– Живучести? – Рахана трясло.
– Живучести, не выживаемости. Психику к таким раскладам не готовили. Вот здесь, – Док постучал себя по темени, – мы самые обычные люди.
– Обычные? – Похоже, в существующей действительности Ключника удерживали лишь обрывки фраз Лекаря.
На грани срыва, в одном шаге от безумия – это состояние стало бы признаком шизофрении для Дока, если б не было таким знакомым.
– Обычные, Ключник, – повторил он, успокаивающе положив руку на плечо собеседника, – самые обычные. Слабые и беззащитные, просто в наших жилах теперь черт-те что вместо крови.
Какое-то время они вновь молча смотрят на воду – поникший, обессиленный Рахан и спокойный, печальный Лекарь. Оцени танец языков очищающего пламени, пожирающего бывшие некогда лесными великанами головешки, или игру перекатов вездесущей воды, ласкающей прибрежный песок, вымытый из несокрушимой породы. Насладись зрелищем, затаив дыхание. Это успокаивает. И этому обучают, чтобы ты смог охладить возбужденный реактор в своем мозгу.
– Ты не прав, Док, – Ключник постепенно приходит в себя, – мы вообще не люди, мы монстры.
– Порой мне тоже так кажется, иногда я чувствую, что, одарив одним, нас лишили другого.
– И чего же?
– Души.
– У нас похитили все. Душу? Ты веришь в бога?
– Нет, ты ведь знаешь.
– Слышал, местные уже поклоняются драконам?
Рахан досадливо сплюнул, словно упомянул о чем-то мерзком, не имеющем права на бытие.
– Не суди их, – невозмутимость Лекаря нельзя было нарушить, – люди не знают, ЧТО они такое.
– А что знаем мы?
– Тебе нужен ответ?
– Можешь считать меня сумасшедшим. – Ключник поднял глаза на впервые улыбнувшегося Лекаря и скупо ухмыльнулся сам. – Ничего смешного, но я знал человека, способного пролить свет на все вопросы.
– И где он?
– Пропал.
– Как думаешь жить дальше?
– Верну долги, там посмотрим.
– Приходи к нам.
– Вы знаете, чего хотите?
– Мира, развития. Люди хотят поднять голову, люди желают стать такими, как прежде.
– Люди сами все просрали, и мир этот уже не спасти, не тешь себя надеждой. Теперь люди – паразиты, вид скоро передохнет и без посторонней помощи.
– Полк хотя бы пробует все исправить.
– А почему не сам?
– Не замечал? Мы с тобой не можем отдавать приказы, я думаю, у нас где-то на задворках сознания прописана роль исполнителя, советчика, но никак не лидера.
– Гипноз, мать его.