Рей пояснил:
— Чтобы соблюсти приличия, правительство больше не разрешает никаких бесчинств в общественных местах.
— Вряд ли бедняга Нестор согласен с твоими словами, — пробурчал Джими.
— Это отдельный случай, — не сдавался Рей. Данте еще раз сравнил дом с мышеловкой. К ним
подошли господин с огромными руками, остролицый и Аревало. Видаль заметил, что двое парней опять остались одни.
— Наконец-то правительство вмешалось в это дело. Чувствуется, что позиция властей стала тверже. Я доволен заявлениями министра. В них, знаете, есть какая-то возвышенность, достоинство.
— Да, достоинства много, — согласился Аревало, — однако они помирают от страха.
— По правде говоря, я правительству не завидую, — сказал большерукий. — Сами понимаете, ситуация весьма затруднительная. Если не привлекать молодых офицеров и призывников, мы скатимся к анархии. Отдельные случаи, происходящие время от времени, — это цена, которую приходится платить.
— Что с ними, с этими господами? — спросил Аревало. — Все толкуют об отдельных случаях.
Джими объяснил:
— Вчера вечером они слушали сообщение министерства. В нем говорилось, что ситуация полностью контролируется, если не считать отдельных случаев.
— Чего вам еще? Я замечаю теперь, что тон у них более достойный, и это ободряет, — настаивал большерукий.
Из цветочного магазина принесли венок.
— Что написано на ленте? — спросил Данте.
— «От мальчиков», — ответил Рей. — По-моему, этими двумя словами все сказано.
— А не подумают ли, что это венок от молодых людей? — спросил Джими.
— Было бы недурно, — отозвался Рей. — А что, по-твоему, мы не мальчики?
— Некоторые старики, — стал объяснять остролицый, — ни капельки не остерегаются. Прямо-таки провоцируют.
— Те, кто провоцирует, — это агенты-провокаторы, нанятые за плату «Молодыми турками», — уверенно сказал Данте.
— Вы так полагаете? — спросил остролицый. — Неужто заплатили старику, который приставал к школьницам в Кабальито?
Большерукий его поддержал:
— Надо признать, что в последнее время ширится волна старческой преступности. Мы ежедневно читаем об этом.
— Лживая выдумка, чтобы будоражить народ, — возмутился Данте.
— Надо быть в разговоре поосторожней, — прошептал Видалю Джими. — Ты знаешь этого большерукого? Я не знаю ни его, ни того, другого. Скорее всего это два продавшихся старика, и они в сговоре с юнцами. Лучше держаться подальше.
— Как подумаю, что я мог пойти с Нестором на стадион… — вздохнул Видаль.
— Ты спасся от гибели, — сказал Джими.
— Возможно, вдвоем мы бы отбились и в этот час Нестор был бы жив.
— А возможно, нам пришлось бы совершать бдение у двух покойников.
— Я и не знал, что тебя так интересует футбол, — сказал Аревало.
— Не то чтобы интересует, — объяснил Видаль, ощущая свою значительность, — но так как сын Нестора поручил ему меня пригласить…