— Экспериментируете с объекталями, мэтр Дегатти? — сразу уяснил суть Аганель. — М-м, какой вкусный кекс. Я все понимаю, но вы подвергаете опасности собственных детей.
— Это не он! — подала голос Астрид.
— Я очень сожалею, — произнес папа. — Это трагическая случайность.
— Ваш ребенок в эфирном плане сейчас выглядит очень странно, — заметил волостной агент. — Я рекомендую показать ее специалистам.
— Показывали уже, — сухо ответил Майно. — Неоднократно.
— И что сказали?
— Что она гений и ее нужно как можно раньше отправить в КА. Но не в три же года!
Волостной агент вздохнул, отрезая себе еще кекса. Да, этому Дегатти не позавидуешь. Или позавидуешь… сложная ситуация.
— А ты кто? — спросил он маленького эльфа. — Тоже тут живешь?
— Нет! — приложил персты Копченый. — Я одноклассник. Вот ее.
Волостной агент пристально изучил останки набивного дракончика. Даже немного покопошился во внутренностях стеком, пока дети взахлеб рассказывали о своих приключениях.
Аура, конечно, кошмарная. Это что-то большее, чем просто буйный объекталь. Тут скверной смердит… с душой сделано. Мастер, чувствуется, вложил в изделие всего себя. Интересно, кто этот мастер…
— Где вы это взяли? — осведомился Аганель.
— Честно говоря, понятия не имею, — задумался Майно. — Вероника, откуда у тебя это?
— Астить падаила, — застенчиво ответила девочка.
— А мне — Мамико, — поспешила отмазаться Астрид. — Мы менялись. Я ей принцессу Тяньхуэ отдала.
Майно подпер щеку кулаком. Все-таки паргоронская. Ну конечно, как обычно. Проклятая игрушка, сделанная руками демонов. Если бы не она, инцидент прошел бы гораздо безобиднее. Ожили бы несколько игрушек, да и всего-то…
Когда они распрощались с волостным агентом, заверив его, что подобное не повторится (чему никто не поверил), Майно отправился делать ревизию. Рядом шагал енот и непрерывно ворчал, потому что разрушений и повреждений оказалось порядочно. Призрак дедушки тоже жаловался, что вот в его-то время дети себе подобного не позволяли.
Сильнее всего разгром коснулся двух детских. Остальные комнаты пострадали не так сильно. Майно разглядывал библиотеку, в которой Снежок гонялся за чучелом обезьяны, и радовался, что скелет тролля накрепко приделан к стене. Он пытался освободиться, но не мог вырвать штыри.
Ожили и некоторые книги. К счастью, не волшебные, и лишь некоторые.
— Давай приготовим профитроли?.. — дернула волшебника за штанину кулинарная книга. — Со ШПИНАТОМ! Виахха-ха-ха-ха-ха-ха!..
Переплет захлопал парой крыльев, и книга полетела на кухню.
Дегатти провел ладонью по лицу и застонал. Да, тут еще чистить и чистить… хорошо, что жена возвращается только послезавтра. И хорошо, что сквозь Кромку она не слышит его мысли и эмоции.
Он, конечно, в любом случае будет виноват, когда Лахджа узнает, что он поехал охотиться, оставив дочерей дома одних, но он же не мог такого предвидеть… с ними же оставались фамиллиары!
Но это дело десятое. Куда важнее — что теперь делать с Вероникой?
С одной стороны у Майно пела душа. Его дочь родилась с невероятным, редчайшим волшебным даром. Майно уже второй год изучал биографии самых одаренных чародеев, особенное внимание уделяя тем, у кого дар проявлялся с детства, и со все большим самодовольством убеждался, что произвел на свет нечто беспрецедентное.
Уникальное. Феноменальное. Если бы Вероника была мальчиком, он бы даже заподозрил, что именно о ней рассказывал одну из своих баек Янгфанхофен… но она девочка. Нет, это просто исключительное сочетание наследственности и природного дара, такое хоть и крайне редко, но случается…
Проблема в том, что она, похоже, плохо это контролирует. Хотя это нормально, учитывая ее возраст, но при таком размахе она просто опасна. Не только для себя и своей семьи, но и… для всей планеты, накир.
Что ж теперь — предметы от нее прятать? Но… как?.. Не в голой же комнате ее держать. Не за решеткой ведь… решетку она тоже оживит!
Остается короний?.. ну да, это всегда вариант, но… нет.