«"Фантастика 2023-150". Компиляция. Книги 1-22»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Разумно, — согласился Славий. — По торговле, я думаю, мы договоримся. Надо только понять, какими путями будем торговать. Нашим купцам на этом пути будет сложно, а бьергмесы за наши товары пошлины будут драть нещадно.

— А и не нужно. Мы готовы посылать своих купцов этим путем к границам Империи. Привозите нам еду, дерево, уголь и прочее в тот же Кратхольм, а мы будем это там забирать в обмен на лекарства, плащи и прочее, что хотите.

— Ты же сказала, что плащи — это дело личное и очень важное, — удивился Гленард. — Как же вы ими будете торговать?

— Это будут другие плащи, — Артана пожала плечами. — С ограниченными функциями. Хотите твердость и крепость — пожалуйста. Хотите непромокаемость — пожалуйста. Хотите что-то еще — можно придумать. Например, легкие и прочные доспехи, сделанные по тому же принципу. Но изменять свойства ткани по мысленному приказу, как наши плащи, они, конечно, не будут.

— Опять же, разумно, — кивнул Славий. — Договоримся. Кстати, а кому принадлежат земли, по которым мы сейчас идем?

— Формально никому, — Артана чуть помрачнела. — Мы на них не претендуем напрямую, но были бы не в восторге, если бы кто-то другой на них претендовал. Поэтому было бы разумно, на мой взгляд, закрепить нейтральный статус этих земель соглашением между нами, Империей и бьергмесами. Сохранив для всех сторон право недискриминационного и разумного использования этих земель. Нам очень хотелось бы сохранить их нетронутыми. Они так красивы…

— Предложение разумное, — Славий задумался. — Не могу сказать, что я против него возражаю, однако надо подумать, как его наилучшим образом оформить.

— Подумайте, Ваше Величество.

— Твое лекарство творит чудеса, Артана, — улыбнулся Славий. — Гленард, а что у нас сегодня на ужин?

— Сушеное мясо, — ответил барон, покопавшись в мешке. — Вкусно, полезно, питательно.

— Ну, допустим, — чуть поморщился Славий. — Что ж, давай его сюда.

— У тебя есть дети, Артана? — поинтересовался Гленард. Они сидели вдвоем у костра, допивая остатки вина из кувшина. Славий уже спал в палатке. Видимо, у лекарства был еще и легкий снотворный эффект.

— Да, двое, — Артана пошевелила палочкой угли костра. — Две девочки.

— Скучаешь по ним?

— Это не такой простой вопрос, каким он кажется, — Артана откинула упавшую на лицо прядь волос.

— Почему? — удивился Гленард.

— Еще один момент, который сложно понять человеку со стороны, Гленард. Мы не воспитываем своих детей сами. Дети остаются с матерями примерно два года, а потом мы отдаем их на воспитание учителям. Все дети живут и воспитываются вместе до того, как они станут взрослыми и пройдут все испытания. То есть до тринадцати-четырнадцати лет.

— А как же материнская любовь?

— Понимаешь, — Артана пыталась найти слова, — дело же не в любви. Мы любим наших детей и навещаем их довольно часто. Но дети, выращенные в семье, выносят оттуда любовь к родителям и к семье. А дети, взращенные обществом, любят общество, поскольку воспринимают его как свою семью. Это очень сложный и личный момент. Тем вархам и, особенно, варханкам, которые не выросли у нас, а пришли к нам, бывает сложнее всего это принять. Да, головой они понимают и согласны, но сердцем не могут смириться с тем, что они должны отдать своих детей чужим людям. Это каждый раз для них трагедия.

— А для тебя?

— Для меня нет, — Артана улыбнулась. — Я же сама так выросла и понимаю, что, зачем и как. И для меня нет другого пути. Я не понимаю, как вы воспитываете своих детей, точно так же, как вы не понимаете, как мы воспитываем наших. И я пока не знаю, как это преодолеть. Любовь к детям, всеобъемлющая и собственническая, это очень сильное чувство. Оно есть и у вас, и у нас, просто проявляется по-разному. Я часто навещаю своих дочек. Одна из них уже почти выросла. Скоро станет взрослой и, вероятно, станет Знающей, причем сильной. И поверь, я честно не могу понять, как вообще можно привязать детей к себе, ограничить их семьей, вместо того, чтобы воспитывать всех вместе. У тебя есть дети, Гленард?

— Да, — Гленард кивнул, — сын и дочь. Старший сын, назвали его в честь Славия. Мне сложно принять то, что ты говоришь, да, наверное, и не нужно. Мне достаточно понимать, и я понимаю, поверь.

— Спасибо тебе за это, — шепнула Артана.

— Ты замужем, Артана?

— Вот еще один сложный и глубоко различающийся в наших культурах момент, — усмехнулась девушка. — У нас нет института брака. С вашей точки зрения, у нас практикуются беспорядочные половые связи. Много партнеров, разных. Во время специальных ритуалов и просто при случае. Мы очень свободолюбивы, и не любим привязывать себя к одному человеку надолго. Некоторые живут вместе долгое время, но это не особо поощряется, так как это потенциальная причина для будущих конфликтов. Для нас общение вместе, будь это простая беседа или сплетение тел, — это просто разные способы хорошо и полезно провести время. И да, не забывай, что для нас всё, порой, совершенно по-другому.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы же вархи, Гленард! Мы чувствуем эмоции других, мы можем внушать эмоции. Мы, многие из нас, могут чувствовать и внушать образы. Представь, во что может превратиться твой секс, если ты сможешь касаться партнера не только кожей, языком и членом, но и можешь полностью чувствовать его ощущения и эмоции, можешь проецировать образы, можешь вызывать отклик непосредственно в нервах и в мозге. Представь, что бывает, когда взаимно меняешь разум во время оргазма. Я даже не знаю, как это объяснить, даже не знаю с чем сравнить. Это невозможно объяснить и невозможно почувствовать в полной мере, не будучи вархом. Мы можем лететь сквозь всю вселенную, оставаясь в одной постели. Можем, например, представить, что занимаемся любовью на берегу теплого моря и реально ощутить песок, воду, запах волн, прикосновение теплого ветра и солнечных лучей. Мы можем уйти в совершенно невероятные спирали и водовороты чувств и ощущений — я даже не знаю слов, чтобы это описать. Просто представь, что ваши игры в постели по сравнению с нашими — это как путешествие слепого и глухого человека через пустыню по сравнению с твоим восприятием веселого и роскошного бала. И это будет очень бледное сравнение. Мы можем заниматься любовью и испытывать оргазм даже не касаясь друг друга, просто сидя рядом с друг другом. Обладая такими умениями, было бы преступно привязывать к себе другого человека. Ведь это лишило бы его возможности новых невероятных впечатлений с другими. Мы все части Вселенной, Гленард, и мы сами — Вселенная. Соединяясь с другими, перекрещивая наши сферы, мы меняем Вселенную и приносим в нее больше радостных эмоций и доброй энергии. Наверное, только до конца поняв это, можно понять наше отношение к соитиям. Я не знаю, как это объяснить еще, Гленард, прости…

— Я попробую понять, Артана, — Гленард заложил руки за голову. — Я попробую. Хотя и не уверен, что смогу. У вас бывает много детей?

— Обычно да. Раньше наши женщины постоянно были или беременны, или восстанавливались после родов. Сейчас меньше, но обычно женщины рожают детей раз в два-три года. То есть, десять-пятнадцать детей за всю жизнь — это не такая уж и редкость. У меня так не получается. Видимо, виновата альвийская часть моей крови. Я выгляжу моложе, я, вероятно, буду жить дольше, но детей у меня будет меньше, а жаль. Хотя двоих детей я всё-таки смогла родить, а я еще очень молода, с учетом той же альвийской крови. Надеюсь, что хотя бы еще двух-трех детей я смогу привести в этот мир.

— Удачи тебе, Артана, — Гленард поднялся. — И в этом, и вообще во всем. Спасибо тебе за твои рассказы. Они очень интересны и очень ценны для меня.