– А тебе стакан молока и баиньки, – ухмыльнулся Демчи. – У тебя курс лечения еще не закончился.
– Давно вечером не купался? – с шутливой угрозой поинтересовался Ирил.
– Даже не думай, – Демчи спрятал за спину бутылку. – Мне Рябоцкий голову оторвет. Сам с ним разбирайся.
– Да меня уже послезавтра выписывают, – обиделся Ланья.
– И замечательно, – подал голос Тооргандо, решивший присоединиться ко всеобщему веселью. – Вот тогда и залейся. А то Иван Андреевич всех накрепко предупредил о последствиях, если тебе кто нальет. Я сам слышал, как врач снимал с себя всю ответственность, если ты режим нарушишь. Хоть на один день.
– Паразит, – с чувством выругался Ланья.
– За что ты так? – сложила брови домиком Сова. – Тор о тебе заботится.
– Да я не про него, – отмахнулся Ирил. – А Тор лучше пусть о себе заботится.
– Позабочусь, не беспокойся, – Тооргандо улегся на землю, руки за голову.
– И позаботься.
– Мужики, вы это… – начал было Шатун, переводя непонимающий взгляд с одного на другого.
Но ссоре не суждено было начаться.
– Эй, там, на коряге, болящий мой не у вас? – поинтересовался вдалеке знакомый голос.
– Нет, Иван Андреевич, дальше они пошли.
– А, ну-ну, занимайтесь, – благословил кого-то Рябоцкий и демонстративно похрустел по песку в их сторону.
– Я ж говорил: молоко и спать, – хихикнул Демчи, не подозревая, что стоит в шаге от инвалидности.
– Мне пора, – Ланья смотрел только на Сову, стараясь улыбаться не очень криво. – Рябоцкий с живого не слезет.
– Давай, – она тепло улыбнулась, но с места не сдвинулась. – Завтра увидимся.
Перечить Рябоцкому и вправду было бесполезно, и Ланья послушно поплелся за ним обратно, в палату. Отойдя на пару десятков шагов от берега, он обернулся. На его месте сидел Тооргандо и что-то увлеченно рассказывал. Всем было весело.
Ланья скрипнул зубами так, что чуть не стер их до пеньков. Глянул на удаляющуюся спину Рябоцкого, сжал кулак и со всей силы рубанул им по воздуху. Рябоцкий впереди чуть слышно вздохнул.
Глава 34
– Да ну тебя, – Точилинов расстроенно отодвинул шахматную доску. – Даже неинтересно с тобой играть.
Муритай, только что в очередной раз разгромивший Мастера Ацекато, пожал могучими плечами. А что тут скажешь? Точилинов тем временем расстроился еще больше.
– Сколько ты в шахматы играешь? Год. И надо же так…
Он еще раз наклонился, внимательно изучил мат при полной доске фигур и развел руками.
– Ну я не знаю. Как так можно? Я, конечно, не гроссмейстер, но и не первоклашка… Но чтобы меня вот так… И, самое главное, что, в первый раз, что ли?
Муритай слегка показал клыки в усмешке.
– Я не первый год в такое играю. У нас тоже есть похожая игра. Сар-ван, называется. Игра вождей.
– Из чего следует, что способностей вождя у меня нет, – раздраженно бросил Точилинов.
– Мы считаем, что это не просто игра, – Муритай откинулся на стуле и пригубил давным-давно остывший дош. – Это жизнь. Воина сразу видно за игрой. Кто как играет, кто как проигрывает. Когда он сильнее, когда слабее. Никогда, Мастер, не играйте в нее ни с кем, кроме близких. Она про вас все расскажет.