Читать книгу «"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19» онлайн.

— Мне придется отправить в Меркию пару ребят, способных хорошо убеждать, — пояснил Сирсонур. — Они встретятся с наемником и после вдумчивой беседы принудят того дать показания, что его заказчиком являлся сам Фош. Таким образом старик хотел избавить себя от мучений, а своего господина — от лишних хлопот. Тебе, Риордан, тоже не удастся отмолчаться. На днях я подошлю человечка с гербовой бумагой. Надиктуешь ему показания, что в последние месяцы старик неоднократно помышлял о смерти и даже просил тебя прикончить его лично. Помнишь, ты рассказывал мне об этом? Так что тебе даже врать не придется.

— Сделаю, — кивнул Риордан.

— Мдя. Это совсем не твоем стиле, сынок, — Кармарлок тоже поднялся со стула. — Будем надеяться, что ты не ошибся.

— Он разыграл партию мастерски, — парировал Сирсонур, сам не веря в то, что говорит. — Отставка. Значит Валлей лишен власти. Опала. Значит этот мерзавец лишен связей. Признание. Значит, у него полностью связаны руки. Красиво, ничего не скажешь.

— Вот я и говорю. Это совсем не в его стиле, — упрямо повторил Кармарлок, направляясь к двери.

Но отставной поединщик все же задержался, чтобы перекинуться парой слов с Риорданом наедине.

— Если хочешь, я могу достать его в Гроендаге, — предложил Кармарлок. — Сделаем все чисто.

Риордан знал, что у нынешнего констебля Глейпина сохранились обширные связи в криминальном мире столице. Когда-то он был в нем очень заметной фигурой. Так что Кармарлок сейчас определенно не бросал пустых обещаний.

— Не надо, — Риордан отрицательно качнул головой. — Пусть живет.

— Не волнуйся. Мы организуем все так, что никто и не догадается. Лошадь упала с обрыва. Придавило сухим деревом. У меня найдутся люди с большой выдумкой.

— Спасибо. Но я уже все решил, — Риордан потрепал друга по плечу в знак благодарности.

Кармарлок стоял и смотрел на него исподлобья.

— Знаешь-ка, что сынок? Заканчивай-ка ты с поединками. Уходи с Парапета. Жаль, что не сможешь сделать это немедленно. Но после Крайоны — точно!

— Я тоже так считаю, — согласился Риордан.

Проводив друзей, он, проследовал в Академию. Впереди день очередной тренировочный день, полный обычных забот.

Теперь он мог отдаться своей подготовке без лишних посторонних мыслей, чему и посвятил следующие несколько дней.

Убийство Фоша было раскрыто, потаенный враг найден и теперь расплачивался за собственные злодеяния. До Риордана дошли вести, что визир уже подал в отставку. Король Унбог пришел в ярость, но граф Валлей оказался настойчив. Он подкрепил свое прошение вердиктом одного из столичных врачей, наверняка подложным, что его здоровье критически пошатнулось. Ему требуется покой, а иначе может последовать внезапный апоплексический удар, который грозил в лучшем случае параличом, в худшем смертью. Его величество распорядился немедленно созвать врачебный консилиум, чтобы удостовериться в правильности врачебного диагноза. Но Валлей отказался все по той же причине. Любые лишние волнения могут убить его в один момент. В результате король вынужден был принять отставку визира. Ну, не сажать же его под стражу? Что делать с чиновником, если тот ни в какую не желает выполнять свои обязанности и лишь, заламывая руки, твердит о своем плачевном состоянии?

Вся столица забурлила в предвкушении перемен и скандалов, ими вызванных. Люди гадали, кому достанется портфель первого министра. У Риордана были по этому поводу собственные предположения, но решил до поры держать их при себе. А на письмо Сирсонура, в котором тот предлагал надавить на Валлея, чтобы поставить визиром нужного человека, ответил категорическим отказом. Риордан написал другу, что не желает совать свой нос в политику. Пусть решают король Унбог и сам Валлей. В конце концов констебль Кармарлок имеет на короля влияние и может поспособствовать назначению правильной кандидатуры. Поэтому он предлагал друзьям объединить усилия, а его пока оставить в покое. Он и так слишком отвлекался последний месяц вместо того, чтобы заниматься обязанностями Мастера войны и самому готовиться к битве.

А этих обязанностей было великое множество. В один из дней Риордан собрал десять работников Академии, кандидатуры которых выдвинул Скиндар для особого задания. Это были обычные люди, но, по мнению, капрала, каждый из них был способен на большее, чем привычная работа. Для поручения Риордана им требовалась отличная память, острый ум, а также умение быстро и понятно излагать свои мысли.

— Забудьте на время о своих должностях. Вас на них подменят другие, — обратился Риордан к кандидатам. — Теперь вы духи защиты. Из магистрата тайной полиции приедет человек. Он много лет был нашим резидентом в Крайоне. Он расскажет вам о коронных приемах бойцов первой десятки Братства. Каждый из вас будет отвечать за одного конкретного поединщика. И вы должны вызубрить всю информацию лучше, чем молитву. Вплоть до его прически. Правша он или левша, с какой ноги делает первый шаг и все, о чем вам будет сообщено. Ваше время придет, когда мы с Мастером Бишопом подпишем Протокол первой десятки. В вашем распоряжении будет всего час. Он закончится в момент, когда над Парапетом взревут трубы герольдов. В тот час мы уже будем знать, кто против кого выйдет. И его до последней минуты вы проведете с нашим бойцом. Вы расскажете ему все о противнике, с которым тому предстоит вскоре скрестить оружие. О его стойке, тактике и любимых комбинациях. Вы станете глазами нашего парня в будущее. И от вас зависит, насколько широко будут открыты эти глаза. Или наш поединщик выйдет вместо этого с черной повязкой на лице. Всем понятна важность задачи?

Вечерами Риордан вносил последние штрихи в уже готовый проект Большой реформы. Он ждал назначения нового визира, чтобы отправить ему свою работу на утверждение и заранее сочувствовал будущему первому министру, поскольку на того свалится нечто глобальное по сути затеи и ее последствиям.

О Ноа он по-прежнему старался не думать, но это удавалось не всегда. Ее образ не потускнел перед его глазами, но немного отдалился. Мысли о ней приходили теперь без боли. Осталась грусть. И немного обиды. Почему она исчезла из его жизни так внезапно, без последнего «прощай» или «прости»? Неужели не хватило сил хотя бы для одного письма?

Риордан признавался себе в том, что недооценил Ноа. Их полная любви ночь, когда до признания оставался лишь шаг. Планы на будущее и ее молчаливое одобрение в глазах. И вдруг, всего лишь спустя неделю — объятья и поцелуи с Жаневеном, слезы прощания и сердечные порывы. Как могла произойти такая перемена? Или с ее стороны роман с ним, Риорданом, был всего лишь игрой? Хладнокровной ставкой, которая в результате не сыграла, потому что игрок оказался не столь хладнокровен, как того требовала ситуация?

Он размышлял об этом и тут же сам начинал себе возражать.

«Ты написал ей письмо о разрыве», — напоминал он себе. — «Это было твое решение, которое ей пришлось принять. И да, ты оказался прав — юношеская любовь никуда не делась. Одного свидания с Жаневеном хватило, чтобы их чувства вспыхнули вновь. И зачем ей тебе писать после всего этого? Приносить извинения? Так ты же простил ее в письме и недвусмысленно об этом сказал. Ноа, судя по всему, не желает лгать ни себе, ни ему, Риордану. А переписка, которая в результате ни к чему не ведет, это и есть ложь. Правду ты знаешь, просто все еще не можешь ее принять».

Когда он в пятницу получил очередное прошение Жаневена на субботний выходной, то лишь грустно усмехнулся и сказал себе:

«Ну, что? Убедился? Эти двое заняты друг другом. Им до тебя уже нет дела. И тебе не должно быть дела до них. Переверни эту страницу. Вот и все».

Но в понедельник, когда они столкнулись на тренировочном плаце, Риордан отметил для себя, что Жаневен совсем не выглядит счастливым любовником. У парня был откровенно потерянный вид. После того, как у него в третий раз подряд выбили оружие в тренировочном бою, Тамур устроил ему разнос и отстранил от занятия. Весь день Жаневену предстояло отрабатывать проходы и выпады на манекене.

«Ноа продолжает его мучить», — с невольным злорадством констатировал Риордан. — «Вот она любовь. Взлеты и падения. Счастье и мука. И все в ее глазах. Погоди, ты же сам недавно выглядел так же! Боги! Какое же я представлял жалкое зрелище! Зато теперь я выздоровел. Вся любовная хворь досталась бедняге-Жаневену. Так что к делу, Бесноватый! Впереди твой последний выход на Парапет. И ты не должен запороть свою историю».

В понедельник он принял из рук Гадны ключи от своего дома и на месяц простился с родным кровом. Он дружески обнялся со слугами и пожелал им успехов в новой жизни. Кухарка и горничная разревелись, да и у мужчин, включая Риордана глаза тоже были на мокром месте. С собой в Академию Риордан взял лишь несколько комплектов белья и дюжину белых сорочек с открытым воротом, в которых любил выходить на тренировки.