные войска. В Маньчжурии главным врагом китайцев были объявлены русские, вооруженные силы которых в том регионе были представлены подразделениями охранной стражи и небольшими гарнизонами Порт-Артура и Дальнего. И в первое время с началом военных действий именно им пришлось принять на себя удары превосходящих сил противника (рис. 1).

Подвергнувшейся нападению охранной страже в целях концентрации сил приходилось уходить в районы, имевшие важное оперативно-тактическое значение. Выполнение задачи усложнялось тем, что отход зачастую осуществлялся параллельно с эвакуацией рабочих и служащих железной дороги и вывозом наиболее ценного имущества. Поэтому отход, как правило, начинался после непродолжительной обороны железнодорожной станции. Боевые действия охранная стража была вынуждена вести практически на всем маршруте движения.

Заслуживают внимания оборонительные действия и отход подразделений охранной стражи из г. Ляоян, где полковнику П.И. Мищенко удалось заблаговременно собрать 229 стражников, в том числе 5 офицеров. Бои на подступах к городу начались 24 июня и продолжались весь день. Китайцы применили артиллерию и за это время выпустили по Ляояну более сотни снарядов. Потери русских составили девять человек убитыми и около двадцати ранеными, при этом стражники израсходовали свыше 75 % имевшихся у них боеприпасов. Продолжать оборону в таких условиях было бессмысленно. Посовещавшись с офицерами, Мищенко решил под покровом ночи оставить город и отступать на юг в направлении Порт-Артура.

Замысел удался. Сделав пролом в крепостной стене на не охранявшемся противником участке, русские незаметно для китайцев покинули город. Затем, выделив головное, тыловое и боковые охранения, отряд форсированным маршем двинулся на юг. Китайцы, занявшись грабежом в Ляояне, не стали преследовать русских. На следующий день отряд благополучно достиг станции Айсандзян. Там к нему присоединились 210 стражников, отошедших с других участков железной дороги, а также большая группа железнодорожных служащих. Благодаря прибывшему пополнению удалось не только усилить охранение отряда, но и организовать эвакуацию наиболее ценного железнодорожного имущества. Кроме того, через посыльных Мищенко сумел наладить связь с командованием войск в Порт-Артуре.

Рис. 1. Действия российских войск в Маньчжурии в период войны в Китае 1900–1901 гг.

После четырехдневного отдыха отряд продолжил движение и 30 июня вышел на подступы к станции Хайчен. Там он был усилен прибывшей на поезде из Порт-Артура ротой 7-го Восточно-Сибирского стрелкового полка, получил боеприпасы и продовольствие.

Помощь оказалась своевременной. Дальнейший путь отряду преградил противник, который, захватив Хайчен, занял оборону на холмах севернее населенного пункта. Оценив обстановку, Мищенко решил во второй половине дня атаковать китайцев. Атака была успешной. Не выдержав натиска стражников и солдат, противник оставил позиции и отступил в Хайчен, бросив на поле боя убитых. Русские заняли железнодорожную станцию, потеряв в бою 3 человека убитыми и 5 ранеными. На следующий день на станцию Хайчен прибыли поезда. Отряд получил приказ отходить на юг, на станцию Дашицяо.

Отход отряда полковника Мищенко завершился успешно. За весь период июньских боев, пройдя с боями более 100 км, нанеся значительные потери противнику и эвакуировав имущество, отряд потерял всего лишь 18 человек убитыми, 26 ранеными и 6 пропавшими без вести. За умелое руководство войсками в столь сложных условиях Павел Иванович Мищенко был награжден орденом Св. Георгия 4-й степени[16].

Особенно тяжелым был отход гарнизона станции Телин, осуществлявшийся под руководством штабс-капитана С.А. Ржевуцкого. В момент нападения китайцев на станцию 23 июля там находилось всего 166 казаков и 39 пехотинцев охранной стражи, а также около 200 железнодорожных рабочих и более 250 китайцев-христиан, опасавшихся уничтожения фанатиками — хунхузами. В течение двух дней стражники успешно отражали атаки врага, рассчитывая на помощь из Мукдена. Но, узнав об отступлении отряда полковника Мищенко на юг, штабс-капитан Ржевуцкий принял решение отходить на север в Харбин. Для этого требовалось преодолеть более 450 км по территории, охваченной пламенем восстания.

В ночь на 25 июня колонна, прикрывшись со всех сторон охранением, оставила Телин и направилась на север вдоль железной дороги. Утром к ней присоединилась еще одна сотня охранной стражи, также пытавшаяся прорваться в Мукден. С прибытием пополнения командир отряда решил, что теперь можно продолжать движение и днем.

Китайцы быстро обнаружили отряд и установили его численность. Во второй половине дня они атаковали русских одновременно с нескольких направлений. Атаки были отражены огнем с места, после чего Ржевуцкий приказал ускорить движение, бросив часть обоза. Расчет оказался верным. Занявшись дележом добычи, китайцы не смогли организовать преследование.

27 июня отряд достиг станции Шуан-Мао-Дзи, где в его состав вошло еще более 30 стражников, отошедших с других постов. В результате силы русских увеличились до 274 сабель и 70 штыков. Этого оказалось достаточно, чтобы в тот день отразить нападение полуторатысячного отряда китайцев, не потеряв ни одного человека убитым. Правда, 18 человек получили ранения.

На следующий день у д. Мяозгоу отряд вновь был атакован превосходящими силами противника. На этот раз одновременно с обороной занятой позиции Ржевуцкий приказал сотне казаков контратаковать китайцев во фланг. Противник был рассеян. Среди многочисленных убитых и раненых, оставшихся на поле боя, был обнаружен главный воинский начальник Мукденской провинции.

2 июля в районе станции Чунь-Чунь противник снова преградил путь отряду. Ржевуцкий решил контратаковать врага. Завязался тяжелый бой, который выиграли русские. Они прорвались сквозь наприятельские ряды, потеряв 3 человека убитыми и 14 ранеными.

Девять дней спустя отряд достиг Харбина, усилив его гарнизон более чем на 300 активных бойцов. Несмотря на трудности отхода и активность противника, русские потеряли всего 10 человек убитыми и 31 раненым. За умелое руководство войсками и личную храбрость командир отряда Степан Андреевич Ржевуцкий был награжден орденом Св. Георгия 4-й степени[17].

В ряде случаев умелыми организаторами отхода проявили себя и младшие командиры охранной стражи. Так, один из отрядов, отходивший от станции Мукден, после гибели офицера возглавил унтер-офицер Пилипенко. Преодолев множество трудностей, он благополучно вывел отряд на территорию Кореи, сохранив при этом значительную сумму казенных денег. 10 июля 56 стражников и железнодорожников Мукденского отряда в Сеуле предстали перед русским консулом, который поблагодарил их за мужество и стойкость. По докладу командира отряда и представлению консула 16 стражников были награждены знаком отличия Военного ордена 4-й степени, а сам унтер-офицер Пилипенко получил Георгиевский крест 3-й степени[18].

В целом отход постов и гарнизонов охранной стражи и сбор их прошли успешно. При этом важно отметить, что отход совершался без предварительного плана, одновременно по нескольким разобщенным направлениям, чаще всего вдоль линии железной дороги по занятой врагом территории на дальность от 100 до 450 км. В связи с постоянным воздействием превосходящих сил противника отход осуществлялся поэтапно, с ведением боевых действий на нескольких рубежах как оборонительного и арьергардного, так нередко и наступательного характера.

Яркой страницей, вписанной в историю боевой деятельности охранной стражи, стала оборона Харбина в 1900 г., которой руководил генерал А.А. Гернгросс. В начале июля в его распоряжении находилась всего одна резервная рота охранной стражи под командованием поручика К.Н. Апостолова. Она-то и прикрыла наиболее угрожаемые подступы к городу с северо-запада. Там была заблаговременно создана позиция, состоявшая из линии окопов для стрельбы стоя, между которыми обеспечивалась огневая связь. Перед линией окопов было выставлено сторожевое охранение. На дальних подступах к городу велась разведка конными разъездами.

Благодаря принятым мерам удалось заблаговременно обнаружить приближение передового отряда противника численностью около 800 человек и занять оборону. Поэтому когда 10 июля китайцы предприняли первую попытку овладеть городом ударом с севера, она не увенчалась успехом. Отступив, мятежники решили дождаться подхода главных сил. К исходу 12 июля против Харбина было сосредоточено более 8 тыс. китайцев, на вооружении которых кроме стрелкового оружия имелось шесть пушек.

Генерал Гернгросс тоже не терял времени даром. Отводом войск с близлежащих постов ему удалось к исходу 12 июля собрать в Харбине восемь рот и десять сотен охранной стражи, в их числе был и подошедший к тому времени в город отряд штабс-капитана Ржевуцкого. Кроме того, из местных полицейских, пожарных, музыкантов и добровольцев, а также рабочих и служащих железной дороги была сформирована еще одна рота. Общая численность защитников города возросла до 3300 человек. Вооружены они, правда, были только стрелковым и холодным оружием и ничего не могли противопоставить артиллерии, стрелявшей на дальность до 3 км. Поэтому Гернгросс приказал оставить позиции на подступах к городу и занять оборону по его окраинам, используя каменные строения для укрытия от артиллерийского огня противника.

13 июля, переправившись через Сунгари, китайцы при поддержке артиллерии начали наступление на Харбин с востока. Маневр врага был своевременно обнаружен русской разведкой, и на угрожаемое направление направлено подкрепление, снятое с других участков обороны. В результате стражники не только выдержали удар, но и сами контратаковали противника во фланг. Под их натиском китайцы поспешно отступили, оставив на поле боя несколько сот убитых и раненых, а также два орудия и зарядные ящики к ним. Урон русских составил пять человек убитыми и десять ранеными. Трофейные орудия немедленно были использованы для усиления обороны.

Вечером того же дня в Харбин прибыло несколько поездов. Они доставили с дальних станций охранников, железнодорожных рабочих, служащих, членов их семей, а также наиболее ценное имущество. Силы оборонявшихся возросли, а одержанные победы укрепили их боевой дух. Солдаты, казаки и добровольцы из гражданских лиц рвались в бой, и генералу Гернгроссу с трудом удавалось сдерживать их пыл. Он приказал вести разведку противника и совершенствовать оборону.

16 июля китайцы предприняли третью попытку овладеть городом, но и она не увенчалась успехом. Выдвижение их отрядов было вскрыто разведкой, а наступление отражено огнем с позиций, оборудованных на подступах к городу. В том бою стражники потеряли 13 человек убитыми и 44 были ранены. Пять дней спустя на выручку Харбину на пароходах из Хабаровска по р. Сунгари прибыл войсковой отряд под командованием генерала В.В. Сахарова.

[13] РГВИА, ф. 4888, оп. 2, д. 1, л. 1.

[14] Голицын В.В. Указ. соч., с. 66–67.

[15] Военные действия в Китае 1900–1901 гг. СПб., 1910, ч. 1, с. 247.

[16] Голицын В.В. Указ. соч., с. 185–201.

[17] Там же, с. 250–259.

[18] Там же, с. 173–177.