— Он умер, — холодно ответил Гленард. — А ты, я смотрю, и правда давно не был на нашей общей родине.
— Делать мне там нечего.
— И мне тоже, — кивнул Гленард. — У нас обоих нет пути назад. Но мы можем помочь друг другу идти вперед.
— Идти вперед? Вот, посмотри на них, — Вессер указал рукой на бычков в загоне, подойдя к краю навеса. — У каждого из них была своя судьба. Своя жизнь. Кто-то провел ее в тесном загоне. Кто-то в просторном, но грязном. Кому-то повезло, и хозяин их любил, они паслись на красивых зеленых лугах, на холмах. Ели клевер и жирную травку. Чистенькие, окруженные заботой и любовью хозяйских деток. Но знаешь что, Гленард? Неважно, насколько заботлив и добр был фермер, выращивая этих бычков. В конце концов они всё равно попадают сюда, в этот тесный загон. Толкутся плечами, орут, срутся от страха, думают, как сбежать. Но они не сбегут. Это их конец. Они этого еще не знают, но конец неизбежен. Так же и мы, кто-то богаче, кто-то беднее, кто-то в грязи, кто-то в бархате, но конец всё равно неизбежен. И встретим мы его так же, как и эти несчастные. В страхе и в дерьме. И в одиночестве. И ты веришь, что нам есть куда идти вперед?
— Что ты мне развел философию, Вессер? — зло выдохнул Гленард, хватая Вессера за плечо и рывком разворачивая лицом к себе. — Что ты мне рассказываешь про коровок? Ты считаешь себя молотом их судьбы? А хочешь, я тебе расскажу про таких же, в загоне, только не про коровок, а про людей? Хочешь, я расскажу тебе про молодых ребят, почти детей, которых оторвали от дома, от матерей, и напихали в почти такие же загоны? Как их погнали на войну, где сосед убивал соседа, а брат убивал брата? Хочешь, я расскажу тебе, Вессер, как они ссались и срались от страха в своем первом бою? И как умирали, один за другим, в грязи, в крови и в говне? Хочешь, я расскажу тебе, как пахли их тела после недели, которую они лежали на поле боя непогребенными, потому что некому было их сжечь? О, та вонь в которой ты живешь, и которую уже, наверняка не чувствуешь, просто аромат благовоний по сравнению с тем, как пахли те мальчики и их несбывшиеся жизни! Хочешь, Вессер?! Хочешь поучить меня жизни? Спасибо, жизнь меня и так многому научила. Хочешь помочь, помоги, а я помогу тебе. И таки да, пойдем вперед, доколе мы оба еще живы и не получили молотом по башке. Ну, а не хочешь помогать, иди ты к демонам!
Несколько минут они оба молчали, пристально смотря друг другу в глаза. Работники Вессера настороженно следили за ними, собравшись поодаль, и держа в руках мясницкие ножи.
— Ты прав, Гленард, — наконец, сказал Вессер, улыбнувшись. — Ты многое видел, и я не вправе тебя учить жизни. Прости. И пожалуй, ядом ты всё-таки плюешься и весьма метко. Ты мне нравишься, Гленард. Пожалуй, ты прав. Ардэн действительно больше мешает мне. Он, конечно, мне сын, но он так давно от меня отказался, что и я о нем почти позабыл…
— Ты поможешь мне его найти?
— Нет, Гленард.
— Нет?
— Я бы помог тебе, тайный стражник из Волчьей Погибели, его найти. Но, увы, ни я, ни мои многочисленные подручные не знают, где он сейчас. После того, как его пытались поймать… Не ты, кстати, пытался?
— Я, — согласился Гленард.
— Что ж, сочувствую. Ну, так вот, с тех пор он как испарился. Никто из моих ничего о нем не знает, иначе доложили бы. Прости.
— Получается, ты мне не поможешь.
— Помогу. Но не в поисках Ардэна.
— Тогда в чем, Вессер?
— Ну, во-первых, если он обратится-таки ко мне за помощью, то я не помогу ему, а, наоборот, немедленно сообщу тебе. Даю слово. Только скажи, как тебя найти.
— Спасибо. Можешь прислать кого-нибудь к воротам поместья Верверриг и спросить меня.
— Ого! — в очередной раз удивился Вессер. — А ты, оказывается, не какой-то простой тайный стражник. Глядишь, и черный балахон у тебя найдется…
— Если только очень хорошо поискать, — улыбнулся Гленард.
— Кроме того, — продолжил Вессер, — ты говорил о том, что Ардэн несет хаос. И ты прав, хаос не выгоден никому. Ни моим делам, ни твоим. Поэтому я тебе обещаю, что если всё пойдёт совсем вразнос и в Рогтайхе всё-таки случится что-то совсем уж похожее на хаос, то я вместе с моими товарищами, которых, как ты наверняка знаешь, немало, приду тебе на помощь.
— Спасибо, Вессер. Я надеюсь, что до этого никогда не дойдет, но всё равно спасибо.
— Спасибо и тебе, Гленард, за приятную беседу. Приятно всё-таки пообщаться с земляком, да ещё и с умным. Жаль, что твой отец умер. Я знал его немного. Он был хорошим человеком.
— Спасибо, Вессер, — кивнул Гленард, повернулся и пошел мимо загонов к калитке.
— Гленард! — окликнул его Вессер, Гленард остановился и обернулся.
— Прощальный подарок, Гленард! — усмехнулся Вессер. — Знаешь императорского Казначея?
— Барона Мирана ан Гарредхил? Лично не знаю, а что?
— Его пытались убить. И я знаю, кто.
— Кто? — заинтересовался Гленард.
— Я! — расхохотался Вессер.