Над залом поднялся нестройный гул сотен удивленных голосов. Люди привстали, разглядывая величественного зверя, сопровождаемого всего двумя жрецами. Он, видимо, считал, что этого достаточно.
Тем временем саблезубый тигр остановился, громко взревев, поиграл мускулами и с места прыгнул на сцену, преодолев сразу три десятка метров.
Я хмыкнул над выходкой этого брутального показушника.
— Хозяин северного леса, властвующий и оберегающий.
Невысокий старик с длинной зеленой бородой в серой одежде, красиво расшитой разноцветной нитью, наигранно кряхтя, пошел по ковровой дорожке. Изумрудные глаза живо бегали под густыми седыми бровями, осматривая зал. В какой-то момент мы встретились взглядами, и его взор задержался на мне чуть дольше, чем на других.
Об руку с ним косолапой походкой брел на четвереньках бурый медведь, размеры которого превосходили даже охотника. Мех животного был фигурно стрижен, создавая затейливый узор на боках. В многочисленные короткие тонкие косы, спускающиеся от загривка и плеч, были вплетены звериные и человеческие черепа вперемешку с бляшками из драгоценных металлов и самоцветных камней. Длинные когти покрывали резные золотые чехлы.
Следом за ними шла красочная процессия, состоящая из зверолюдей. Там были и волки, и лисы, и рыси. Не обошлось и без нескольких полуобнаженных девиц. Взгляд выцепил из свиты лесного бога фигуру Первого Клыка. Даже удивительно, что смог узнать. Внутри словно переключатель сработал, шепчущий слова: «Вот твой названый брат. Вот он». Волк тоже коротко остановил на мне взор, едва заметно приоткрыв пасть, словно в улыбке.
Леший опустился в великоватое ему кресло, медведь сел на пол рядом.
А диктор объявил следующего гостя, вернее, гостью:
— Младшая сестра богини Даны, Хозяйка вод и повелительница речных, озерных и ручейных духов, питающих реку Топь. Покровительница городов и сел на берегах подвластных ей водоемов.
В памяти всплыли цифры из «Википедии». Если считать, что богини рек России получали воду и силу от всех своих притоков и прилегающих к ним территорий, то Топь была сильнейшей Хозяйкой реки в стране, имея самую большую площадь. Это шесть с лишним миллионов квадратных километров. Страшная цифра, ставящая на свои места и ту сумасшедшую легкость, с какой она колдовала, и те чудеса, какие она показывала. Что ж говорить о высших богах. Пальцы снова сжались на игле.
Тем временем в громадный зал влетела большая волна, застыв в виде чего-то среднего между мостом и подиумом. Прозрачные, зеленоватые воды приняли форму бревенчатых опор, досок и резных перил, создав конструкцию, возвышавшуюся над головами людей. По воздуху проплыл пятиметровый прозрачный осетр, в вираже напомнив акулу. По мосту к своему месту в окружении недавно созданных мини-русалок величаво прошла Хозяйка реки Топь. И я первый раз увидел ее одетой, но наряд был слишком экстравагантен. Видимо, она решила быть неординарной во всем, поскольку сотканный из воды сарафан не сильно скрывал красоту тела.
Следующая сущность тоже поразила воображение. Под звучный титул «Хранительница круговорота жизни и смерти, покровительница колдовства, справедливости и праведного возмездия, воплощение зимы, богиня Мара» она ступила в зал, одетая в небесно-голубое, ажурно расшитое серебром и жемчугом одеяние, напоминающее морозные узоры на стекле. По белоснежной меховой накидке, прикрывающей плечи, растекались длинные распущенные иссиня-черные волосы. С каждым шагом пред ней возникали блеклые как туман призраки. Сквозь размытые очертания плоти виднелся полупрозрачный костяк. Души подставляли богине свои согнутые спины и вытянутые ладони, силясь удержать ее на полутораметровой высоте над полом. С каждым шагом бирюзовых сапог с высоким серебряным каблуком по туманным сущностям прокатывалась фиолетовая волна света.
Она шагнула к своему креслу, стоявшему по центру, где ее уже ждала чертова дюжина свиты вместе с разодетым в ярко-желтую с оранжевой каймой одежду мужчиной и стариком с белой бородой до самой земли, седыми волосами, подобранными тонким шнуром на лбу, закутанным в длинную темно-серую накидку.
Вся делегация сопровождалась фотовспышками.
Со стороны людей присутствовали представители губернатора, мэр Новониколаевска, полпред президента по Сибири, представитель православной церкви и другие госдеятели.
Я перестал внимательно слушать дебаты уже с пятнадцатой минуты, так как все было предсказуемо. Обыватели наверняка прилипли к экранам телевизоров, затаив дыхание, но наша группа, сталкиваясь с этими сущностями ежедневно и активно взаимодействуя с ними, следила за событиями вполглаза. Александра прикрыла веки и, казалось, спала, Николай и Ангелина, сидя через десять человек один от другого, оживленно обменивались эсэмэсками, скорее всего, между собой, так как периодически бросали друг на друга злые взгляды. Белкин сонно глядел на сцену, периодически делая пометки в записной книжке. В кармане тихо комментировал происходящее полоз. Я слушал его вполуха, по обыкновению занимая себя усовершенствованием синтетических пчел-призраков. Я пытался прицепить к ним разные модули. Кое-что получалось. Особенно мне помог тот сеанс гениальности, спровоцированный плашкой Сварога и иглой.
Сначала посыпались громкие, но завуалированные обвинения в произволе, в нарушении общепринятых прав человека, в убийствах. Политики набивали цену. За духов и богов говорил какой-то жрец, но я не понял, кого именно. Видимо, назначили специально вот такого переговорщика. Долгие и нудные перечисления претензий закончились подписанием договора о соблюдении законов России, созданием специального комитета по контролю за паранормальными сущностями. При этом многие понимали, что это чистой воды формальность, если, конечно, касается высших. Их контролировать просто невозможно, но народ хотел верить.
Мара сослалась на темноту знаний, образовавшихся во время долгого сна, на другие нравы прошлых веков.
— Не хочет междоусобицы, — пояснял змей, — чем больше народу в достатке живет, тем больше энергии собрать можно с каждого. Ведь богатый может купить больший источник, а война разорит всех. Печется о своей пасеке с людишками-пчелами.
Я ухмыльнулся, некоторые пчелы могут ужалить и посильнее.
По разделу города было озвучено пояснение, что это дела духов, людям то знание бесполезное.
Потом обсуждали территории, удостоив особым вниманием лешего и требуя от него отказаться от своих притязаний на все лесные ресурсы. Лесовик усмехнулся, заметив, что отнять лес у леса невозможно. Пошли дебаты. Долгие речи обеих сторон перебила Мара, величественно и небрежно взмахнув рукой:
— Отданы тебе будут в ведение земли зоологического сада, ботанического лесничества и Засосновского парка, что за ними, — провозгласила вестница богини. — Если подпишешь соглашение. Будет тебе где своих мохнатых к благам людским приучать. А лес все одно под твоим незримым приглядом.
Неплохо придумано. Около двух сотен гектаров получается. Один только зверинец на шестьдесят гектаров леса в черте города потянет.
— Он изначально целил на сей кусок города, просто устроил показ сил и давил исподтишка на занявшую его богиню смерти, при этом дав ей под благовидным предлогом повод согласиться на свои притязания. Она не хочет лишних трений, особенно вокруг ядерного оружия, и пошла на уступки. «Всяк смерти свое время», — любит говорить высочайшая, — прошептал змей.
Когда дошли до духа охоты, тот завел песню о своем древнем праве, о деревнях и охотничьих угодьях. Тут уж совсем интересный момент получился. Здоровенный медведь, побрякивая черепами и золотом, бесцеремонно отодвинул старца и взревел на весь зал:
— Я тебе хребет вырву, если не перестанешь препоны мировому соглашению чинить. Твое право ничто перед моим, или тебе явить мое старое обличье, дурной кошак?
Он сразу расставил несколько точек: и над английской буквой «i», и над русскими «и» и «е». Во-первых, определилось старшинство среди этих богов, а во-вторых, понятно стало, что не может хозяин тайги тщедушным старичком быть.
На четвертом часу заседания пошли требования и предложения богов. Сначала встал вопрос о социальном статусе. Решили быстро, обозначив духов неорганической формой жизни, а юридическую ответственность возложить на первого жреца. Если дух хочет жить в мире людей, он должен иметь либо помощника, либо покровителя, на которых перекладываются многие вопросы, в том числе налоговые. Все действия должны будут согласовываться со спецкомиссией, о чем, собственно, и говорил раньше Белкин.