— Что в чехлах? — спросил он, встав и расстегнув молнию до того, как я успела ответить.
— Одежда, — впервые заговорил Алекс, и я слышала ненависть и злость в каждом слоге. Будь пистолет при нем, уверена, мозг мужика разлетелся бы на рожи его напарников.
— Я не с тобой говорил, — рявкнул тот, одним глазом осмотрев костюм и застегнув чехол. — Я в курсе, что она тут делает? А ты?
Алекс шумно вдохнул через нос, стараясь сдержаться.
— Она новенькая, я ее учу.
— Ага, да ты что?
— Да, — подтвердил Алекс, костяшки его пальцев хрустнули от силы, с которой сжались кулаки.
Уверившись, что Алекс не опасен, он снова вернул внимание ко мне.
— Сколько тебе лет?
— Невероятно, блядь, — зашипел Алекс себе под нос.
— Шестнадцать, — самодовольно ответила я с улыбкой.
Потому что этого было достаточно для работы, но трогать меня было вне закона.
Это изменило его отношение ко мне, вернув подозрительность. Он схватил со стола книгу и пролистал ее.
— Еще раз, как ваши имена?
— Мэри Джексон и Тони Гварани, — ответила я.
— Хм, ваших имен нет в списке, — сообщил он, захлопнув книгу и передав ее полному охраннику за спиной.
— Это было решено неожиданно, — возразила я. — Миссис Райан позвонила всего час назад.
— Миссис Райан позвонила вам? Откуда? Из самолета? — рассмеялся он, думая, что поймал меня на лжи.
Ему это и надо было доказать, что нам не положено быть здесь, и я видела удовлетворение в его глазах, словно его наградят медалью за самого лучшего охранника в мире.
Мне пришлось сдержать хохот.
Если бы он только знал.
— Нет, она звонила из квартиры.
Он прыснул.
— Этой квартиры?
— Да, она же нас и впустила. Вы можете пойти поговорить с ней, если хотите, — я чувствовала взгляд Алекса на мне. — Но она прилегла вздремнуть и просила ее не беспокоить.
Он не знал, что сказать, и развернулся к коллегам, но они мотали головами. Они не были готовы к такому, но знали, что лучше не стоит ставить под сомнение распоряжения сенатора и его жены. И это единственное, что было на моей стороне, так как если они и правда поднимутся туда, то обнаружат Лорелейю Райан, и в своем сонном состоянии она подтвердит мою историю.
— Успокойся, Ли. Она же ребенок, — сказал здоровяк с усталым взглядом и светлыми волосами. — Пусть делают свою работу, а мы свою.
— Ладно, — фыркнул он, протянув ко мне руку. — Но я заберу ключи.
— У нас нет ключей, — с горечью ответила я.
Ключи были у Рамона, этого гребаного ублюдка. Он бросил нас в беде без шанса на спасение.