– А ты заткнись, – сказал Эрнест.
– Если бы не этот парус, то ты бы пожалел о сказанном, – крикнул в ответ Николас.
Эрнест захныкал.
– Гасси, – всхлипывал он, – Гасси…
– Не будь с ним так строг, Николас, – сказала Августа. – Он же младше всех.
И снова мальчики смотрели на нее как на капитана. Но озеро больше не было с ними дружелюбным. Его безбрежность вселяла страх. На быстрых волнах появились барашки. Ветер стал холодным. Гасси накинула плед на плечи Эрнесту и пыталась успокоить голубя, который суетился и клевал привязанную к лапке ленточку.
– Интересно, который сейчас час? – сказал Николас. – Жаль, у меня нет с собой часов.
– Жаль, что у меня нет с собой щетки для волос или расчески. – Гасси попробовала привести волосы в порядок пальцами.
– Я думаю, – глядя в подзорную трубу, сказал Николас, – сейчас около полудня.
Эрнест выхватил у него трубу.
– Кто тебе разрешил ее взять? – Голос у него был капризный.
– Мальчики, нам нельзя ссориться, – сказала сестра. – Впереди долгое путешествие. Нам даже может грозить опасность. – Она огляделась вокруг на необъятные просторы набегающих волн.
– Опасность? – повторил Эрнест. – А мы доберемся до Чарлстона, как ты думаешь?
– Если будем нормально себя вести и не поссоримся, – ответила она.
– Я буду, – сказал Эрнест. – Я даже позволю Николасу смотреть в мою подзорную трубу. – У него хватило совести назвать ее своей. Он выставил руку с трубой. Николас потянулся за ней. И… они ее выронили. Ударившись о планшир, подзорная труба упала за борт. Никто не понял, как это произошло. Пытаясь достать ее, Эрнест чуть не свалился в воду. Гасси едва успела спасти его, схватив за волосы. Он расплакался так, будто случилось ужасное несчастье. Потом его тошнило кексом. Он перегнулся через борт, а Гасси держала его на руках. В шлюпку ударила волна, которая разбилась о борт и попала внутрь. Они оказались по колено в воде.
– Прости меня, – сказал Николас. – Прости, Гасси.
Эрнест вглядывался в потоки воды за бортом.
– Вы не видели, куда она уплыла? – дрожащим голосом спросил он.
– Она перевернулась и затонула, – сказал Николас. – Прости.
– Это ничего, – сказал Эрнест. – У меня же есть компас. – Он полез в карман. Потом во все остальные карманы. Подняв мокрые от слез глаза на Гасси, он спросил дрожащим голосом:
– Гасси, ты не знаешь, где мой компас?
– Я найду его, – крикнул Николас и начал рыться в вещах.
– Следи за парусом! – только успела крикнуть Августа.
Гик уже начинал зловеще раскачиваться, а парус бился так, будто желал оторваться от мачты.
– Я думала, – продолжала Августа, – ты умеешь управлять парусом. – Слова срывались с ее губ, но звук голоса тонул в шуме ветра и хлопающего паруса. – Я думала, ты знаешь, как это делать, – повторила она.
– Нет, не знаю, – ответил он.
– Так ты не знаешь, что нужно делать? – крикнула она.
– Нет! – ответил он и заплакал.
– Парус нужно спустить! – крикнула она и на четвереньках поползла по воде, беспокойно плещущейся на дне лодки.
Неуправляемый парус привел в движение руль, который начал бесконтрольно болтаться, и лодка теперь находилась в их власти. Она крутилась и неуклюже барахталась среди зеленоватых волн. Августе и Николасу все-таки удалось спустить паруса. Она подвязала руль, чтобы не двигался. Теперь лодку перебрасывало с гребня одной волны на другую.