— Сдачи не надо.
— Какой сдачи? — не понял тролль. — С тебя дайк и пять лемов.
Астрид возмутилась такой дороговизне. Тем более, что и блюда-то были так себе. Поднимая колпак за колпаком, Астрид все сильнее морщилась, потому что выглядело все не очень, а пахло еще хуже.
— Я за это платить не буду, — отказалась она. — Забирай их.
— Нарзад не принимаем, — отказал тролль. — Плати.
Он навис над двумя детьми, как гора. Астрид прищурилась, размышляя, какой будет грохот, если эта каланча упадет. Но она была хорошей девочкой, поэтому просто потребовала:
— Верни дайк и вали отсюда с этой тошнотиной.
— Это ты тошнотина, а это наши вкурсные рыбные тефтельки, — оскорбился тролль.
— Это не то, что я заказывала! — топнула ногой Астрид. — Какие еще тефтельки?!
— Это дерьмо какое-то, — сказал Копченый.
— Что?.. — уставились на него Астрид и тролль.
— Эта пища не удовлетворяет моим стандартам, — сказал Копченый.
— Ладно, оставьте себе эти лемы, — фыркнул тролль. — Приятного аппертита. И не забудьте порекомендовать нас своим друзьям.
— Они ж после этого перестанут быть нашими друзьями.
— Тогда своим врагам.
Чему-то посмеиваясь, тролль затопал прочь, оставив Астрид растерянно смотреть на смердящие судки.
— Может, собаку на него спустим? — кровожадно предложил Копченый.
— Она с папой на охоту ушла, — вздохнула Астрид. — И мне нельзя травить людей собаками.
— Так он же тролль.
— Троллей тоже нельзя, — еще горше вздохнула Астрид.
На крыльцо вышел довольно ухмыляющийся енот. Он оценил то, за что Астрид отдала целый полновесный дайк, подчеркнуто сдержал рвотный позыв и сказал:
— А я говорил. Нечего было заказывать, я бы сам все приготовил. Зачем эти ненужные траты?
— Ты не понимаешь, — подцепила невещной вилкой тефтельку Астрид. — Мне нужно разнообразие. Я хочу немного роскоши.
— Ты и так живешь в роскоши! — упрекнул ее фамиллиар.
— Я — маленькая принцесса Паргорона! — взвизгнула Астрид, топая ногами. — Мне не хватает роскоши!
— Это не роскошь! — гневно заверещал енот. — Это троллево хрючево! Такое даже мои дикие сородичи жрать не будут!.. хотя будут. И твой отец обо всем узнает.
— Ну и пусть, — надулась Астрид. — Мои карманные. На что хочу, на то и трачу.
Копченый тоже ковырялся в блюдах, пытаясь найти что-нибудь, что могут есть эльфы. Но у него пошла радуга горлом, и он отступился.
— У нас полно всякого в сундуке, — махнула рукой Астрид. — Ешь что хочешь. А я… я пойду в Радужницы и разнесу их харчевню.
Она только у ворот вспомнила, что обещала папе не выходить из усадьбы. Астрид открыла калитку… и растерянно уставилась на избитого лепрекона в порванном сюртучке.