— Позволит ли мне Ваше Величество вставить одно слово? — демонстративно осторожно спросил Донрен.
— Давай уж, Донрен, критикуй, — махнул рукой Славий, улыбнувшись.
— Предложения барона Кратхольма выглядят разумными. Не считая затрат на хранение излишков металла и расходов на масло. Равно как и не принимая во внимание усиление военной мощи ближайших соседей Империи при продаже им бьергмесского металла. Однако меня более смущает наше обязательство поставлять бьергмесам определенную квоту продовольствия. Может ли так случиться, что в случае нескольких лет неурожая подряд мы будем вынуждены заставлять наш народ голодать, отрывая у них последнюю еду? А бьергмесы тем самым устранят свои риски, и будут счастливы и сыты, независимо от погоды и урожаев.
— А вот этот случай как раз можно предусмотреть в договоре, — пожал плечами Брайн. — Пропишем это как некую силу Богов, Magd av Gudern, временно отменяющую или ограничивающую действие соглашения. Ну, и договоримся, что взаимные гарантии и квоты будут пересматриваться время от времени. Допустим, каждые пять лет или десять. Плюс потребуем еще раз свободного доступа наших купцов на рынки бьергмесов. В общем, будет, о чем поторговаться.
— Добро, — кивнул Славий. — Так и поступим. Пару часов отдыха, потом предложим эти условия. Было бы хорошо закончить сегодня эти переговоры. Хотя бы в общих чертах. И перед началом, Гленард, объясни, пожалуйста, мастеру Анжену выгоды этого соглашения для кузнецов и оружейников Империи, чтобы он случайными репликами не развалил нам всё дело. Донрен, про случайные реплики, это тебя тоже касается. Держи себя, пожалуйста, в руках. При всём моём уважении и любви к тебе.
Перерыв, однако, затянулся. Славий не очень торопился вернуться за стол переговоров, так как Брайн убеждал его, что неформальное общение, порой, приносит больше пользы. Брайн, Джеррих и Адельхарт вели долгое обсуждение возможных условий соглашения в одной из комнат наверху. Славий, Тарстен и Донрен обсуждали происходящее в общинах бьергмесов в Империи, стараясь избегать особенно острых тем. Гленард задумчиво смотрел на огонь. Конрад, Анжен и Берхард за столом мрачно обсуждали убийство госпожи Эрмелинды и предстоящие похороны.
Наконец, когда уже совсем стемнело, и Гленард, с помощью Конрада, зажег и расставил на столе свечи, все снова собрались, чтобы продолжить переговоры.
— Ну, что ж, Славий, — улыбнулся Тарстен, — похоже, мы близки к соглашению.
— Похоже на то, Тарстен, — улыбнулся в ответ Славий. — Адельхарт, прошу тебя, как посредника в этих переговорах, огласить то, о чем вы предварительно договорились с посланником Джеррихом и с посланником Брайном.
— Хорошо, Ваше Величество, — Адельхарт поклонился. — Итак, благородный эдль Джеррих и благородный герцог Брайн, руководствуясь принципами разума, взаимности и добрососедства, действуя из наилучших побуждений в интересах обоих представляемых ими государств, договорились о следующем, что они выносят на суд и решение своих властителей. Вопрос о взаимных торговых гарантиях обеих государств решен…
Ба-бах!!!
Дверь распахнулась с оглушительным грохотом. Вместе с порывом ветра, затушившим половину свечей, в гридницу ворвались вооруженные мечами люди в черных кожаных куртках и черных капюшонах, закрывающих лица.
Все вскочили и бросились к стенам комнаты, где было сложено оружие. Мастер Конрад оказался на пути первого из нападавших, и тот одним движением раскроил ему шею и грудь. Конрад упал, заливая деревянный пол кровью. Посланник Джеррих, схватив топор, запрыгнул на стол, а с него яростно ринулся на нападавших. Первый из них встретил удар топора лезвием меча, парировал его, но не удержался на ногах и упал на пол. Джеррих снова замахнулся, высоко подняв топор, чтобы добить его, но второй нападавший молниеносно присев, хлестнул мечом по животу бьергмеса. Джеррих согнулся, выронив топор, а нападавший еще одним быстрым движением рубанул по голове отважного эдля, разнеся ему череп и разбрызгивая вокруг алую кровь и белые кусочки мозга. Джеррих рухнул навзничь и тут же затих.
Успевший подняться первый убийца кинулся на мастера Анжена, но тот схватил тяжелый стул и закрылся им, как щитом. Меч нападавшего не мог совладать с толстыми дубовыми ножками стула. Ту же защитную тактику применил и мастер Берхард против второго бандита, правда, с меньшей сноровкой — меч слегка задел плечо Берхарда. По счастью, не серьезно. Оба мастера постепенно отступали назад, к очагу.
На нападавших разъяренно налетел кричащий Гленард. Меч столкнулся с мечом, зазвенела сталь, брызнули искры. Убийца был хорош, очень хорош, но Гленард был быстрее и опытнее, ничуть не растеряв свои боевые навыки за последние годы. Гленард обрушивал на противника удар за ударом, стараясь не придерживаться определенного ритма. Сверху, снизу, сбоку, сверху, снова сверху, обманом сбоку, а затем сверху. Убийца не выдерживал темпа и, хотя пока успевал парировать, двигался уже медленнее, отступая спиной к двери.
Рядом с ним второй преступник оборонялся от наседающих на него с топорами Тарстена и Адельхарта. Славий также рвался в бой, однако его не пускал Донрен. С мечом в вытянутой вперед руке герцог Верверриг защищал Императора, не выпуская того из-за своей спины.
В проеме двери появились еще двое бандитов. Увидев, что происходит, они кинулись в комнату на помощь своим товарищам, но сделали только хуже для них. На маленьком пятачке у двери стало слишком тесно. Противник Гленарда локтем натолкнулся на своего подельника и замешкался. Гленард тут же воспользовался этим, сильным ударом сбоку заставив противника раскрыться, потом молниеносно ткнул бандита в солнечное сплетение острием меча и тут же, выдернув меч, рубанул сверху вниз по ключице и шее. Противник рухнул вниз, задыхаясь и дергаясь в предсмертных конвульсиях, а Гленард мгновенно переключился на нового противника, попытавшись рубануть того по груди. Однако противник отшатнулся, прикрывшись левой рукой, и меч Гленарда лишь глубоко разрезал куртку и плечо убийцы в черном. Тот рванулся назад и кинулся прочь из зала. Его товарищ немедленно последовал за ним.
Тем временем, последний оставшийся нападающий пропустил удар Адельхарта топором по колену. Его нога подломилась, он упал, взвыв и безуспешно пытаясь закрыться мечом. Тарстен одним ударом топора разнес ему череп.
Стало тихо.
Гленард, очнувшись от накатившего оцепенения, кинулся в дверь в погоню за нападавшими. Как только он выбежал из дома, справа от него о косяк двери что-то громко ударило. Гленард инстинктивно отшатнулся в другую сторону и присел. Еще один арбалетный болт с таким же стуком вонзился в бревно у него над головой. Молясь Богам о том, чтобы у бандитов больше не осталось заряженных арбалетов, Гленард кинулся вперед, туда, где он заметил какое-то движение в кустах.
Проломившись через кусты, Гленард увидел брошенный арбалет. Прислушавшись к удаляющемуся шуму, Гленард ринулся вперед, полный решимости догнать и жестоко покарать напавших на его дом.
Гленард бежал через лес с обнаженным мечом в руке. Проламываясь через кусты, перепрыгивая через поваленные деревья, спотыкаясь о корни, он бежал и бежал вперед. Он не слышал противников, но знал, что они где-то впереди него, испуганные и удирающие. Он должен был их догнать. Это был его лес. Он был охотником, хозяином и главным зверем этого леса. А они должны были стать его добычей.
Гленард, рыча, перепрыгнул через очередное поваленное дерево, перелетел через невысокий куст, выбежал на небольшую полянку и внезапно врезался грудью в теплое и мягкое человеческое тело, отлетевшее от него и упавшее на землю, охнув. Взревев, Гленард, поднял меч, чтобы прикончить противника.
— Стой! Стой! Стой! — лежащий на земле человек вытянул вперед руку. — Я посланник! У меня неприкосновенность! Я ничего тебе не сделал!
Гленард в недоумении замер, не опуская меч. Краем глаза заметил вторую фигуру. Тот человек отступал от него назад, далеко выставив перед собой руку с мечом, но, скорее, в оборонительной позиции, чем в наступательной.
— Меч на землю! Быстро! — скомандовал Гленард.
Человек тут же выронил меч и развел руки в стороны, показывая, что он безоружен.
— Ты! — выкрикнул Гленард, нависая над лежащим перед ним человеком. — Меч из ножен и брось его в сторону.
— Вы не имеете права! — возразил лежащий в ответ.
— Быстро! — заорал Гленард. Противник поспешил подчиниться.