Поворачиваясь, я прерывисто дышу и удивляюсь, как, черт возьми, я в это вляпалась.
— Людям не нравится, когда пламя превращается в лесной пожар.
Пошли они нахуй. Все равно гори.
— Erin Van Vuren
— Эй, возьми трубку.
Глаза Райфа светлеют, когда он смотрит на меня. Говнюк. Он улыбается и машет мне рукой, все еще прижимая телефон к уху и закинув ноги на стол. Я подхожу к нему, хватаю телефон, завершаю разговор, затем бросаю его обратно.
— Ладно, это было немного грубо.
Он опускает ноги на землю и садится, чтобы положить телефон в карман.
— Это мог быть клиент.
— Это не так.
— Но могло быть.
Я сажусь напротив него и расслабляюсь в кресле, размышляя.
Райф руководит нашим бизнесом. Первый цент, который мы вчетвером получили как кампания, был от Миши, андеграундного имени, которое теперь мотивирует все, что мы делаем. Потребовались годы, чертова куча проб и ошибок и чертовски тяжелая работа, чтобы мы стали той хорошо отлаженной машиной, которой являемся сейчас. Но вскоре после смерти Катерины, Феликс придумал, как проникнуть на некоторые из ее оффшорных счетов и сделать ее прибыль нашей — под нашими новыми именами, как только мы переродимся.
Со временем мы научились повторять этот процесс со всеми претендентами на убийство из нашего списка. Если они заработали хотя бы пенни на том дерьме, которое устроили Катерина, Хьюго и Мерфи, оно гарантированно в конце концов станет нашим.
Конечно, я, черт возьми, ни за что не собираюсь жить, есть и отсыпаться на деньги, которые стоят за нашими черными душами — отсюда и наш фронт: Matthews House, Inc. Продажа криптовалют позволяет нам оставаться за кулисами, работая онлайн или через Skype, а благодаря трем разработанными нами филиалам, которые сейчас лидируют по количеству криптовалют по всему миру, это финансирует нашу реальную повестку дня. В этом моя сильная сторона.
Райф — лицо Matthews House, Inc. пока я сосредотачиваюсь на нашем списке, и по большей части это работает — я остаюсь в тени. Я не совсем общительный человек.
— Они хотят войти, — говорит Райф с довольным вздохом.
— С какого счета? — спросил я.
Я смотрю на часы, затем провожу рукой по рту, гадая, в моей ли комнате сейчас Эмми.
На моей кровати.
В моих простынях.
— Серебряный Джек. Но у меня такое чувство, что ты пришел обсуждать не это.
Я стискиваю зубы. Райф ухмыляется и складывает руки на столе.
— Надеешься, что у меня есть больше сделок для тебя?
Положив лодыжку на противоположное колено, я смотрю ему прямо в глаза.
— Теперь она моя, Райф.
Его глаза торжествующе вспыхивают.