— Я никогда не пойму использования детей в качестве сексуальных объектов. Совершенно извращенно.
Она сама отпирает клетку и отходит в сторону, пропуская Лысого, чтобы впихнуть его внутрь, прежде чем запереть ее обратно.
— Если Мерфи не переведет его к концу недели, переместите его обратно в камеру хранения.
— Там все еще тесно.
Он проталкивает одежду Безымянного через решетку, затем кивает в сторону парня на столе, Гриффина.
— У нас есть его место, но уже запланировано новое прибытие, чтобы заполнить его ящик.
— Разберись.
Она пристально смотрит на Гриффина, и колесики в ее голове крутятся.
— У меня есть идея на этот счет. Однако это займет несколько дней, затем еще неделя на подготовку его к продаже. Я не могу отвлекаться.
Лысый приподнимает бровь, затем кивает и выходит из комнаты.
Когда Катерина возвращается, чтобы еще немного поиздеваться над Гриффином, я обращаю свое внимание на голого парня передо мной.
— Дерьмо.
Я качаю головой.
— На самом деле не продумал это до конца, да?
Его попытка вернуть ухмылку кажется нездоровой, но теперь, когда он может уйти, я понимаю, что без нее будет полный отстой.
Его взгляд перемещается на меня, но через секунду его губы приподнимаются.
— Ты меня недооцениваешь, — говорит он себе под нос.
Мои брови сходятся вместе. Я подражаю его спокойному тону, когда спрашиваю:
— Что ты сделал?
Он кивает в сторону двери, из которой только что вышел мужчина.
— Помнишь его ключи?
Я прищуриваюсь, осматривая его тело в поисках чего-то, что я пропустил. Даже если бы ему удалось стащить их, где, черт возьми, он мог их хранить?
— Ага…
Он облизывает губы, потирая живот.
— Лучший завтрак, который я ел за весь год.
— Ты сумасшедший сукин сын.
Он ухмыляется.
— Черт возьми, да. Сумасшедший сукин сын, который вытаскивает нас отсюда.
Он натягивает грязные джинсы на бедра, затем плюхается на холодный пол рядом со мной.
— Ты имел в виду то, что сказал обо всем дерьме, которое хочешь с ними сделать, верно? К этим ублюдкам, стоящим во главе?