Я не мог справиться с этим. Я хотел назад. Я хотел вернуться в тот мир, где мог быть богом.
Система не отпустила меня, и я с радостью вернулся в ее гнилые объятия.
***
— Бродяга у нас скоро перейдет на медляки, — протянула Лола, подперев рукой голову.
Мы сидели в клубе за нашим столиком. Мы с Томом перекатывали друг другу стаканы с водой, споря, какая из них вкуснее. В очередной раз моя ходящая ходуном рука дрогнула, и стакан опрокинулся, залив стол. Мы с Томом заржали, Джей со вздохом кинул на стол кучу салфеток. Роза с улыбкой глянула на меня и, взяв салфетку, пропитавшуюся водой, бросила в меня.
— Вытрись, Оли, опять кровь хлещет, — качнув головой сказала она.
Я, всё еще посмеиваясь, приложил салфетку ко рту и засмеялся снова, увидев на ней алое пятно. Снова прокусил щеку, впрочем, для скоростного наркомана это было явление нормальное: челюсть-то ходуном ходит. Лола толкнула Юпитера локтем и кивнула на меня.
— Что скажешь? Когда он уже начнет бахать герыч? — ее вопрос звучал так, словно было очевидным, как существование солнца, что я перейду с быстрых наркотиков на медленные.
Юпи закатил глаза и присосался к своему коктейлю. Он последнее время был совсем неразговорчив. Кутила переключилась на меня.
— Эй, Бродяга, сколько грамм?
Мне захотелось тоже закатить глаза и фыркнуть, но Том рядом завыл от хохота, и я залился следом. Юпитер вздохнул.
— Дохера. Я пытался его угомонить, говорил, что не дам ему столько, даже если он удвоит сумму.
— Но..? — поднажала Лола, когда Юпи замолчал. Тот с легким раздражением скосил на нее глаза.
— Но чуть в глаз не получил и плюнул. Хочет убиваться спидами — его дело.
Я всё-таки кинул в них салфеткой.
— Вы задрали уже. Мне просто мало после перерыва, я уменьшу дозу через пару дней, — с улыбкой сообщил я. Теперь засмеялась уже Кутила.
— Ты это уже который день говоришь, Бродяга.
Который день я говорю, я не помнил. С тех пор, как я вернулся к наркоте, мы все время пропадали в клубах и барах. Учиться, писать, читать или заниматься хоть чем-то другим я не мог больше, да и не хотел. Доза, которая теперь была мне нужна, превышала ту, что была раньше, в несколько раз. Но я не парился об этом, пока не приходили отхода.
Вещество ошибки прощает, но скрипя душой. Отхода стали намного жестче, я серьезно думал, что убью кого-нибудь, или сам умру. Поэтому последнее время я тусовался то у Тома, то у Лолы. Один я боялся оставаться. К тому же, деньги стремительно улетучивались, и я думал о том, что скоро не смогу платить за комнату. О том, сколько уже длилось это «последнее время», я имел весьма смутное понятие.
Но сейчас всё это было неважно.
— Пойду возьму еще содовой. Кому надо? — спросил я, выбравшись с диванчика.
Том ответил мне взмахом руки, и я кивнул. Подойдя к бару, я заказал четыре порции и стал ждать, разглядывая бутылки с алкоголем.
— Эй! У тебя не будет сигаретки?
Я обернулся на голос и увидел рядом улыбающегося парня. Мне смутно казалось, что я видел его уже где-то, но я не мог вспомнить, где именно. Кивнув, я достал пачку и протянул ему, но он качнул головой.
— Пошли со мной на улицу, покурим, — предложил он.
Я, чуть помедлив, пожал плечами и, крикнув бармену, чтобы отнесли напитки за столик, пошел следом за парнем, протискиваясь через танцующих людей.
На улице я с наслаждением вдохнул свежий воздух и снова достал пачку.
— Угощайся, — предложил я, и парень кивнул.
Мы подкурили, молча наслаждаясь сигаретой. Под амфой курение становилось чуточку приятнее, мне это всегда нравилось с тех пор, как я вообще начал курить. Парень окинул меня взглядом и улыбнулся, качнув головой. Я внезапно вспомнил.
— Черт, ты же этот! Тот самый чувак с курса программирования, мы еще в библиотеке виделись!