Кеша запротестовал:
— Тиночка, постой. Тут такой момент! Послушай!
— Шайба в зоне! Сейчас ее будут вбрасывать… Нет, пробрасывают…
— А на днях мы с Игорем видели один фильм, — сказала Зина. — По телевизору. Он нам так понравился!
— Это в прошлую субботу? — спросила то ли Нина, то ли Лина. — Кеша, мы вместе у вас смотрели, как называется? Вспомни.
Кеша в это время наливал рюмки, но за разговором он следил:
— Вспомнить? Ну как же? Ах ты, черт! Это про одного композитора, который сначала был бедным, и она его любила…
— Ну да, а потом он стал богатым, но его любила другая…
— Зиночка, мы очень любим музыку. В прошлое воскресенье Кеша объездил всю Москву, в магнитофоне что-то не ладилось, запчасти искал. Пришлось танцевать под транзистор…
— Люблю таких веселых людей. И никто не скажет, что вы уже давно женаты.
— Давно — не то слово. Сын уже взрослый. Сам моет шею…
Диктор телевидения сообщил:
— А сейчас посмотрите передачу о сокровищах Эрмитажа.
Поскольку «старка» была уже выпита, все повернулись к телевизору. Минут десять — пятнадцать молчали, смотрели картины. Потом то ли Дина, то ли Лина сказала:
— Люблю сокровища! С детства!
— Э-э! — протянул Кеша. — Если бы их найти! Я на прошлом месяце видел по телевизору, как про одного рассказывали: нашел целый кувшин золотых монет.
— И что же он с ними сделал? Что купил?
— Отдал даром в местный райисполком.
— Вот дурак!
— Может, потанцуем? — предложила Тина. — Кеша в позапрошлое воскресенье специально ездил в Малаховку к одному приятелю переписать что-то необыкновенное — труба и барабан…
— Уже поздно, — сказал Конусов. — Нам, Зиночка, кажется, пора домой.
— И нам с Диной пора, — поддержал Степа.
— Так ты все-таки проспорил? — спросил Степу Кеша. — Твои-то продули? Не так вбрасывали.
Изрядно захмелевший Степа был возбужден:
— И все равно они будут впереди! Не то что твои мазилы! И вообще ты, Кешка, меня не задевай. Хватит издеваться!
…Когда вышли на улицу, Конусов сказал своей жене:
— Ну вот, мы побывали среди живых людей. Как ты хотела. И ни о чем путном эти Беляшевичи даже слова не сказали.
Шедший позади Степа услышал эти слова, попросил Конусовых остановиться.
— Как ты выразился? «Ничего путного»? А что от них путного узнаешь? Ничего! Им телевизор помогает и магнитофон — время тянут. А если все это электричество выключить, пусто у них, как в барабане! И ни одной мысли в голове!
— А зачем же тогда вы, Степа, к ним пришли? — удивился Конусов.