неВойна: читать начало книги онлайн

Двадцать пятого июня Борис Ельцин подписал указ № 985 «О выводе сил и средств, входящих в состав Временных объединенных сил, выполняющих задачи по разоружению всех незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской Республики», согласно которому к 1 сентября 1996 года планировалось завершить вывод большей части федеральных войск из Чечни. Но уже в начале июля, после переизбрания Ельцина на пост президента, российские войска возобновили масштабные боевые действия. Вскоре глава Чеченской Республики[49] Доку Завгаев[50] заявил о своем полном контроле над территорией Чечни.

Вместе с тем в Управление ФСБ в Грозном начали поступать сигналы о готовящемся нападении на город отрядов Масхадова[51]. Однако наверху их сочли лишь попыткой отвлечь главные силы от действий в южных районах Чечни. Это была роковая ошибка — такая же, как год назад в Буденновске. Тогда руководство тоже проигнорировало тревожные сообщения о планах сепаратистов.

А тем временем в пригороды Грозного под видом мирных жителей каждый день просачивались группы масхадовцев. И 6 августа около 5 часов утра в город вошли хорошо вооруженные отряды численностью более тысячи человек. По странному совпадению в то же утро были сняты с блокпостов и выведены из Грозного для проведения операций в селе Алхан-Юрт более полутора тысяч военнослужащих внутренних войск и сотрудников МВД, в том числе подчинявшийся завгаевскому правительству полк чеченской милиции. К тому же накануне в город доставили несколько вагонов с оружием и боеприпасами, которые вскоре захватили боевики.

Отряды масхадовцев продвигались к центру Грозного, блокируя части российских войск, административные здания, МВД, УФСБ. Перестрелки шли по всему городу. К 9 августа чеченцы контролировали основные улицы и перекрестки столицы, полностью блокировав федеральные силы. Особенно жаркие бои разгорелись на территории, прилегающей к комплексу зданий, куда входили Дом правительства Чеченской Республики и Управление ФСБ с общежитием и гостиницей для сотрудников.

Бойцы «Вымпела», которые находились в общежитии, вступили в схватку с превосходящими силами противника. Разведка у масхадовцев была поставлена хорошо — они прекрасно знали, кто находится в здании, и действовали на уничтожение. Вместе с «вымпелами» приняли бой и те, кто впервые оказался на переднем крае — водители, кадровики, оперативники. В первые же дни оборонявшиеся потеряли полтора десятка человек, включая командира. Небольшой группе удалось прорваться в здание УФСБ, которое было значительно лучше укреплено. Но среди его защитников также было немало тех, кто еще не нюхал пороху, а запасы продовольствия и боеприпасов не позволяли рассчитывать на длительную оборону. По окнам работали снайперы, то и дело прилетали гранаты из подствольника, а то и из «Мухи»[52], рвались мины. На подмогу осажденным из Ханкалы выдвинулась колонна 205-й бригады. А из Москвы вызвали «Альфу».

Город был во власти боевиков. Два десятка «альфовцев» в сопровождении разведчиков на броне двигались к центру Грозного. Каждый тащил тяжеленный рюкзак — в нем питание, вода, смена белья, боеприпасы. Боеприпасов на войне много не бывает: лучше остаться без еды, чем без патронов. Магазинами и гранатами был набит и «лифчик» — разгрузочный жилет. Под ним — броник, надетый на футболку. Сзади привычно болталась «Муха». Пулеметчикам приходилось тяжелее других: десятикилограммовый ПКМ[53] с пристегнутой коробкой давил на плечо, да и тысяча патронов — двадцать с лишним килограммов, хоть и разделенные на двоих — давали о себе знать. По дороге группа наткнулась на брошенный КамАЗ с оружием и продовольствием. Это был царский подарок — в колонну включили и его.

Подходы к зданию УФСБ простреливались. Прямо посередине улицы ничком лежал вздувшийся труп в рваном камуфляже, вокруг его головы на асфальте запеклась бурая корка. Еще два тела виднелись поодаль. Отсюда нельзя было разобрать, свои это или чужие.

Предстоял решающий бросок через улицу. Стояла пугающая тишина.

— Макаров, Лозовой, — полковник Резников подозвал снайперов. — Сейчас улицу закидаем дымами, вы рысью — в здание, занимаете точки, будете нас прикрывать. О готовности долóжите. Вопросы? — Он выдержал паузу. — Ну, с богом!

Дым растекся по улице, скрыв соседние постройки, но как только они миновали крыльцо, вдогонку им защелкали пули. В ответ откуда-то сверху послышались выстрелы. «Молодцы ребята, прикрывают», — с благодарностью подумал Ваня.

Их встретил старший лейтенант из «Вымпела». Издали его можно было принять за чеченца — черная борода, грязная повязка на голове, стоптанные кеды. Но голубые глаза, тельняшка, татуировка с парашютом на плече и рязанский говорок с матершинкой сразу выдавали своего.

— Под духов маскируетесь? — подмигнул Ваня, кивнув на бороду. — Так и перепутать недолго.

— Тут не только борода — чуть крылья не выросли, когда супостаты по нам в общаге из РПГ[54] шмаляли. Деваться-то некуда было. Наша-то группа ушла, а там еще ребята остались. Тут, конечно, здание крепкое, но не будешь же кирпичами с крыши кидаться.

— Что, совсем патронов нет?

— На день еще хватило бы, а дальше — «Аллах акбар!». Вы-то привезли чего?

— КамАЗ во двор загнать надо. Там и жратва, и патронов навалом.

— Давайте, ребята, на этажи. Въезд мы прикроем — там наши с пулеметом.

В огромном здании было прохладно. Сквозь разбитые окна на широкую лестницу падали солнечные лучи, высвечивая россыпи гильз. Ваня чуть не поскользнулся на этих гильзах. Он выбрал позицию на третьем этаже в глубине комнаты. Отсюда просматривалось здание напротив, зияющее пустыми окнами, сквозь которые были видны обрушившиеся перекрытия. Но он уже знал, что даже если на этаже нет пола, это не значит, что там не может прятаться снайпер. Боевики залезали на этажи и крыши разрушенных домов и спускались по веревкам, ходили по карнизам, оставшимся от разбитых перекрытий, стреляли через пробоины от снарядов.

Ваня внимательно осматривал здание. Снайперская дуэль начинается гораздо раньше, чем звучат выстрелы. Выстрел хорош тогда, когда он ставит финальную точку в противостоянии. Но промах или выстрел по ложной цели — ошибка, которая может стоить жизни. Поэтому, с одной стороны, снайпер старается, чтобы его не заметили, в идеале — даже после своего выстрела, а с другой — пытается сделать так, чтобы противник выдал себя: сооружает ложные позиции, оставляет бликующую оптику, работает с напарником, который вызывает огонь противника на себя.

Под прикрытием снайперов группа без потерь добежала до здания. Подбили лишь КамАЗ, который все-таки удалось завести в ворота.

С приходом подкрепления защитники УФСБ воспрянули духом: боеприпасов и продовольствия теперь хватит на месяц, а людей достаточно для защиты всего периметра. Через пару дней подошли бойцы краснодарской «Альфы» — еще четырнадцать человек. Теперь можно было организовать посменное дежурство на точках, немного отдохнуть.

Отдых на войне — понятие условное. Отдых — это когда ты не ведешь огонь, не высматриваешь цель и не прячешься от пуль, осыпающих тебя сверху кирпичной крошкой. Все остальное — когда ты набиваешь рожки или пулеметные ленты, вскрываешь банку с запалами и вкручиваешь их в гранаты, чистишь оружие и перематываешь на прикладе кровеостанавливающий жгут, перевязываешь раны себе или товарищу, сооружаешь носилки, цедишь мутную ржавую воду, которую таблетка пантоцида потом превратит в условно питьевую, — все это можно считать отдыхом.

В первый же вечер боевики предприняли огневой штурм. Михеев, дежуривший со своим пулеметом на бетонных блоках у входа, отвечал длинными очередями на вспышки выстрелов. Ствол быстро перегрелся. Вскоре на подмогу прибежали ребята и встали к соседним амбразурам. Когда перестрелка стихла, лент в коробках почти не осталось. Похоже, патроны кончились и у чеченцев. Подтащили новые цинки, в темноте наощупь собрали ленты и до полуночи набивали их, аккуратно укладывая в коробки.

Не давали расслабиться и чеченские снайперы. Они прятались за стенами, в глубине зданий, даже возводили убежища из кирпичей. Как-то напарник Лозового заметил снайперскую лежку за кирпичной кладкой.

— Делаем так, — сказал он Ивану. — Ты разбиваешь кладку, а я ловлю чеха.

Прием сработал. Вскоре наступило затишье. С чеченской стороны прибыл парламентер, молодой парень в стоптанных кедах и синем тренировочном костюме. Его провели к командиру.

— Больше не стреляем, — заявил чеченец. — Погибших будем забирать. Вы тоже своих забирайте.

Стояла жара, и похоронным командам предстояло немало работы.

— Выручи, командир, — продолжал с широкой улыбкой парламентер, — дай аккумуляторы к рации, а то мои совсем сели. Как разговаривать будем? А я тебе, если нужно, патронов отсыплю.

От такой наглости Резников аж подпрыгнул. «Нашел простачка, — подумал он. — Дуриком хочет модели наших раций узнать. И сколько у нас боеприпасов». А вслух ответил:

[49]       Субъект Российской Федерации. Не путать с Чеченской Республикой Ичкерия (ЧРИ), не признающей на своей территории юрисдикции РФ.

[50]       Доку Галурович Завгаев – глава Чеченской Республики в период с 01.11.1995 по 15.11.1996.

[51]       Аслан Алиевич Масхадов (1951 – 2005) – дивизионный генерал ВС ЧРИ, в 1996 году – начальник Главного штаба Вооруженных сил ЧРИ.

[52]       Ручной одноразовый противотанковый гранатомет (граната) РПГ-18.

[53]       ПКМ – 7,62‑мм пулемет Калашникова модернизированный.

[54]       РПГ – ручной противотанковый гранатомет.