— Заткнись, собака! Отвечай только на мои вопросы. Иначе наш разговор закончится быстрее. У меня рука немеет от желания пустить тебе кровь. Ты все понял, тварь?
— Мммм…ээээ…
— Считаю этот звук подтверждением. Расскажи мне, будь любезен, — от тихого голоса Риордана вполне могли завянуть растения за окном. — Как вам вообще пришла в голову эта идея? И не скупись на воспоминания. Сам понимаешь, твой рассказ продляет твое присутствие в этом мире.
Валлей открыл рот, вдохнул слишком много воздуха и захлебнулся в кашле. Через какое-то время он смог говорить:
— Это все герцог Эльвар. Он тебя ненавидел…
— Я знаю. Но тебе был задан другой вопрос.
В следующей попытке заговорить речь визира получилась более связной.
– Эльвар часто проговаривал, что таких как ты надо истреблять еще до рождения. Его оскорблял сам факт, что человек, который его унизил может после этого жить спокойно. У него будут дети, твердил он, которым расскажут, как можно безнаказанно издеваться над принцами крови. Убить тебя мы не могли. Ты сам знаешь почему…
— Конечно.
— Твои покровители своим положением закрыли тебя от кинжала наемного убийцы. Унбог, Кармарлок, но в первую очередь Накнийр. Поэтому мы вредили тебе, как могли. Сначала в голову Эльвара пришла идея использовать медленный яд. Тот, который накапливается в тканях. Но доктор Пайрам легко сможет установить причину твоего недомогания. И ваша партия нанесет нам страшный ответный удар. Поэтому решили ограничиться средством, которое временно делает тебя бесплодным.
— Кто разработал эту пакость? Имя!
— Она уже была разработана. Просто в Овергоре мужчины брезгуют употреблять такое, а в Меркии нет.
— Как договорились с Фошем? Почему он согласился?
Валлей закатил глаза.
— О, это было самое простое. Фош втайне был глубоко обижен на тебя. Он разорился по твоей вине, — визир увидел, как глаза Риордана блеснули яростью и поспешил добавить. — Это Фош так считал. Не я. Кроме того, он был очень жадным.
— Верно. Что есть, то есть. Точнее было. Продолжай.
— Ему предложили много денег. Но он все равно колебался. Боялся, что его обманывают и подсунут тебе настоящую отраву. В первый раз мне пришлось распечатать флакон и при нем отпить половину. Только тогда он успокоился. Но до конца нам все рано не верил. Начал интересоваться фармацевтикой, чтобы самому проверять микстуру, которую мы давали ему. Он по-своему любил тебя, Риордан. Но человек слаб. Его пороки можно использовать.
Риордан медленно кивал в такт словам Валлея. Пока все сходилось с посмертной исповедью его слуги. Похоже, визир был слишком напуган, чтобы врать.
— Ладно. Достаточно об этом. Почему вы продолжили опаивать меня этой дрянью, когда погиб Эльвар? Вы же все могли прекратить?
Валлей сокрушенно покачал головой.
— Верно. Я так и хотел. Мы служили разным господам, Риордан. Вот и все. Лично я ненавидел тебя по необходимости.
— Кончай разглагольствовать. Отвечай на вопрос.
— Фош настоял.
— Бесчестный лгун! Валлей, наша беседа явно зашла в тупик.
Рука Риордана легла на эфес шпаги.
— Клянусь, я могу все объяснить! Пожалуйста дай мне возможность!
— Говори. Только без дерьма.
— Ты когда-нибудь видел впецившихся друг в друга жуков-оленей? Они держат друг друга намертво. Бывает так, что дохнут оба, но не расцепляют хватки. Вот так и мы с Фошем. Твой слуга был отнюдь не дураком. Он все просчитал. И понял, что я вполне способен прийти к тебе с повинной. Объяснить, что не мог иначе. Герцог Эльвар прикончил бы меня без сожалений, попробуй я его предать. Герцог заказчик, Фош исполнитель. Я всего лишь посредник. Ты бы понял и пощадил бы меня в тот момент. Хотя бы за честность. Я уверен. А Фоша прикончил бы без сожалений.
— Скорее всего ты прав.
— Вот. Фош прислал мне письмо, в котором грозил, что расскажет все тебе, если мы не станем продолжать. Дескать, ему все равно придется принять смерть от твоей руки, но в этом случае он захватит с собой и меня тоже. Риордан! У меня сохранилось его письмо. Оно дома, в сейфе. Сам понимаешь, я не храню такие бумаги во дворце. Хочешь, я отправлю за ним гонца, и ты убедишься в моей правоте своими глазами?