Один из минусов обряда единения истинных: если вы пока не живёте вместе, приходится вот так вот заморачиваться.
И меня жуть как бесит, что Марко так не страдает. Ему-то мою кровь пить не нужно! Хотя, есть кое-какая область, где он тоже испытывает неудобства...
Выпив крови, я тут же ощущаю прилив сил и энергии. А ещё говорят — алкоголь не особо воздействует на изменённые расы. Ну, меня это, по всей видимости, не касается. Я хоть и стала вампиром, а выпивка так и превращает меня в размазню.
Сэю на её кровати не замечаю. Наверное умотала к какому-нибудь парню. У подруги либидо ого-го. Представляю, что будет, когда она истинного встретит. Затрахает его до смерти.
Фу. Какая неприличная я стала!
Невольно смеюсь над собой же. В последнее время, я часто это делаю. Подшучиваю над собой, критикую и не боюсь смеяться. После всего пережитого — это стало ценным приобретением. Оказывается, недостатки это не так уж страшно. С реальным страхом и болью мне пришлось столкнуться. И не только мне.
Прошёл месяц с самого ужасного дня в моей жизни. Всего месяц, а кажется, будто это в другой жизни было, и вовсе не с нами произошло.
Луна постаралась и подтёрла воспоминания и чувства так, чтобы запомнились в основном хорошие. Но тем не менее, абсолютно всё стирать богиня не стала. Мы должны были запомнить, благодаря чему именно имеем настоящее и сегодняшний день в том виде, в котором он у нас есть.
Окно с грохотом открывается, заставив меня резко вскочить на ноги. В комнату вваливается Марко и тут же одаривает меня кривой и наглой ухмылкой. Проклятые глаза, которые давно лишили меня разума, ползут по моему телу вниз, не упуская ни одной детали — я по-прежнему сплю практически голая, вот и сейчас на мне только трусики и больше ничего.
Трусики, надо заметить, сразу мокнут под горячим взглядом оборотня.
— Ты придурок, Хазард! — шиплю на волчару. — Опять из-за тебя у меня будут проблемы с комендантом!
— Плевать на коменданта, Варран! Я не мог больше терпеть! — он делает ко мне несколько шагов, подхватывает на руки за зад, который жадно сжимает когтистыми пальцами, и тащит меня к кровати.
— Псих озабоченный!
— Даже отрицать не стану, — ухмыляется блохастый, после чего оттягивает пальцами мои намокшие трусы в сторону, расстёгивает ширинку на своих джинсах и до предела вводит в меня член.
— Боже...
К этому я никогда не смогу привыкнуть — к острому удовольствию, к жажде, что накрывает мощной волной в один миг, к грубости и ненасытности Марко, из-за которой я сама становлюсь ненасытной.
Мысли покидают голову, оставляя лишь пустоту и голод внутри.
Мой волк не медлит. Сразу начинает двигаться мощно и резко. Его член растягивает и заполняет меня. Выходит и входит обратно с пошлым и порочным хлюпаньем. Мне остаётся только подаваться бёдрами ему навстречу и всхлипывать от наслаждения.
В постели я — пластилин, а Марко — умелый мастер. Он контролирует, управляет, я поддаюсь. Марко не любит, когда я беру на себя инициативу, а мне нравится, что он абсолютный лидер, не позволяющий своей женщине доминировать.
Это возбуждает. Заводит. Сводит с ума.
Люблю, когда его зверь рычит, когда заявляет на меня свои права и кусает, вонзая клыки вновь и вновь, чтобы напомнить, что я отныне навсегда принадлежу только ему...
— Вот не могла вчера сразу со мной остаться? Вечно надо доводить меня, да, синеглазка-комаришка? — Марко ложится спиной на постель и прижимает меня к себе.
— Да я вчера в таком состоянии была! Просто ужас! А ты бы не дал мне нормально выспаться!
— Считаешь меня настолько животным, Варран?
— Смею тебе напомнить, что ты наполовину животное, Хазард. И кроме того, почему ты всё время называешь меня Варран? Забыл, что с некоторых пор я Хазард?!
Марко громко смеётся, вновь наваливается сверху и набрасыается на мои губы.
— Агрессивная какая!
— Не беси!
Разумеется, одним разом секс между нами обойтись не может, поэтому мы вновь и вновь занимаемся любовью, пока практически не задыхаемся и не утопаем друг в друге.
И только после этого наступает штиль — так я называю время, когда мы можем просто помолчать, полежать рядом, вдыхая аромат собственной любви, ради которой нам столько пришлось пройти.