Дневник войны со свиньями: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

27

Снаружи лило как из ведра, и Видаль вопросительно взглянул на своего советчика за стойкой. Тот, вероятно ожидая этого взгляда, быстрым, резким движением головы указал на улицу. Видаль прошел до авениды Доррего. Держась у стен домов, он лишь чуть-чуть замочил одно плечо. Три-четыре раза махал рукой, подзывая такси, но ни один таксист не остановился. Уже начав спускаться по лестнице в метро, он вдруг подумал, что там кто-нибудь может поддаться искушению столкнуть его под поезд. Огорченный своей усталостью и слабостью, он сказал себе: «И еще очень скверно то, что я далеко от дома». Снова очутившись под дождем, он почувствовал, что одежда от воды и пота промокает и снаружи, и изнутри. «К счастью, я еще не стар, — утешил он себя. — Другой бы от меньшей простуды схватил двустороннее воспаление легких или хронический бронхит», — и он попробовал слегка покашлять. Хотя автобус номер 193 подвозил его почти до дома, Видаль не решился сесть в него — вполне возможно, что среди множества пассажиров окажется какой-нибудь с агрессивным характером. Пока он размышлял о том, что единственный доступный для него вариант — это немыслимое путешествие пешком на огромное расстояние, дождь прекратился. Видаль истолковал этот факт как перст судьбы и пустился в беспримерный поход. Он уже потерял счет часам, которые провел без еды и сна.

Если на него нападут на большой улице, там, пожалуй, могут найтись защитники, но на пустынной улице, где вроде и далеко видно, ему грозит неожиданная опасность… Выйдя на улицу Бонплан, он заметил, что ветер подул с юга и похолодало. «Судьба старого идиота, — подумалось ему. — Избежать стольких опасностей и умереть от простуды». Добравшись до улицы Солер, он увидел вдалеке группу парней — быть может, вполне безобидную, однако, чтобы с ними не встретиться, он сделал большой крюк и пересек трамвайные пути на улице Парагвай по переходу возле винных погребов. Достаточно было одного неровного камня в брусчатке, чтобы он споткнулся и упал. Весь дрожа, в полном изнеможении, он пролежал неподвижно несколько минут. Когда же встал на ноги, ему почудилось, будто он забыл что-то очень важное, что-то такое, о чем вспомнил несколько секунд назад. «Да я просто засыпаю, — промелькнуло у него. — Какой позор!» Он продолжил свой путь, и наконец на площади Гуэмес ему удалось поймать такси, потрепанную машину, и водитель в ней был пожилой. Таксист внимательно выслушал адрес, опустил флажок и сказал:

— Вы правильно поступили, сеньор. В известном возрасте не следует садиться в такси с молодыми водителями.

— Почему? — спросил Видаль.

— А вы не знаете, сеньор? Они ради забавы увозят стариков подальше, а потом где-нибудь выбрасывают.

Видаль на заднем сиденье полулежал. Но тут он выпрямился и, нагнувшись к водителю, возмущенно сказал:

— Пусть не думают нас убедить, будто эту войну ведут по какой-то научно обоснованной необходимости. По сути это просто дурацкая кампания.

— Верно говорите, сеньор. Наш креол — человек компанейский. Парнишки воображают, будто охотятся на дичь, а на самом-то деле охотятся на нас.

— И мы живем, не зная покоя. Постоянно ожидать неприятностей хуже всего.

— О том я и говорю, — согласился водитель. — Предположим, что действительно, имеется никому не нужный, бесполезный старикан. Почему бы не доставить его по-людски в какое-то определенное место и не прикончить современными способами?

— Не окажется ли такое лекарство хуже самой болезни? — спросил Видаль. — Ведь тут возможны злоупотребления.

— Да, вы правы, — признал таксист. — Правительство наше меры не знает. Если не верите, вспомните про плату за телефон.

Видаль расплатился и вышел из машины. Пожалуй, никогда еще он не испытывал такой усталости. Внезапно он вспомнил о друзьях. Хоть бы никто из них не пострадал от града камней, которыми разбили в кровь лицо большерукого. Как же это он забыл про них! Ну конечно, сперва его мысли были заняты бегством, потом — тем, как бы добраться до дому. Да, забыл начистоту, как сказал бы бедняга Нестор. Хватит ли сейчас сил сходить к Данте или в булочную? «Что до Аревало, это уж такой чудак, и, насколько мне известно, никто из наших не бывал у него дома, даже Джими, а он ужасно любопытный». Последнюю мысль Видаль излагал кому-то как бы сквозь сон.

28

Хотя Видаль едва держался на ногах, он не стал сразу решать — то ли ему рухнуть в постель, то ли опять выйти и попытаться узнать, что там с друзьями. Нет, вначале надо подбодрить себя несколькими мате. В ожидании, пока согреется вода, он потихоньку жевал хлеб, как вдруг в комнату вошла Нелида.

— Простите, что я вошла без стука, — сказала девушка, глядя ему в глаза. — Дурная привычка.

— Полноте. Что тут такого?

— Всегда застаю вас в самый интересный момент. Но я хотела вас предупредить.

— О чем предупредить, Нелида?

— Чтобы не доверяли лицемерным особам, которые вам мило улыбаются, а за вашей спиной, если им выгодно, доносят на вас. Ваша подружка, которая любезничает с Больоло, наверняка прекрасно знает, что

его племянник…

— Да, да, я знаю, Нелида. Она и приходила меня предупредить.

— А заодно?… Все они приходят, потому что влюблены в вас по уши.

— Не говорите так, Нелида. Маделон в меня не влюблена, и она не моя подружка.

— Маделон! Если между вами ничего нет, почему Больоло допускает, чтобы его племянник на вас доносил? А знаете почему? Потому что вы, если захотите, можете его оттеснить.

— Нет, Нелида, я не стану никого оттеснять.

— Я только спрашиваю себя, что вы нашли в этой старухе.

— Ничего, Нелида. Вы не рассердитесь, если я вам что-то скажу? Я смертельно хочу спать. Как раз хотел лечь. Собрался раздеться. — Кто же вам мешает?

— Но, Нелида… — запротестовал он и, смирясь с судьбой, погасил керосинку.