После этого священник попросил у Бога послать огонь, очищающий сейчас и согревающий в течение всей зимы, а у Богини попросил смирить пылкий темперамент ее вечного спутника, чтобы буйный нрав Бога не сжег бы домов, лесов и посевов.
Барабаны начали бить вновь. Священник взял со стола, как понял Гленард, кремень для разжигания огня. Он видел, как Весница проводила подобный ритуал во Флернохе, хотя в деталях действия различались. Барабаны забили быстрее. Священник несколько раз ударил кремнем о металлическое кресало и высек сноп искр. Упав на подготовленный трут, искры мгновенно породили пламя, которое священник осторожно раздул и запалил от этого пламени светильник, стоявший на алтаре.
Когда светильник разгорелся, священник высоко поднял его над головой и громко поблагодарил Бога и Богиню. Огонь отбрасывал бронзовые блики на его стройное обнаженное тело.
Затем священник поставил светильник на алтарь и зажег от него несколько лучинок. Держа их в руках, он пошел вдоль круга, зажигая, одну за другой, свечи, стоявшие между камнями, ограничивающими круг. Закончив со свечами, он вернулся к алтарю и зажег от первого светильника еще несколько похожих на алтаре. Яркий свет огней осветил и священника, и круг, и всю поляну.
Священник вновь призвал Богов присоединиться к празднику и принес символические жертвы Богам, запалив от светильника небольшую связку разных сухих злаков и вылив в огонь немного крепкого, ярко вспыхнувшего, виски.
Потом священник поблагодарил богов, стихии и духов предков за их присутствие и участие в празднике, а затем завершил ритуал, пройдя вдоль края круга и заклинаниями возвращая землю круга в пределы обычного мира.
Закончив это, он вернулся к алтарю и надел на себя свою белую мантию. Барабаны перестали бить, а трое слуг с погашенными факелами в руках подошли к священнику. Священник зажег эти факелы от пламени ритуального светильника и слуги стали один за другим зажигать все остальные факелы, передавая их друг другу. Этому пламени предстояло освещать весь сегодняшний праздник и в саду, и в доме.
Священник несколькими поклонами поприветствовал и поблагодарил всех гостей и занял место рядом с Мисси, которая в благодарность преподнесла ему в подарок цепочку, скованную из больших золотых и серебряных звеньев.
Слуги быстро, но аккуратно убрали с поляны алтарь и камни, ограничивающие круг. Свечи были аккуратно отнесены в дом, где их, вероятно, предстояло оставить в домашней часовне, пока они не догорят.
Гленард немного расслабился. Он опасался нападения Ардэна в темноте во время ритуала. Самый подходящий момент, по мнению Гленарда. Но, видимо, либо Ардэна здесь не было, либо он выжидал более удобного момента. В любом случае, совсем расслабляться было рано.
Начиналась вторая часть праздника. Представление.
Факелы на поляне образовали широкий круг. От дома к поляне подошла новая торжественная процессия. Забили барабаны, заиграли виолы, лютни и флейты. Процессия подошла к поляне и начала парами входить в круг, символизируя различные воплощения Двух Богов.
Мальчик и девочка — Бог-сын и Богиня-дочь. Юноша и девушка — расцветающие Боги весны. Мужчина в кольчуге и женщина в белом одеянии — Бог-воин и Богиня-заступница. Мужчина и женщина с привязанными друг к другу руками — Боги, связываемые браком. Мужчина и беременная женщина в крестьянских одеждах — Боги плодородия земли. Пожилой мужчина и пожилая женщина — Боги мудрости и опыта.
Выйдя на середину поляны, они образовали широкий круг, взявшись за руки. Пара со связанными руками осталась в центре. Остальные стали двигаться по кругу вокруг них — два шага налево, один шаг направо, разворот на месте, отпустив руки. Снова взялись за руки, снова повторили движения.
Через несколько таких повторений, они отпустили руки и стали меняться местами друг с другом, образуя новые пары и новые сочетания. Символизируя единство Богов в разных проявлениях, они двигались то все вместе, то менялись партнерами, образуя, в целом, очень стройную и красивую картину.
Потом настало время символически показать путь преображения Бога, которому, в первую очередь, был посвящен Самхайн, в течение года. Мужчины собрались в центре круга, женщины вокруг них. Сначала из круга вышел мальчик и пошел, танцуя, вокруг остальных, символизируя рождение Бога во время зимнего солнцестояния.
Следующим появился юноша, символизируя весеннее пробуждение природы. Потом мужчина в кольчуге — символ зрелости и летнего солнцестояния. За ним мужчина в крестьянской одежде — плодородный конец лета и начало осени. И, наконец, пожилой мужчина, танцем изобразивший засыпание и умирание — символ смерти Бога в Самхайн для того чтобы снова возродиться в ночь зимнего солнцестояния и начать новый поворот колеса нового года.
Танцоры снова скрылись за стоящими кругом женщинами, а затем под аплодисменты и одобрительные выкрики зрителей, вновь выстроились в пары и под музыку покинули поляну.
Музыка замолкла, но снова забили барабаны. На поляну, грациозно и неспешно ступая, вышла высокая рыжая девушка, закутанная в длинный красный плащ. Правой рукой она поддерживала плащ у шеи, а в опущенной левой руке она несла бубен. Пройдя чуть дальше середины поляны, она остановилась и повернулась.
Барабаны продолжали бить. Через минуту четверо слуг, крепко держа веревки, вывели на поляну молодого черного бычка. Гленарду сразу вспомнилась скотобойня Вессера, однако этот бык был явно в более ухоженном состоянии, чем скот у Вессера. На лоснящихся черных боках быка играли отсветы света. Бык был молодым, однако рогами обладал весьма значительными. Видимо, такая порода. Бык зло дернулся в сторону. Гости попятились, но слуги держали животное крепко.
Гленард понял, что бык символизировал очередное воплощение Бога, а девушка воплощала Богиню.
К барабанам присоединились лютни. Девушка повела правой рукой, и сорвала с себя плащ, оставшись совершенно обнаженной. Ее рыжие волосы струились по ее плечам темным золотом. Белая кожа ее стройного тела, слегка тронутая веснушками, казалась золотой в свете факелов. Ярко-рыжие волосы на лобке на фоне белизны тела горели, как огонь. Взгляд ее был спокоен и устремлен на быка. На губах играла легкая улыбка.
Девушка подняла бубен в левой руке вверх. Правую руку, всё еще держащую плащ, отвела в сторону. Музыка полностью умолкла. Зрители затаили дыхание, пораженные красотой момента. Внезапно слуги отпустили быка и отскочили в стороны. Бык смотрел на девушку. Девушка смотрела на быка.
Девушка сделала несколько шагов к быку, взмахнула плащом и встряхнула бубен, издав громкий звенящий звук. Бык всхрапнул и, опустив голову, бросился на девушку. Она спокойно стояла на месте. Только в последний момент, когда рога уже почти коснулись ее нежного тела, она одним коротким движением шагнула в сторону, и бык пронесся мимо. Зрители ахнули.
Девушка тут же зазвенела бубном, привлекая внимание быка, чтобы ему не пришло в голову броситься на гостей. Бык развернулся к ней и смотрел на девушку. Она сделала несколько резких движений плащом и снова встряхнула бубен. Бык снова кинулся на нее, и она снова в последний момент, одним шагом, избежала страшного удара рогов.
Всё повторялось вновь и вновь. Девушка дразнила быка, бык кидался на девушку, но не мог достать ее рогами, так как она в последний момент избегала опасности. Несмотря на прохладу вечера, на коже рыжей красавицы выступил пот, и она засверкала в свете факелов как настоящая воплощенная Богиня. При каждом ее движении, ее волосы взлетали рыжим пламенем и вновь опадали на спину и грудь. Ее дыхание стало глубже и тяжелее, а ее легкая улыбка сменилась выражением восторга и страсти.
Бык снова напал. Девушка, увернувшись от удара, внезапно выпустила из рук и плащ, и бубен. Они не успели еще упасть на землю, когда она, оттолкнувшись, одним движением взлетела на спину быка и уселась на него верхом. Зрители праздника громко ахнули, кто-то вскрикнул. Бык не сразу понял, что произошло. Лишь через несколько секунд он, пытаясь избавиться от нежелательной ноши, несколько раз взбрыкнул, но девушка уже соскользнула с него.
Схватив бубен, она снова зазвенела им. Бык снова кинулся на нее, она снова увернулась, снова выпустила бубен и оказалась на спине животного, соскользнув с нее через несколько мгновений. Так повторялось снова и снова. Девушка явно получала удовольствие от этой игры. Удовольствие глубоко эротическое, возбуждающее ее до дрожи тела. Зрители смотрели, затаив дыхание.
Наконец, девушка, соскочив с быка в очередной раз, не стала поднимать бубен, а замерла метрах в трех от быка. Бык застыл перед нею. Не шевелясь, они смотрели друг на друга, тяжело дыша. Оба участника этой схватки явно устали.
Девушка медленно и грациозно развела руки в стороны, слегка выгнув спину и высоко подняв груди. Бесшумно появившийся из темноты слуга вложил ей в правую руку длинный тонкий меч, а в левую большой нож. Девушка, бык, зрители — все замерли.