Сергей всё понимал. И шёл на это.
2000, сентябрь. Краснодарский край, Сочи, Лазаревское, улица Калараш, 24
В 9 утра в здание частной гостиницы ворвались неизвестные в масках. Взяли в заложники пятерых строителей-чеченцев. И забаррикадировались на верхнем этаже.
Местные силовики сделали то, чему их учили. Оцепили район. Подогнали технику для штурма. Привезли родственников террористов, чтобы те уговорили их сдаться. С одним через мегафон говорила жена, с другим — родной брат.
Террористы не хотели никого слушать. Они стреляли в воздух и бросали в окно гранаты. Они требовали тридцать миллионов долларов и освобождения из российских тюрем чеченских боевиков.
Тогда вызвали «Альфу».
Сигнал тревоги поступил, едва бойцы успели разместиться на базе в Балашихе — они только что вернулись из Чечни. И вот опять пришлось грузиться в самолёт и лететь на юг.
Штаб организовали неподалёку от гостиницы, в здании военкомата. В нём расположились местные силовики и бойцы «Альфы».
— Нужно пойти и передать им рацию, постараемся провести переговоры. Штурма необходимо избежать, — сказал начальник операции генерал-майор Угрюмов, прилетевший в Лазаревское из Чечни незадолго до наших.
— Разрешите мне? — сказал Милицкий.
— Идите, — ответил Угрюмов.
На последний, мансардный этаж дома, где находились террористы и заложники, вела внешняя лестница. Сергей поднялся и крикнул:
— Есть кто?
— Что надо? — крикнули из-за двери.
— Я принёс рацию. Для переговоров.
— Передай. Но сам не заходи, убью. Положи на доску и подвинь мне.
Милицкий в темноте увидел, как по полу к нему двигалась доска. Он наклонился, положил рацию на край и начал медленно двигать доску обратно в приоткрытую дверь.
— Взяли? — спокойным голосом спросил Сергей.
— Да, — ответил террорист.
— Я ухожу, связь по рации.
— Проваливай.
Милицкий спустился и вернулся в штаб.
— Разрешите мне выйти на связь? — спросил он с запалом.
— Выходите, — сказал Угрюмов.
— Ответьте, вы меня слышите? — закричал в рацию Сергей.
Рация молчала.
— Приём, ответьте, вы меня слышите? — повторил он.
Опять тишина. Милицкий занервничал. На него молча смотрели высокие чины. Смотрели без малейшей симпатии.
— Ты батарейки в рации проверил, переговорщик? — спросил кто-то из штабных.
— Нет, — ответил Сергей. И подумал, что, видимо, облажался.