- Десятки тысяч лет назад, в те времена, когда кадирские пустыни еще совсем не были пустынями, а были теплыми, влажными и вечно цветущими прекрасными лесами, в них жили небольшие племена людей. Собственно, именно там они и жили с самого начала, а потом уже часть людей перебралась на север, в Шеангай, как вы его называете. Люди жили обычной жизнью, которой живут все дикие животные, что волки, что олени. Бродили стаями, сражались за самок, искали еду, размножались и убивали представителей других стай. Шли годы, века и тысячелетия, леса стали уже не такими жаркими и богатыми, а люди научились строить простые дома из дерьма и палок, резать друг друга простыми металлическими ножами, и разошлись в самые разные стороны. Но жизнь еще была сносная, хотя и непростая. В это время, три тысячи двести лет назад, у одной женщины в одном таком племени родился мальчик, которого назвали… А, впрочем, неважно как назвали. Когда мальчику исполнилось девять лет, в их деревню пришла группа странных людей. Про них знали, и их почитали. Кто-то считал их богами, кто-то – посланниками богов, а кто-то был уверен, что они спустились со звезд. Кто они были на самом деле, мы так никогда и не узнали, хотя они точно не принадлежали нашему миру. Люди эти ходили по деревням и собирали смышленных детей, которым, по какой-то неведомой причине, я до сих пор не понимаю почему, решили передать часть своих знаний. Может, они хотели сделать из нас хранителей этого мира. Может, для них это был эксперимент. А может, им просто нужны были слуги. Как бы то ни было, примерно через тридцать лет эти полубоги покинули наш мир навсегда. Не умерли, а просто ушли. А после них осталась группа из трех десятков людей, учеников, обладающих такими знаниями и умениями, которыми до сих пор никто в мире не может овладеть, и не овладеет, наверное, еще десятки тысяч лет. Тебе не понять этого, никому не понять. Ты сам лишь едва прикоснулся к этому источнику в долине вархов, до сих пор пользуясь плодами тех нескольких секунд. А мы пили из него полной чашей десятилетиями с наставниками, а потом еще столетиями сами по себе. Мы построили себе прекрасный дом, Город тысячи колонн, обрели бессмертие, прожили две с лишним тысячи лет, но нас одолел самый жуткий и самый настойчивый враг.
- Гордыня?
- Нет. Скука. Сначала мы пытались сделать мир лучше. Пытались придумать что-то новое, что-то изменить. Ты знаешь, кстати, как появились твои любимые альвы?
- Что значит, как появились? Они были всегда, еще до людей.
- Ну, это они так говорят. Нет, Гленард, люди – это первые разумные жители этого мира. А потом пришли мы и решили их улучшить. Мы хотели сделать людей сильными, красивыми и чрезвычайно умными, и мы изменили их. Мы сделали альвов, добавили им всего, что нам не хватало в людях. В том числе, увеличили продолжительность их жизни втрое-вчетверо. Потом, правда, пришлось передумать, они слишком быстро размножались, могли вытеснить всех остальных. Сначала мы хотели их уничтожить, но потом просто подкорректировали их способность к размножению, плюс внедрили им странные традиции, ограничивающие их бесконтрольное спаривание. Получилось. Потом мы, кстати, точно так же создали бьергмесов, чтобы было кому работать под землей и добывать для нас ресурсы. Точнее, сначала мы создали кобольдов, но они оказались неудачным экспериментом, плохо контролировались. Поэтому появились бьергмесы, новая, улучшенная версия. А кобольды до сих пор где-то остались в пещерах Кадира, мы так и не озаботились их уничтожением.
- А зорг даджиды?
- Да, конечно. Нам нужны были охранники наших границ от остальных людей. Еще один эксперимент. Не самый удачный. Всё-таки сочетание повышенной агрессии, сильного тела, быстрого размножения и ограниченных умственных способностей – это не лучшая идея. Впрочем, до тех пор, пока они сидели у нас на привязи, образно выражаясь, всё было нормально. Это сейчас они одичали.
- Бред какой-то, Джалил, если честно.
- А я ни в чем тебя не собираюсь убеждать, Гленард. Просто рассказываю историю у огня камина. Хочешь – верь, хочешь – не верь. Продолжать?
- Продолжай.
- Потом мы поигрались еще со всякими вещами, в результате чего в Кадире появились первые пустыни. А потом нам стало совсем скучно, и мы начали искать развлечения в интригах друг против друга и в сложных, опасных экспериментах. Это, в итоге, и погубило Город тысячи колонн. Если кратко, то среди нас образовалась группа повстанцев, которые позавидовали той силе, которую приобрел я и мои союзники, и они решили нас уничтожить. А когда не смогли, устроили катастрофу, которая навсегда уничтожила и город, и их тела, а их самих и их помощников превратило в странные существа, обреченные вечно болтаться на границе миров.
- Я слышал другую версию. О том, что Джалил Маджид захотел бесконечного могущества и заигрался с опасными экспериментами, а когда его попытались остановить, уничтожил Город тысячи колонн.
- И от кого ты это слышал? От одного из этих несчастных?
- Может быть.
- Ну, и сам делай выводы, Гленард. Ты же умный. Хочешь, верь им, хочешь – мне. Для тебя от этого, кстати, совершенно ничего не изменится.
- Я слышал еще о том, что именно магия Джалил Маджида привела к Падению Звезды.
- И еще, наверняка, ты слышал легенды о том, что в этом виноваты альвийские маги, зоргские шаманы, бьергмесские проклятья и людские прегрешения. Правда в том, Гленард, что это всё неправда. Падение Звезды никто не приманивал, никто не вызывал и никто не приближал своей магией. Оно просто случилось. Может, это Боги так неудачно сыграли в мячик. А может, просто, большой камень, пролетающий мимо нашего мира, был притянут им, и упал так неудачно, что попал прямо в один из узлов силы, взорвав всё вокруг. Даже я не знаю, как и почему это случилось на самом деле. Однако должен заметить, что определенные возмущения в Сферах мы действительно перед Падением Звезды чувствовали. Было необычайно легко творить определенные виды магии, особенно связанные с разрушением. Это и привело к уничтожению Города тысячи колонн. Кстати, твоя чудесная сабля, вместе с остальными великими альвийскими мечами, была сделана именно в те дни. Этим и объясняются ее необычные свойства. Но это ты, наверное, и без меня знаешь.
- Знаю. И что было потом?
- Потом? Я остался один. Впервые за тысячи лет. Сначала мне было это интересно, потом стало скучно. Я брал учеников, но не умел их учить, и они были или просто послушными куклами, или превращались в завистливых, глупых бездарностей, которых я сам же и уничтожал. Тем временем, случился Исход, вы расселялись по новому для вас миру, начали конфликтовать с бьергмесами и альвами, мир превратился в бурлящий котел. Точнее, в плавильный горн. Меня это поначалу развлекало, потом снова надоело. Последней моей попыткой были те, кого вы сейчас называете вархами.
- А я всё думал, когда же ты их в свою сказку вплетешь.
- Ну, вот и дождался, - Джалил усмехнулся, потягиваясь. – Из всех моих прошлых попыток эта стала, пожалуй, самой жизнеспособной. Во многом потому, что я не стремился их контролировать постоянно, а просто подтолкнул их в нужном направлении и дал дальше развиваться самим. Как мы раньше, давным-давно, сделали с альвами и всеми остальными. Естественный отбор, Гленард, – это самый действенный инструмент. Слышал же наверняка истории про великих вархов, которым всё подвластно, и огонь зажигать взглядом, и камни передвигать силою мысли?
- Слышал, конечно. Но никогда в них не верил. Вархам лет триста от силы, откуда взяться древним великим?
- Ну, вот это как раз отголосок нашей жизни в Городе тысячи колонн. Нашей обычной жизни там. Я вложил это в те легенды, которые я передал Криггану и прочим основателям вархов, как своеобразный памятник. Памятник моим соратникам, которые стали, в итоге, моими противниками. И памятник самой прошлой жизни. Я смотрю, теперь ты веришь моему рассказу?
- Я допускаю его частичную правдоподобность. В конце концов, я сам видел твои творения и знаю, что ты способен на многое. Почему бы, обладая силой так воздействовать на людей и творить из них черт знает что, не иметь возможности продлить себе жизнь на лишнюю пару сотен лет? Впрочем, к нашей сегодняшней беседе и сегодняшней ситуации это всё равно имеет мало отношения. А так, сказка красивая. Складная. История, которую интересно послушать вечером у камина. Так что было дальше?
- Я ненадолго попробовал жить обычной жизнью. Ну, знаешь, это как для тебя пойти в трущобы без оружия. Так и я жил недолго, лет пятьдесят, как обычный человек, запретив себе использовать магию. Путешествовал. Развлекался. Потом надоело. Мне стало интересно познать природу человеческого мышления, до самых глубин. Стало интересно изучить возможность трансформации людей, глубокой трансформации. Изменения тела, изменения разума. Мы всё это уже делали, но используя совсем другие силы, совсем другие способы. Я даже не знаю, как тебе объяснить… Скажем, мне стало интересно, могу ли я срубить дуб столовым ножиком за минуту. И вот такими экспериментами я и занимаюсь последние лет сто пятьдесят.
- И как, можешь?
- Ну, ты же сам видел. И Элайну, и моих питомцев в Кадире, и здесь. Могу, хотя и не идеально. Я понял буквально в последнее время, что мне скучно стало просто создавать слуг. Мне хочется создать кого-то равного себе. Кого-то великого, такого, какими мы были во времена моей тысячелетней молодости. Создать, возвысить, а потом сокрушить. Или погибнуть.
- Даже так?
- А какой интерес без риска? Если уж играть, то класть на стол всё, что у тебя есть. А может, я просто устал от этой тысячелетней жизни.
- И как, ты создал такого противника?