— Приятно познакомиться, ваша милость, — Базият отсалютовал Гленарду бокалом. — Подожди, ты что, тот самый Гленард ан Кратхольм?
— Тот самый.
— Глава Тайной Стражи? — изумленно переспросил Базият.
— Да.
— Но что ты здесь делаешь? Впрочем, это многое объясняет. Твои поиски этих людей. Но почему ты один? У тебя же тысячи людей под рукой?
— Так получилось, — Гленард пожал плечами. — Возможно, потому, что ни принц Джамал, ни Галир Айзиф…
— Да будут благословенны его дни!
— Да будут благословенны его дни. В общем, никто из них не хотел бы увидеть в Галирате тысячи тайных стражников Империи. Ну, и много всяких других причин. Всё так запуталось, что всего не объяснить. Но, похоже, что если бы не получилось так, как получилось, то все эти люди были бы уже мертвы.
— Я буду гордиться знакомством с тобой, Гленард.
— А я горжусь знакомством с тобой, Базият. Когда в следующий раз будешь в Империи, обратись в любое отделение Тайной Стражи. Лучше, конечно, в Рогтайхе, будет быстрее, но можно, где угодно. Скажи, что хочешь встретиться со мной, сообщи свое имя. Мне передадут, мы встретимся, и, поверь, я найду, как заплатить мой долг, еще и с большими процентами. Если, если я доберусь-таки до Империи.
— Благодарю тебя, Гленард. Если мы оба доберемся до Империи, я тебя разыщу. Не для того, чтобы потребовать уплаты долга, ни в коем случае. Только для того, чтобы выпить с тобой еще пару кувшинов вина и вспомнить наш разговор в деревне Йабрин на краю света.
— Договорились, Базият. А теперь, после того, как я рассказал, кто я такой, расскажи мне и ты, на кого ты работаешь.
— Что ты имеешь в виду, Гленард?
— Ты и твои люди дважды появлялись в моей жизни. И оба раза тогда, когда положение мое было критическим. Причем, если в первый раз мы хотя бы шли по одной дороге, то сейчас ты встретил меня именно в той деревне, куда я шел, одной на сто пятьдесят тысяч квадратных километров, и предложил мне именно то, что мне сейчас больше всего нужно. Я не верю в такие совпадения. Если еще и приплюсовать появление странных спасителей во время моей атаки на замок Альсавад, подозрительно похожих на твоих молчаливых охранников, то мое сомнение перерастает в уверенность в том, что наши встречи и здесь, и до этого не случайны. Так на кого ты работаешь, мухтарам Базият? Корпус Стражей? Личная охрана Галира? Охрана салтама Игниса? Стража Истинной веры? Военная разведка?
— Твои слова обидны для меня, Гленард.
— Не обижайся, Базият. Я не вижу в этом ничего плохого или оскорбительного. Напротив, мне хотелось бы отбросить маски и легенды и поговорить спокойно и профессионально, как коллега с коллегой, как разведчик с разведчиком, как тайный стражник с тайным стражником.
— Понимаю тебя, Гленард. Но, увы, не смогу тебе помочь в ответе на этот вопрос. Я простой купец Базият. Немного более рисковый, чем другие. Немного более удачливый в чем-то и менее удачливый в другом. И всё. Наши встречи — всего лишь совпадения. Видимо, Единый ведет и тебя и меня разными дорогами, но к одной, ведомой лишь Ему цели, переплетая наши судьбы причудливым образом. Кто знает, увидимся ли мы когда-либо снова или нет? На всё воля Единого. И если уж с кем-то говорить о превратностях Пути и невероятных совпадениях, то только с ним.
— И я понимаю тебя, Базият. Я услышал твой ответ. И если бы я мог говорить с Единым, мне хотелось бы, чтобы он услышал еще одну мою просьбу.
— Так скажи ее, Гленард. Единый слышит всех, даже тех, кто не следует Истинной вере.
— Я бы попросил у Единого помощи на границе Галирата. Несомненно, желание нескольких сотен подозрительных и непонятных людей покинуть Кадир без каких-либо документов и отправиться в сторону Империи должно привлечь внимание пограничной стражи Галирата. И, вероятно, внимание такое будет более чем негативным. Так вот, если бы Великий и Единый смог отвести глаза пограничной стражи так, чтобы они не обратили внимания на моих людей и не задались бы вопросами, кто это такие, и куда и зачем они идут — вот это было бы настоящим чудом. Было бы просто прекрасно, если бы Единый меня услышал.
— Так выпьем же за это, Гленард! — Базият, улыбаясь, поднял бокал. — Будем надеяться, что Великий и Единый не останется глух к твоей просьбе.
— Ну, за исполнение желаний, Базият!
Они задержались в Йабрине еще на день, отдыхая и восстанавливаясь. Когда наутро их странный отряд отправился в путь, выглядел он уже значительно более представительно. С припасами Базията у них появился шанс выжить, передвигаясь от деревни к деревне всё дальше на запад, покуда они не достигнут великой реки, а затем — и родных земель Андерриоха.
Отдохнувшие и насытившиеся люди шли легче и быстрее, улыбаясь друг другу и смотря вперед с надеждой. Гленард же сохранял мрачную сосредоточенность, и его спутники оглядывались на него с удивлением. Он вел отряд уверенно, но без излишнего оптимизма, понимая, что впереди еще очень долгий путь, и чем дальше — тем сложнее он будет становиться.
Им предстояло пройти еще больше тысячи километров по одним из самых диких и пустынных мест обитаемого мира.
Глава XX
Шаг за шагом, минута за минутой, час за часом, день за днем, километр за километром.
Дни сменялись днями, а странная маленькая армия Гленарда всё брела и брела сначала на запад, а затем на север. С припасами Базията стало, конечно, полегче. У людей появилась надежда, и далекая цель, ранее казавшаяся совершенно недостижимой, стала выглядеть хоть и трудной, но реальной.
Они шли от деревни к деревне, по мере возможности пополняя свои запасы. Но степь была населена очень редко, и за триста километров пути, за двенадцать дней, они встретили всего два населенных пункта, ни один из которых и близко не мог сравниться с деревней Йабрин. Достать еду здесь было тяжело, даже за золото, местным жителям самим не хватало. Впрочем, совсем уж голодать им больше не приходилось. И хотя бы с водой теперь проблем не было, хоть и приходилось экономить.
Многие всё же не выдерживали тяжести пути. Сказывалась и накопившаяся измотанность, и скудность питания, совокупно обострявшие, видимо, старые болезни, дремавшие внутри организмов и проявляющиеся сейчас. Ставшие еще более холодными ночи усугубляли положение. Топлива для костров катастрофически не хватало. Самых слабых старались отогревать ночью, но всё равно, по три-четыре человека каждую ночь Гленард терял. И даже днем согреться было уже трудно, зима стремительно приближалась.