— Спасибо тебе, Гленард, — Артана поднялась следом за ним. — За то, что слушаешь, пытаешься понять и что-то понимаешь. Пора спать, осталось еще немного.
— Завтра прибудем в страну вархов?
— Очень на это рассчитываю. Спокойной ночи, Гленард.
Солнце прошло полдень. Позади были и заснеженное ущелье, и снова ставшая узкой обледенелая тропинка, и долгий, осторожный спуск.
Выйдя из-за скалистого утеса, они оказались на ровной каменной площадке. Своего рода балконе, нависающим над обрывом, спускающимся глубоко в огромную зеленую долину. Как и рассказывала Артана, долину обрамляли высокие горы, обрывистые верхушки которых были покрыты ярко блестящим на солнце снегом.
Саму долину на треть занимал густой хвойный лес, на треть — зеленые луга, испещренные ручьями и серыми квадратами распаханных полей. Оставшуюся треть долины, дальнюю от них, покрывало ярко-голубое озеро.
— Зимой, когда холодно, — Артана указала на воду, — над озером стоит пар. Очень красиво, кстати, особенно на рассвете смотреть отсюда. Впрочем, зимой бы мы этим путем не прошли. Перевалы заваливает снегом. Что ж, друзья, добро пожаловать в наш дом!
— Потрясающе красиво! — воскликнул Гленард. — Просто невероятно.
— Ага, — согласился Славий, — но где же сами вархи?
— А вы их не видите? — улыбнулась Артана. Потом подняла правую руку вверх и громко крикнула «Крайдин!».
Большие камни, лежащие то тут, то там на голом пологом склоне, спускающемся в долину справа от них, вдруг зашевелились и, поднимаясь, превратились в несколько десятков улыбающихся вархов.
— Я забыла рассказать об еще одном свойстве наших плащей, — Артана хитро взглянула на остолбеневших спутников. — Это прекрасная маскировка. Варха, укрытого плащом, даже внимательный взгляд не сможет отличить от камня. Ну, пойдемте знакомиться!
Глава XXI
До берега озера Артана, Славий и Гленард добрались уже под вечер. Солнце еще не зашло, но уже прилегло на верхушки гор, осветив снежные шапки мягким розовым светом.
Когда они только начали спускаться в долину, Артана шепнула что-то одному из вархов, и тот стремительно убежал вперед.
— Нас не ждали, — пояснила Артана в ответ на вопросительный взгляд Гленарда. — Наше путешествие получилось спонтанным, и я не успела предупредить Моррель. Я попросила Вайтона сообщить ей о нас.
Спустившись с перевала, они прошли почти через всю долину. Гленард и Славий с интересом осматривались. Вокруг была как будто обычная деревенская жизнь: поля с всходящими посевами, небольшие пастбища, на которых паслись козы, овцы и свиньи. Пасеки, сопровождаемые грозным жужжанием пчел. Было, однако, и кое-что необычное. Гленард долго не мог понять, что именно, но потом всё-таки догадался. Не было слышно обычных для деревень детских криков и детского смеха. Да и самих деревень, по сути, не было. Маленькие домики, скорее даже, хижинки, были разбросаны далеко друг от друга, не стремясь кучковаться вместе. Кое-где и вовсе дом заменялся простым навесом: четыре столба и плетеная из веток крыша, покрытая соломой или сухой листвой.
И тем не менее, жизнь кипела. Обычная деревенская жизнь, к которой Гленард привык с детства. Тут пастух собирал коз, чтобы загнать их на ночь в слегка покосившийся хлев. Здесь девушки пропалывали посевы. Там с мелодичным пением возвращались из леса с полными туесами земляники две женщины неопределенного возраста. Ничего необычного, кроме небольших отличий. Гленард, было дело, пока они пробирались через горы, думал встретить деревню загадочных полусумасшедших отшельников, погруженных больше в общение со Вселенной, чем в повседневные заботы. Ан нет, оказалось, что жизнь вархов гораздо прозаичнее ожиданий Гленарда, по крайней мере, на первый взгляд. Гленард умом понимал, что так и должно быть, но в глубине души чувствовал легкое разочарование.
На берегу озера они увидели беседку. Пять столбов поддерживали плетеную крышу. И столбы, и верх беседки были густо увиты редким для севера плющом с крупными белыми цветами. В центре беседки стоял стол, сделанный из цельного среза огромного ствола дерева. На столе располагались несколько кувшинов и мисок. Вокруг аккуратно расставлены четыре стула, на одном из которых сидела девушка с длинными темными волосами, вставшая и улыбнувшаяся при виде путников.
— Здравствуй, Моррель, — Артана обняла темноволосую девушку. — Позволь тебе представить моих спутников: это Его Священное Императорское Величество Славий ан Андерриох, а это его милость барон Гленард ан Кратхольм. Друзья, позвольте вам представить Моррель, Знающую нашего народа и мою подругу.
Гленард с интересом пробежался глазами по Моррель. После слов Артаны о том, что Моррель больше общается со Вселенной, чем с людьми, он ожидал увидеть какое-то бледное, погруженное в себя, создание со странными глазами и грустным мудрым взглядом. Моррель оказалось почти полной противоположностью его ожиданиям. Очень невысокая молодая женщина, на вид чуть меньше тридцати лет, с загорелой кожей, длинными темными волосами и такими же темными бровями. В роду явно было немало бьергмесов, что выдавал и рост, и комплекция — фигура не полная, а, скорее, немного широкая по строению, но сложена гармонично. Неизменный серый плащ лежал на ее теле даже, можно сказать, элегантно. Хитрые добрые веселые темные глаза и такая же хитрая широкая улыбка чуть полных губ. Чем-то Моррель была похожа на Славия внешне. Вполне вероятно, что где-то в глубине поколений ее предков были и представители квитинской герцогской династии.
— Я ждала вас, — Моррель жестом пригласила их присаживаться, и вернулась за стол сама. — Даже до того, как Вайтон сообщил о вашем прибытии. Я почувствовала, что кто-то приближается. Кто-то важный. И для меня, и для всех нас. Добро пожаловать, Ваше Величество. Добро пожаловать, ваша милость. Угощайтесь. Вы наверняка проголодались в пути. Сейчас только весна, поэтому предложить вам я могу мало чего. Прошу простить. Но какие-то дары леса и полей всё-таки есть на нашем столе.
— Спасибо, госпожа Моррель, — Славий потянулся за кувшином и налил из него пива сначала Моррель и Артане, потом Гленарду и, наконец, себе.
— Просто Моррель, Ваше Величество. И лучше на «ты».
— Ну, тогда и меня можешь называть просто Величество… То есть, просто Славий, — пошутил Император.
— Как скажешь, Величество, то есть просто Славий, — рассмеялась Моррель.
— Интересное пиво, госпожа Моррель, — Гленард сделал еще один крупный глоток. — Что-то знакомое, я такое пробовал, но не помню, когда. Когда-то давно.
— Гленард, пожалуйста, просто Моррель. Насколько я понимаю, ты правишь одним из ближайших к нам баронств. Неужели у вас не варят пшеничное пиво?
— Пшеничное? — заглянул в кружку Гленард. — Вот в чем секрет! Нет, знаешь, у нас, в основном, варят из ячменя. Впрочем, я пробовал пшеничное пиво где-то на юге, но не помню где. Как-то оно у нас не очень прижилось. А зря, вкусное оно.
— У нас земли мало, — пояснила Моррель. — Поэтому выращивать отдельно ячмень только для пива мы не можем позволить. Из пшеницы делаем и хлеб, и пиво. Между прочим, научились у бьергмесов. Они тоже часто пшеничное пиво варят. Хотя в Империю его, кажется, не поставляют.